Cold touch

Субботним утром я открываю дверь своей квартиры, и ощущаю это прекрасное чувство собственного уюта. Три дня у Калума это конечно хорошо, но тяжело, поэтому я счастлива находиться дома. Ставлю сумку с вещами в угол комнаты, и я потом ее разберу, потому что сейчас не хочется этим заниматься. Снимаю свою одежду, и наконец я могу позволить себе расхаживать по дому в нижнем белье. Бреду на кухню, и выкладываю все купленные мною продукты на столешницу. У меня есть желание что-то приготовить, так как холодильник пуст, и я решаю приготовить макароны с куриным фаршем, и творожные булочки. Ненужные продукты убираю в холодильник, все же одеваюсь, и принимаюсь за готовку. В дверь настойчиво звонят, и я вымыв руки после фарша, бегу открывать. На пороге стоит Люк, и я рада его видеть, ведь почти забыла как он выглядит. Уставший, с серыми глазами, и в белой футболке. - Привет, - он улыбается, и я улыбаюсь тоже, ведь я вижу его ямочки, и его улыбка такая искренняя. - Привет. Ты...проходи, я тут готовлю, - делаю шаг назад, и припускаю парня в свою квартиру. Наблюдаю за тем, как он снимает конверсы, а потом мы идем на кухню, где во всю распахлись мои макароны. - Хочешь? - показываю рукой на почти готовую еду, но как только смотрю на Хеммингса, чувствую себя идиоткой. Лучше бы крови ему предложила, тупица. - Крис, - Люк смеется, и я не могу понять почему, ведь разве я такая смешная? - Нет, ты не смешная, но это твое "Лучше бы крови ему предложила, тупица" вообще прекрасное, - мои щеки пылают, потому что я Кристалл Мари Тупица Флек забыла о том, что он может читать мои мысли. - Хватит себя обзывать, я вообще-то все слышу. - А ты не слушай, - я в шутку сержусь, потому что в своей голове я могу думать о чем угодно, и называть себя как угодно. Я всегда думала, что наши мысли - это единственное личное, что есть в человеке, потому что только наши мысли никто не может знать, но теперь у меня оказывается вообще нету ничего личного. - Я был бы не против поесть. Ну...я имею ввиду, что еда это вкусно как ни как, хотя и пользы от нее не много, - Люк опускает голову, но я все же замечаю его румяные щеки. - Да, конечно, макароны почти готовы, - я хихикаю, и заглядываю в электрическую печку, чтобы проверить как там мои творожные булочки. *** Немного позже, когда мы с Люком собираемся посмотреть какую-то комедию, нас прерывают два вампира и моя соседка Шарлотта. Я не хочу показывать того, что я расстроена, ведь впервые мы с Хеммингсом были так близки. Парни меня обнимают, но прежде чем прикасаться к ним, я надеваю теплую толстовку. Кормлю Лотти, а ребятам в шутку предлагаю немного человеческой крови, но они отвечают, что это было бы неплохо. Только Люк понимает, что я шучу, а Эш и Майкл еще долго извиняются передо мной. - А теперь парни, вы мне ответите на все вопросы которые меня поедают изнутри, - когда мы садимся на диван, я наконец готова узнать все все о вампирах, потому что в интернете пишут только о графе Дракуле, а эти идиоты точно не Дракулы. - Я никогда не занимался сексом с парнем, - Клиффорд говорит громко, и все начинают смеяться, потому что он просто придурок. - Я думал, что этот вопрос поедает тебя изнутри, - красноволосый смеется, и я толкаю его в плече, чтобы он наконец угомонился, и вел себя более серьезно. - Первый вопрос. Вы боитесь солнца? - Если у нас нет этих медальонов, то боимся, - Эш показывает мне свой медальон на шее, и я приподнимаюсь, чтобы рассмотреть его. - А мне будет какой-то приз за то, что я ответил на вопрос? Ну там...один вопрос - подарочек. Два вопроса - два подарочка. - Ирвин, один вопрос, и мы тебе хлопаем, - Люк отвечает другу, и громко хлопает своими большими ладошками. - О, мне тогда тоже будете хлопать, - Майки улыбается, и теребит пальцем свой пирсинг на брови. - Хорошо, малыш, - я улыбаюсь, и думаю, какой-бы вопрос задать следующим. - Вы же отражаетесь в зеркалах? Я видела как Эштон смотрел в зеркало, но насколько я знаю, вампиры не имеют отражения. - Медальон, - теперь Хеммингс показывает свой медальон на шее, такой же как и у Эша, и я понимаю что эта вещь для них очень важна. - Ладно. Что вы делаете ночью? Вы же не спите. Вам не скучно? - Ночью можно ходить по городу освещенному миллионами фонарей, охотиться, - Клиф закрывает рот, потому что видит, как я ерзаю на диване. - Круто встречать рассвет, наблюдать за жизнью людей после полночи с крыши многоэтажки. - Ночь, это время когда жить немного легче, - Эш продолжает, и теперь я тоже хочу увидеть ночь такой, какой видят ее одни. Только без охоты и крови. - Эм...я знаю, как Эштон стал...таким, а вы? - я смотрю на Люка и Майкла, и они одновременно закусывают губы. Я боюсь, что могу их разозлить, или может они не хотят об этом говорить, а я лезу не в свое дело. - Не нужно бояться нас разозлить. Никогда не бойся нас. Вампиры чувствуют страх, и я не хочу, чтобы он исходил от тебя, потому что мы не хотим тебя пугать. Мы никогда не причиним тебе боли, - Хеммингс поднимается, и я медленно слежу за его движениями, потому что для меня они такие грациозные и красивые, что я больше не хочу даже куда-то еще смотреть. Он подходит ко мне, и протягивает свою руку. - Встань, пожалуйста, - я слушаюсь его, и подаю ему руку, после чего чувствую холод, покрывающий мое тело. Это не так, когда я касаюсь Эша или Майкла, его прикосновения другие. Мне жарко, и холодно одновременно, и так не бывает, но во мне будто идет борьба льда и огня. - Как тебе может быть жарко? - блондин поднимает брови, он очень смешной когда удивлен, и я не могу не хихикать. - Не знаю, - мои щеки пылают, и я слышу как перешептываются и хихикают парни вместе с Лотти, а потом я будто перестаю все слышать. Люк меня обнимает, и моя толстовка лишняя сейчас, потому что я хочу быть ближе. Его руки поглаживают мою спину, переходят на талию, и его горячее дыхание опаляет мою шею. Хоть что-то горячее. - У него не только дыхание горячее, поверь мне, я по себе знаю, - говорит Клифф, и я хмурюсь потому что не хочу, чтобы они читали мои мысли. - И что же это? - я не могу даже представить себе, что еще у него горячее, но потом думаю о его половом органе, и Эштон выкрикивает "Бинго!". - Идиоты, - он больше меня не обнимает, и смеясь, возвращается на свое место, а я сажусь обратно на диван. - Вернемся к нашей истории? - Люк спрашивает, и я машу головой в знак согласия. - Когда мне было 20, я жил в Брокен-Хилле, это небольшой городок на западе штата Новый Южный Уэльс. Мы с моим другом Адамом ходили на бои, они тогда как раз стали очень популярными, и возвращались домой темными кварталами. На нас напали, и Адама...они убили Адама, а меня превратили в вампира. Я не знаю, почему не убили меня, но тогда я стал новорожденным вампиром, который жаждал крови и справедливости. Я перегрыз всю их шайку, и отплатил им за своего друга. Веселые были времена, - парень саркастически смеется, и Эштон поджимает губы, потому что я чувствую, что на самом деле все было не так легко, как Люк рассказал. - А твоя история? - я смотрю на Клиффорда, и он глубоко вдыхает, а потом удобнее усаживается на кресле. - Я родился в Сиднее, но в то время я жил в Мельбурне, мне было 22 и я любил свою жизнь. 1763 год, мы были молоды и с большим будущим, но мой отец все испортил. Я знаю, он не виновен, но никогда не смогу перестать считать его таковым. Он неделю не являлся дома, и мама волновалась, но потом он нашелся. Когда я вернулся с бала, да, я любил ходить на балы и кадрить дам в карстах. Я вернулся домой, а папа...он сидел на полу в нашей огромной гостинной рядом с мамой, и его лицо было в крови. Я не знаю, как он стал вампиром, но он был им максимум неделю, и он был неуправляем. Он не мог контролировать сам себя, ему нужна была лишь кровь. Мы с мамой отлично подходили ему на кандидатуру еды, и после того, как он убил маму, то перешел ко мне. Я пытался сбежать, но он был быстрым, сильным и голодным, а если вампир быстрый, сильный и голодный, то у жертвы нет шансов. Он не убил меня, и я помню, что когда проснулся мое тело ломило. Когда я проснулся, я проснулся мертвым, проснулся вампиром, - когда Майкл замолкает, я вытираю свои слезы, и шмыгаю носом. Я даже представить не могла, что у них такая судьба, у каждого своя тяжелая судьба, и я просто хочу обнять их всех, и сказать, что люблю их. - И мы тебя тоже любим, - Эштон моргает глазками, сжимает губы, и я хихикая расставляю руки для объятий. Лотти первая подходит ко мне, Эш и Майкл подбегают следом за ней, и когда я уже еле стою из-за этих тел, что повисли на мне, сзади меня появляется Люк, и своими длинными руками пытается обнять всех. Парни холодные, Лотти горячая, Люк заставляет мое тело пылать, я чувствую себя странно, но не боюсь. Они такие родные, и на самом деле, если бы здесь был еще и Калум, то было-бы вообще идеально. Мой телефон звонит, и нам приходится перестать обниматься, чтобы я достала его со своих штанов. Это мама. - Мама? - Эштон спрашивает, хотя он же прекрасно знает, но я все равно бурчу тихое "угу". - Алло, - быстро отвечаю на звонок, потому что не желаю слушать нотации о том какая я непутевая дочь, что не могу быстро взять трубку, когда звонит родная мать. - Мари, что у тебя с голосом? - я кривлюсь, потому что хоть и не имею ничего против своего второго имени, но не люблю когда меня так называют. - Ничего мам, - я прикладываю палец к губам, и показываю парням, чтобы они все молчали, и те с пониманием садятся на кресла и диван. - Как у тебя дела? Почему ты мне еще не позвонила? - У меня все хорошо, я смотрю телевизор, и готовила есть, поэтому была занята, - наблюдаю за тем, как Клифф клацает свой телефон, и перевожу взгляд на Лотти и Эша которые устроили борьбу на пальцах. Я не представляю как так можно. Она человек, постареет, умрет, а он никогда не постареет, и он бессмертный. Знаю, что Ирвину будет тяжело наблюдать за тем, как его сестра становится бабушкой, нянчит внуков и умирает. А если со стороны Шарлотты посмотреть на все это, то ведь ее брат частично мертв, и он убивает людей в целях питания. - Миледи! - я слышу как мама кричит, и широко открываю глаза, потому что по-моему я задумалась, и ничего не слышала. - Да, мам. - Ты меня слушаешь? Почему я разговариваю с тобой как со стенкой? Что ты там делаешь? Твой Калум тебя совсем испоганил, и теперь ты даже с матерью не можешь нормально поговорить! - она кричит, и я закрываю лицо рукой, потому что устала от этого напора. Я же взрослый человек, и меня не нужно так контролировать, воспитывать, и кричать на меня, но видимо это не всем ясно. - Прости, я просто задумалась. - Ох, никогда не думала, что мой ребенок так испортиться. Надеюсь, ты думаешь о учебе, Мари. Когда у тебя каникулы, через неделю? - я вспоминаю о каникулах, которые через неделю, и именно через неделю мне придется ехать домой. Я конечно соскучилась по родителям, но не думаю, что смогу пробыть с ними больше двух дней. - Да. - Отлично. Когда ты приедешь домой, я постараюсь напомнить тебе о тех манерах, которые воспитывала в тебе с отцом. Ты хоть немного отдохнешь от своих недалеких друзей, - я закрываю глаза, и пытаюсь не сорваться, потому что у меня и так нормальные манеры, и мои друзья тоже нормальные. - Хорошо, мам. Мой телефон садится, так что поговорим позже. - Хорошо, и проверь, чтобы твои уроки были сделаны. Пока, - я не прощаюсь с ней, а просто отключаюсь и сжимаю телефон в ладошке. - Кошмар, - Эштон стонет, и я улыбаюсь, потому что это правда кошмар. - Она у тебя строгая однако, - парень кривится, и я не могу не согласиться с этим. - Ты слышал, что она мне говорила? - У нас хороший слух, так что я прекрасно все слышал. - Вау. Хорошо, что она вас не слышала, иначе вы были бы еще одними моими друзьями, который плохо на меня влияют, и не подходят мне по статусу. Это Калум для мамы такой, вы были бы не лучше, а если бы она увидела какие вы идиоты, то вообще меня бы забрали на родину. - Оу, да, хорошо, что она нас не услышала, - Люк смеется, и я в очередной раз зависаю, когда вижу его таким искренним и милым. *** Мы смотрим фильм, разговариваем, едим мои творожные булочки, и когда часы показывают семь вечера, в мою дверь звонят. Я подхожу к двери, и когда смотрю в глазок, вижу Калума, и сразу же пропускаю его в квартиру. - Как ты? - парень меня обнимает, снимает свои вансы, и что-то хочет мне сказать, но когда замечает обувь парней, то хмурится. - Они здесь? - Да, - я не знаю, что ожидать от Худа, потому что он всегда желает меня защитить, а сейчас в моем доме сидит три вампира, так что мне немного страшно. - Что они делают? Они тебе угрожали? Они что-то го- - Нет, нет, и нет, успокойся, - я перебиваю его, потому что обеспокоенный Калум никогда не закроет свой рот добровольно. - Что тогда? - Мы смотрим фильм, и общаемся, - сзади меня появляется Клиффорд, и он отвечает на вопрос Кэла. - Калум, пошли, - я беру его за руку, и веду в гостиную к парням и Лотти. - Что это у тебя за пакет? - я хочу туда заглянуть, потому что там скорее всего еда, но он быстро его прячет за спину. - Ничего. Не важно, - это немного настораживает, и я все же хочу забрать пакет, но смеющиеся вампиры на моем диване, сбивают меня с толку. - Зачем же в твоем пакете находится святая вода, соль и чеснок? - Люк держится за живот и смеется, почти задыхаясь, и я закрываю глаза, ведь забота Худа немного перешла границу. - Кэл, - я хиихкаю, и обнимаю его, потому что это так мило, хоть и глупо. - Мы не собираемся ее убивать, и тебя тоже, - Эштон встает с кресла, и подходит к Калуму. - Да, я читаю твои мысли, и мы никогда не причиним боли тебе и Кристалл, я обещаю, - Ирвин резко обнимает Худа, и я сжимаю губы, потому что сейчас Калум почувствует весь его мертвецкий холод. - Блять, - Кэл тихо материться когда отстраняется от Эштона, и я его прекрасно понимаю. - Немного холодно, не так ли? - Клиффорд издевается, и хихикает. - Сам идиот, - Майкл смеется еще сильнее, и видимо Калум мысленно назвал его идиотом, если я все правильно понимаю. - Ты голоден? - я обращаюсь к Худу, и он смотрит на меня так, будто я задала самый глупый вопрос в мире. - Хорошо, хорошо, у меня есть макароны с фаршем. Тебе следует немного подождать, пока я их подогрею, - я хихикаю, иду на кухню, и Шарлотта идет за мной. - Может тебе помочь? - она садится на барный стул, и поправляет свои темные волосы, заплетенные в косу. - Нет, спасибо. Может, ты чего-то хочешь? - Неа. Знаешь, что я тебе посоветую? Вербена, - я перевожу свой взгляд на Лотти, и вспоминаю, что в фильмах вербена отпугивает вампиров. - Чем именно она мне поможет? - я сажусь рядом с девушкой, и говорю с ней шепотом, потому что парни все могут слышать. - Я сделала себя браслет, и в этих шариках, есть вербена, - она показывает свой браслет, который я видела много раз, и я рассматриваю прозрачные бусинки, внутри которых видна трава. - Это не причиняет им боли или неудобства, а просто пока браслет на мне, парни не могут читать мои мысли. Он реально очень полезен, потому что не очень приятно, когда могут копаться в твоей голове. - Оу, это круто! - я улыбаюсь, ведь это как раз то, что мне нужно. - Да. А еще она не могут манипулировать тобой, или прививать свое мнение. Вербена полностью закроет им доступ к твоей голове, и мыслям. - Они что, манипулировали мной когда-то? - глаза расширяются, потому что это так странно, и я не могу вспомнить момента, когда я что-то делала не по своей воле. - Когда мы были в лесу, и нужно было срочно ехать домой, тогда Майкл тебе внушил, что все в порядке. Люк тогда ушел, потому что почувствовал других вампиров, и ему нужно было проверить территорию, а потом он предупредил парней, чтобы мы быстро уходили. - Клиффорд сказал, что будет дождь. Господи, я ведь правда думала, что будет дождь, - я закрываю лицо руками и стону. Я не злюсь на них, тогда они правильно сделали наверное, ведь добровольно я бы и с места не сдвинулась без объяснений. - Он просто внушил тебе это, и Калуму тоже. Прости. - Ничего. Что-то было еще, что я не знаю? - Ну...когда ты увидела пакеты с кровью в моем холодильнике, Люк успокоил тебя, и что-то наверное тоже внушил. - Что? - я открываю рот, и пытаюсь в памяти найти какие-то пакеты с кровью, но там этого нету. - В твоем холодильнике есть пакеты с кровью? - Ты не помнишь? Блять, ого. Ну...парни не всегда бегают за людьми, иногда они пьют донорскую кровь, потому что им лень поднимать свою задницу с дивана, - мне противно такое слышать, но я знаю, что скоро привыкну. Просто нужно немного подождать, и я привыкну к этому дерьму. - Ладно, больше не рассказывай мне ничего. Пока мне достаточно, - я напряженно улыбаюсь, а Шарлотта поднимается и обнимает меня. - Ты привыкнешь, мне тоже было трудно. Мой брат вампир, и он уже не человек. Знаешь, все мы привыкаем к чему-то, а теперь я совсем не могу этих идиотов. - Они убивают людей, я не знаю, как к этому привыкнуть. - Это тяжело, я понимаю, - я шмыгаю носом, и чувствую как слезы катятся по щекам. Я не хочу, чтобы все было так, но если больше никак не получается, то я постараюсь принять все это.