Cold touch

Я приехала в Брисбен в воскресенье после обеда, и не думаю, что долго здесь выдержу, потому что мои родители ходят и постоянно долбят мне голову. Я отвыкла от такого напора и контроля, так что второй день в доме, в котором я прожила 17 лет, кажется для меня тихим ужасом. - Кристалл, - папа стучит в мою дверь, и зовет меня. - Входи, - сажусь на кровати, и откладываю макбук в сторону. - Ох, опять ты сидишь в своем макбуке. Твое зрение портиться, ты же это прекрасно знаешь. - Я читаю, - вру, потому что лучше пусть я буду читать, чем лазить в тамблере и смотреть целый день картинки. - В мире еще есть книги которые состоят из страниц и твердой обложки, - я не знаю, был ли это сарказм, или нет, но лучше мне не становится. - Я знаю, спасибо что напомнил об этом. - Не ерничай. Оденься прилично, скоро к нам придут Элла с Майком и Риком, - о нет. Я стону, и закрываю лицо руками, потому что я в дерьме. - Нет, папа, пожалуйста, давай я останусь в комнате, и притворюсь больной. - Нет, Элла только и говорит о тебе, она не видела тебя давно, так что даже не выдумывай. - Хорошо, хорошо, - Элла и Майк - это друзья моих родителей, и к сожалению я знаю их лет с девяти. Ох, еще у них есть сын пиздюк, который всегда до меня домогается, и ему еще даже нету восемнадцати. - Что же, через двадцать три минуты ты должна быть на первом этаже, и твои волосы должны быть заплетены как у приличной девушки, - о, то есть сейчас я на путану похожа, или как? Хорошо, что папа не может читать мои мысли, иначе я бы пожизненно сидела в подвале и училась. Дверь закрывается, и я встаю с кровати, чтобы найти что надеть. Достаю коричневое дерьмовое платьице, которое мне подарила мама на Рождество, и натягиваю его на себя. В принципе, если бы не этот цвет и слишком закрытое декольте, то оно было бы симпатичное, но оно к сожалению дерьмовое. Заплетаю колосок, достаю бежевые балетки, и хочу подвести глаза стрелками, но не рискую. Просто крашу ресницы тушью, и спускаюсь на кухню, где слышу много голосов. - Мари, ты должна была выйти четыре минуты назад, - строгий голос мамы раздается за моей спиной, но я не отвечаю ей ничего, а смотрю на наших гостей, и мило улыбаюсь. - Кристалл, бубочка наша, - тетя Элла меня обнимает, дергает за щеки, а я закатываю глаза, и держу губы стиснутыми, чтобы никого не послать. - Миледи, - дядя Майк мне нравится больше, и после того, как он меня обнимает, меня обнимает Рик, и опускает свои руки с моей талии на зад. - Я сейчас сломаю твои руки, и запихну их тебе в жопу, - тихо шепчу я на ухо парню, и он быстро отстраняется. Я сижу за столом, и пытаюсь не делать лишних движений, чтобы не привлечь к себе внимания. Родители и Элла с Майком смеются, что-то обсуждают, но потом они все устремляют свой взгляд на меня, и моя вилка падает. - Кристалл! - мама почти пищит, потому что скорее всего миледи не говорят "блять" за столом, и не роняют вилки, а я так сделала. - Прошу прощения, - извиняюсь, и стараюсь контролировать свои глаза, чтобы случайно их не закатить после следующих слов мамы. - Ты слышала, какой вопрос задала тебе тетя Элла? - Эм, нет? - я сжимаю пальцами коленки, и мне так неловко, что хочется уже скорее подняться в свою комнату. - Ох, Кристалл, ты такая невнимательна, - тетя Элла открывает свой рот, и я все еще пытаюсь контролировать свои глаза. - Я спросила, как ты учишься, и что думаешь по поводу своего будущего? - Учусь я нормально, а когда выучусь, то буду работать по специальности, это и есть будущее, если вы не в курсе - я не имею интереса разговаривать с ними, и желания тоже совсем нет, поэтому я говорю очень быстро, чтобы от меня отвязались. - Мари, ты должна отвечать как взрослый человек, а не будто тебе пятнадцать лет, - мама шипит на меня, и я не удивляюсь, что ей не нравится моя речь. - Мне двадцать лет, и я нормально разговариваю. Если у меня нету желания с вами говорить, это не значит, что я веду себя как пятнадцатилетняя девочка, - понимаю, что сказала немного не то, что следовало бы, но выражение лица моей матери просто бесценно. - Уважаемая! Вот!Вот что я имела ввиду, когда говорила, что твои друзья на тебя плохо влияют! Ты деградируешь, и мне противно, что моя дочка растет такой! - она кричит, и я больше не желая этого слышать, встаю, и иду к себе в комнату. Рада, что папа не вставил свои пять копеек, думаю, он завтра все наверстает, но это ведь будет завтра. Закрываю дверь в свою комнату на ключ, и вытираю слезы, которые бесконтрольно текут по щекам. Моей маме противно видеть меня такой какая я есть, и это больно, потому что она для меня должна быть самым родным человеком. Я беру телефон в руки, и набираю номер Калума, чтобы поговорить с ним, но его телефон отключен, и я начинаю реветь еще сильнее. Решаю позвонить Люку, но до последнего сомневаюсь, потому что не уверена, что у него есть время, чтобы разговаривать со мной. - Кристалл? - когда парень отвечает, я глубоко вдыхаю, и вытираю слезы. - Люк, привет, - я всхлипываю, и закрываю рот рукой, чтобы успокоить себя. - Что случилось, детка? - его голос становится громче, и я сильнее прижимаю телефон к уху, чтобы хоть немного быть ближе к нему. - Прости, я не должна была тебе звонить. Прости, прости, - я шепчу, и начинаю снова плакать, потому что я слабая, а моих родителей не устаивает такая деградирующая дочь. - Детка, ты можешь мне звонить когда хочешь. Расскажи мне что случилось, - он заботится обо мне, и я бы хотела, обнять его сейчас, потому что он мне нужен. Мне кажется, что я влюбляюсь в него с каждым днем все больше и больше, и я не хочу этого, ведь он не тот кто может любить меня. - Моя мама сказала, что я деградирую, и ей противно, что я расту такой. Я 17 лет жила по правилам своих родителей, и я никогда не позволяла себе того, что не нравилось им, а теперь я выросла, но они так же меня контролируют. Она просто ненавидит меня, и призирает, ведь хотела вырастить меня не такой, - мне тяжело дышать, и я ложусь на кровать, скручиваясь в клубок. - Не плачь, я уверен, что она сказала это с горяча. Твоя мама не может тебя не любить, поверь мне. - Я бы хотела тебя обнять, Люк, - прежде чем я думаю, с моего рта вырывается то, что я не должна была говорить, и Люк молчит. Он не отвечает, и я зажмуриваюсь, ожидая пока он отключится, или скажет что-то. - Я скоро буду. Просто подожди меня в своей комнате, и я скоро буду у тебя, хорошо? - то, что я слышу, заставляет меня открыть рот, потому что он явно шутит. - Ты шутишь? - Нет, детка, скинь мне свой адрес смс-кой, - он хихикает, и я слышу как он в чем-то копошится. - Я в Брисбене, - я просто напоминаю, и он снова смеется, и от звука его искреннего смеха не становится лучше. - Я помню, помню. - Что ты делаешь? - я слышу как что-то гупает, и какой-то шорох заполняет мой динамик. - Я одеваюсь. Думаю, минут через тридцать я буду у тебя. Ты живешь в доме? - Д-да, моя комната на втором этаже... Господи, ты серьезно? Нет, ты не должен этого делать, потому что ты- - Почему? - звуков больше не слышно, и я молчу, пытаясь правильно сложить свои мысли. - Потому что чтобы...ты как собрался добраться ко мне? - Ногами, детка. Быстрее будет если я добегу, чем поеду на машине, - я понимаю, что вампиры быстрые, но я сейчас в другом городе, и просто не понимаю, как такая глупая идея пришла в его блондинистую голову. - Не нужно, - я шепчу, потому что не хочу этого говорить. - Не стоит меня отговаривать, я уже выхожу с квартиры. Ты захотела меня обнять, а мне как раз нечем заняться, так что все решилось само-собой. - Хорошо, да, - я больше не сопротивляюсь, и улыбаюсь, потому что Люк своим голосом, своим смехом, и своим поступком сделал меня счастливой, и заставил забыть о родителях. - Тогда я отключаюсь, потому что когда я буду бежать, кроме сильного ветра ты ничего не услышишь в динамик. - Да, хорошо. - Не забудь скинуть мне свой адрес, - он хихикает, и через пару секунд я уже слышу короткие гудки, оповещающие меня о том, что Люк отключился. Скидываю свой адрес сообщением, и снимаю платье, потому что оно меня бесит. Надеваю темно-синие леггинсы, черную толстовку, и падаю обратно на кровать, в надежде, что мое ожидание не будет мучением. Когда проходит семь минут после разговора с Хеммингсом, я уже не знаю чем заняться, и просто измеряю комнату шагами. Я открываю окно, просматриваю свои фотографии на стене, сижу за столом, лежу на подоконнике, ложусь на пол, и немного позже сажусь на письменный стол. Когда проходит пятнадцать минут, я успею поиграть во все игры на своем телефоне, перестелить свою постель, и пересмотреть книги, стоящие на мой полке. Я ненавижу ожидание. *** Я открываю глаза, и пытаюсь привыкнуть к темноте моей комнаты. Чувствую чье-то дыхание на моей щеке, и подскакиваю, чтобы включить свет. - Люк, - я выдыхаю, и держусь за сердце, потому что чертовски сильно испугалась. - Прости, не хотел тебя напугать, - он смотрит на меня виноватыми глазами, и принимает сидячее положение на моей кровати. - Господи, неужели ты здесь? Я...я не дождалась тебя, - я хихикаю, потому что не помню каким образом уснула. - Я только с третьего раза нашел окно в твою спальню. Ты спала на полу, и я решил не будить тебя, потому что ты так мило сопела, - он сжимает губы, и мои щеки начинают гореть, потому что парень в которого я влюблена, назвал меня милой. - Как добрался? - сажусь на край кровати, и задаю слишком глупый вопрос в нашей ситуации. - Быстро добрался, - парень проводит рукой по своим волосам, и опускает голову. - Ты хотела меня обнять, - он смотрит исподлобья на меня, и я быстро преодолеваю расстояние между нами на кровати. - Я до сих пор хочу обнять тебя, - протягиваю руки к парню, чтобы обнять его за шею, но он первый обнимает меня за талию, и тянет на себя. С легкостью, Люк садит меня на свои колени, и я упираюсь коленками в кровать по разные стороны от его бедер. - Не холодно? - он спрашивает меня, и я лишь сильнее прижимаюсь к нему. Холодно. Очень холодно, но он рядом, и он вкусно пахнет, поэтому если я замерзну, то умру в его руках, и эта смерть будет прекрасной. - Спасибо, - я не отвечаю на его вопрос, потому что не хочу врать, а если скажу правду, то он больше не будет ко мне прикасаться. - За что? - Что ты здесь. Ты не должен был этого делать, и я...просто не понимаю зачем, - опускаю голову, и чувствую его руки на своих бедрах. - Я здесь, потому что хочу этого. Тебя не было два дня, и я соскучился, - он шепчет, и я почти уверена, что мне послышалось, ведь Люк не может такого сказать. - Соскучился? - Вампиры что, не могут соскучится? - Хеммингс поглаживает мои бедра, и я чувствую, как завязывается узел в низу живота, от его прикосновений. - Могут, наверное. Я тоже соскучилась, - говорю, и поднимаю голову, чтобы посмотреть на Люка. Его нос соприкасается с моим, и я резко отодвигаюсь назад, но парень меня прижимает к себе. - Что будет, если я тебя поцелую? - он говорит, и я вдыхаю воздух через зубы, потому что мне, кажется, не совсем хорошо. - Детка? - Поцелуй, потом и узнаем, что будет, - мне приходится привстать, чтобы достать к его губам, и он улыбаясь, медленно тянется ко мне. Его губы холодные, но как только я чувствую их, тело будто охватывает огонь, мне жарко, и его язык проходящий по моей губе сводит с ума. - Блять, - Люк матерится, кладет меня на спину, и нависает сверху, опираясь локтем о кровать. Другой рукой он гладит мое бедро, и сжимает его, медленно опускаясь вниз по ноге. Я обнимаю Хеммингса за шею, и пытаюсь насладиться губами, о которых могла только мечтать. Не понимаю, почему это сейчас происходит, и почему он хочет меня целовать, но я не хочу, чтобы этот момент когда-то заканчивался. Люк отстраняется, и его зрачки черные, что немного дико для меня. Не видно голубой радужки, я смотрю в эти возбужденные глаза, и понимаю, что они прекрасны. Провожу пальцами по губам парня, по лабрету, спускаюсь к шее, и он наклоняется, оставляя на моем носу невесомый поцелуй. - Мы целовались, - Люк говорит невероятную для меня вещь, и я закусываю губу, потому что боюсь последующих его действий. Если он уйдет, то сломает меня. - Да. - Тебе понравилось целоваться с вампиром? - Да, но даже если бы ты не был вампиром, мне бы тоже очень понравилось, - не хочу сказать что-то лишнее, но я не знаю, что в нашей ситуации лишнее, а что уместное, так что просто говорю все, что думаю. - Я давно этого хотел. Я не должен был хотеть, но хотел, - он говорит, и я открываю рот в немом писке, ведь я никогда не могла о таком подумать. - Правда? - Да. Знаешь, так нельзя, ведь ты человек, и у тебя должна быть нормальная жизнь, - я не хочу это слушать, потому что он желал меня поцеловать, и это самое важное, что может быть сейчас. - Я не хочу нормальную жизнь. Я хочу ее с тобой, и с друзьями вампирами, - он хихикает, и прикасается губами к моим губам. Углубляя поцелуй, парень сжимает мою задницу рукой, и сильнее притягивает меня к себе, от чего я тихо стону. Он сильный, властный, и я хочу всегда быть с ним, потому что он мне чертовски сильно нужен, даже если он немного мертв. - Давай спать, детка, - Люк отстраняется, но я успеваю еще раз чмокнуть его в уголок рта. - Я не хочу спать. - Уже поздно, и ты должна выспаться. - А что ты будешь делать? - А я буду рядом с тобой, - он будет рядом со мной, и я улыбаюсь, ведь это именно то, чего я хочу. - Когда я проснусь, ты тоже будешь рядом? - Да. Я постараюсь всегда быть рядом.