Dangerous Boys

Не ожидали, да? хДД Хекдже без интереса ползал по страницам интернета с планшета, который ему так любезно предоставил лидер. Ему было скучно. Он не знал, чем себя ещё занять. Выходить из палаты лишний раз было нельзя, чтобы не привлекать внимания, поэтому приходилось как-то развлекать себя самостоятельно. Сначала он все свободное время спал, но потом сон перестал приходить, и Ынхек ворочался от бессонницы. Одногруппники навещали его редко, у всех были свои дела, некоторые отправили ему по смс о скорейшем выздоровлении и на этом все закончилось. Друзья, называется. Хотя, они давно уже перестали быть настоящими друзьями, а стали просто коллегами. Не сказать, что Хека это не устраивало, но… Да, ему это не нравилось. Находясь наедине с собой в больничной палате, он понял, как ему не хватает ребят. Он пересматривал старые концерты и шоу, где они ещё не притворялись, и глаза начинало жечь от подступающих слез, а на губах играла счастливая улыбка, когда он погружался в воспоминания. Хекдже знал, что этого уже не вернуть. Все, что осталось – это память. Они все слишком изменились с тех пор. Он сам стал другим. Нельзя просто взять и вернуть все назад. В таком ностальгическом состоянии и застал мужчину Донхе, тихо просовывая в дверной проем сначала голову, а затем появляясь полностью. - Не спишь? – он улыбнулся, подходя к койке. Хек поспешно спрятал планшет под одеяло: - Что тебе нужно? – сухо спросил он. Сил и желания ругаться не было. - Ты плакал? – пододвинув стул поближе, Хе сел напротив друга, давая понять, что он тут надолго. - Проваливай, а, - раздраженно фыркнул мужчина, отворачивая лицо. - Что-то случилось? Хек, ну не томи, - Фиши был обеспокоен, все же он уже три года не видел слез Ынхека. - Вот скажи, какое тебе, блядь, дело, случилось что-то или нет, - Хекдже резко повернулся к Донхе, подтягиваясь на кровати в более сидячее положение, после чего ребра тут же напомнили о себе, отозвавшись болью в груди. Мужчина поморщился, приложив ладонь к больному участку тела, почувствовав, как рука Хе тут же накрывает его ладонь сверху: - Сильно больно? – он был искренне обеспокоен состоянием танцора и даже приподнялся с места, пересаживаясь на кровать больного. - Отвали, - прошипел Ынхек, сбрасывая его руку со своей, но она снова легла на грудь мужчины в месте, где его не переставали мучить боли, осторожно поглаживая сквозь ткань больничной робы. - Тшш, тише, тише, - успокаивающе шептал Хе, будто Хеку было лет пять. Было странно ощущать, что боль и правда стала затихать. - Руки от меня убрал, - рыкнул Хекдже, но Фиши не послушался, если только таким способом он может дотронуться до Ынхека, он будет продолжать, - тебе врезать? – по взгляду танцора было понятно, что он в одном шаге от этого. Донхе осторожно убрал ладонь с его груди. - Хочешь кого-то погладить, иди к Кюхену. - Причем тут он? – не понял сначала мужчина, а затем вспомнил, что Хек стал свидетелем их поцелуя, - послушай, то, что ты видел, это просто случайность, между мной и ним ничего нет, - начал оправдываться он. - Между нами тоже, так что можешь мне ничего не рассказывать. Это меня не касается, - грубо ответил Хекдже, ему хотелось побыстрее уже закончить этот разговор. Его просто выбешивали все эти ужимки и лепетания бывшего друга. - И поэтому ты поцеловал меня? Потому что тебе все равно и не касается? – Хе сердито смотрел на мужчину. Он ненавидел в нем это упрямство и нежелание быть с ним хоть немного искренней и откровенней. - Это ты меня поцеловал. - А ты ответил! – Фиши первым вышел из себя, метая глазами молнии, - и тебе понравилось, я точно это знаю! - Да я прям счастлив, что меня поцеловал мужик, и я лежу в этой гребаной палате со сломанным ребром! Всю жизнь только и мечтал! – не отставал от набирающего обороты одногруппника Хек. Донхе неожиданно запрыгнул на его койку, устраиваясь на бедрах мужчины и прижимая его руки к кровати. - Какого хрена? – Ынхек постарался скинуть с себя тело, но это отозвалось лишь режущей болью в ребрах. Тогда Хе ощутил, что полностью контролирует ситуацию: - Не понравилось, значит? – сквозь зубы процедил он, сейчас он был слишком зол, чтобы заботиться о здравии больного, - ненавижу тебя, Ли Хекдже, - прошипел он, и это была правда. - Это взаимно, - усмехнулся мужчина, тут же почувствовав, как его затыкают губы Фиши. Он дернулся, снова попытавшись скинуть с себя Донхе, но сейчас тот был слишком силен. Они прекрасно знали, что обладают равной силой, поэтому, когда недомогал один, другой получал преимущество. Мужчина силой заставил сопротивляющегося танцора открыть рот и ворвался туда языком. Не было места нежности, Хе уже не заботило, что под его весом – а он уже полностью прижал Ынхека к кровати своим телом – больному может быть больно. Хотя, Хек сейчас не чувствовал ничего, кроме горячего рта бывшего друга. Он принял это как вызов и начал с ожесточенностью отвечать, выталкивая из своего рта чужой язык, который тут же проскальзывал обратно. Не раз они кусали друг друга, их зубы с клацаньем сталкивались, а, чтобы набрать воздуха, приходилось отрываться на несколько секунд. Это походило на помешательство: Хекдже не мог остановиться, а Донхе не хотел этого делать. Наконец, когда боль в ребрах стала совсем невыносимой, Ынхек оттолкнул от себя мужчину, который уже минут пять не держал его рук, а поглаживал бока танцора, забравшись под свободную рубашку. Они оба тяжело дышали, взгляд Хе был затуманен, и он продолжал ласкать руками тело под собой, пока его не остановили, тогда он и пришел в себя. - Ты как? – он испуганно положил ладонь на то место, где в прошлый раз появилась боль. Хек ничего не ответил, ещё не отдышавшись. Они оба были красными и растрепанными, Донхе не без улыбки припомнил, как танцор зарылся рукой в его волосы, притягивая ближе. - Ты больше не можешь отрицать, что тебе не понравилось, - выдохнул Фиши. - Слезь с меня, - голос Хекдже был тихим и немного потерянным, он ещё не до конца осознал, что сейчас произошло. Хе все же сполз с койки, подумав, что Ынхеку, должно быть, тяжело. С минуту в палате стояла тишина. - Не приходи больше сюда, - практически шепотом попросил Хек, зная, что Донхе его прекрасно услышит. *** - Хен, а мы не опаздываем? – Ки торопливо уминал мороженое, следуя по людной улице за братом. - Ещё нет, но если не поторопимся, то опоздаем, - Дже быстро лавировал между людей, держа младшего за руку, чтобы он не потерялся. Они все же ушли с четвертого урока. Несмотря на осень, погода стояла прекрасная, и солнце душило своими лучами, что пришлось расстегнуть ветровки. Сегодня был важный день в жизни близнецов, и они не могли опаздывать. Пройдя несколько перекрестков, они завернули в узкий переулок и ещё немного повиляли по закоулкам, выходя, наконец, прямо на закрытый ночной клуб. Он был не просто закрытым, а скорее заброшенным и необитаемым. Обойдя его, близнецы спустились по лестнице, ведущей в подвал, и постучали в железную, заржавевшую дверь. Примерно через полминуты им открыли, на пороге показался высокий, подтянутый брюнет лет двадцати в легкой майке и спортивных штанах. - Вы вовремя, - он отступил и запустил школьников. Они быстро прошмыгнули внутрь и тут же направились в сторону небольшого помещения со шкафчиками. Эта комната, усилиями многих, была прекрасно, хоть и бедно, перестроена в раздевалку. Братья вытащили из шкафчиков одежду для тренировок и быстро переоделись, они не хотели терять ни секунды, пулей вылетая из комнаты в другую, которая была намного больше и светлее предыдущей. Здесь было много огромных зеркал, в углу стоял магнитофон, но все равно было немного грязно. - Вы пришли последними, так что сразу и начнем, - сказал все тот же брюнет. Он был лидером. Их группа состояла из семи человек, включая близнецов, которые были младшими. Они выступали в клубах со своими танцами, зарабатывая этим денег, которые впрочем, все уходили на костюмы и прочие мелкие расходы. Но сегодня они готовились к кое-чему помасштабнее – небольшое соревнование среди сильнейших танцевальных групп, прошедших жесточайший отбор. Они тоже попали в их число. При победе команда получит крупную денежную сумму, которую сможет разделить между собой. Учитывая то, что близнецы сами себя обеспечивали, а точнее обеспечивал все Джебом, то деньги им были очень нужны. Заиграла музыка, и ребята начали разогреваться. Была ещё одна причина, по которой сегодняшнее соревнование было особенным – это было их последнее выступление вместе. Близнецы не могли больше исправно посещать тренировки из-за шоу, к тому же выяснилось, что один из участников должен вернуться в Пусан, свой родной город. В итоге в группе останется четыре человека, которые продолжат выступать, но их изначальной группе наступит конец. Из-за этого тренировка проходила напряженнее, чем обычно, но каждый работал на пределе своих возможностей. Соло Ки и Дже было ключевым в их танце, потому что было необычно. Не часто увидишь двух абсолютно одинаковых парней, танцующих с невероятной, идеальной синхронностью. Они вырабатывали её год, им легко было чувствовать друг друга, что нередко они даже ошибки совершали одинаковые в один и тот же момент, что всегда смешило остальных. Телефоны на время тренировки они отключали. Чтобы следить за временем, под потолком висели часы. Устало опустившись на пол и вытирая маленьким полотенцем пот с лица и шеи, Дже включил телефон и обнаружил на нем огромное количество пропущенных в основном от Канина и Итука, которые являлись его наставниками. В телефоне Ки пропущенных не было. Выдохнув, Джебом снова отключил телефон. Вряд ли они сегодня вернутся к ужину. *** На часах давно за полночь, всех подростков уже с боем отправили спать, Итук мерил гостиную шагами, раздражая этим всех остальных, собравшихся в комнате. А именно Канина, Кюхена и Хичоля. Последние двое находились тут не по своей воле и сами уже практически заснули на диване, хотя макне продолжал недовольно бурчать о своей роли в воспитании подростка, точнее о её ненужности. - Да где их носит? – лидер то и дело смотрел на часы на своем запястье. Он был сильно раздражен поведением близнецов, которые с утра ему клятвенно обещали больше не прогуливать, но в тоже время переживал за детей. Вдруг что-то произошло? - Присядь уже, - чуть ли не рявкнул на старшего Енун. В отличие от Чонсу, Канин не волновался за подростков. Ну, разве что самую малость. Его больше заботило то, что волнуется их лидер. Мужчина серьезно беспокоился за спокойствие нервной системы Итука. - Не знаю как вы, а я не собираюсь ночевать на диване, - Хичоль потянулся, разминая затекшие мышцы, и поднялся с дивана как раз в тот момент, когда в гостиной показались близнецы. Это был единственный путь до спальни подростков, но дети не рассчитывали увидеть здесь своих наставников в полном составе. - Явились! – с упреком и облегчением воскликнул Чонсу. Канин поднялся с места и быстро подошел к близнецам, схватив их на уши и подтащив к центру комнаты: - Ну и где мы шлялись весь день? – рыкнул он, сильнее дернув их уши. - Не твое дело, горилла, - зашипел Дже, пытаясь вывернуться. Кюхен с Хичолем безучастно расселись на диване, наблюдая сцену. Вот жаль попкорна не было под рукой. Енун перехватил старшего из близнецов сзади за шею и толкнул вниз, с легкостью опуская на колени. Он хотел было уже хорошенько приложиться ногой по его животу, но Ки неожиданно сам начал пинать его и бить кулаками. Канин поймал его руку и заломил за спину, он понял, что один не справился, а Итук в таком деле точно ему не помощник, поэтому толкнул младшего в сторону его наставников, которые все же поднялись с дивана и быстро блокировали тонкие руки Кибома. - Суки, не трогайте моего брата, - иначе как рычанием это назвать сложно, потому что, когда дело касалось опасности его брата, Дже начинал звереть, набрасываясь на Хичоля, державшего в данный момент Ки. Но не успел он ничего сделать, как его самого скрутил Канин, уложив на пол лицом вниз и пнув пару раз под бок для успокоения души. Близнецы шипели и вырывались, за что получали тумаков, но ничего не рассказывали. - Кю, проверь их рюкзаки, - приказал Канин. - Там ничего нет, - рыкнул Джебом, сильно дернувшись и получив ногой по спине. - Вдруг опять бухло притащили, - усмехнулся мужчина, наблюдая, как их макне раскрывает сумку сначала младшего, а затем старшего из близнецов. Кюхен присвистнул: - Да тут кое-что покруче, - он достал из рюкзака несколько толстых пачек денег. Да, они сегодня победили, но вечеринки, видимо, не будет. - Положи на место! – рявкнул Дже. - Вижу, с твоим братом бесполезно говорить, - Хичоль посмотрел на поскуливающего от боли в вывернутых руках Кибома. - Откуда у вас деньги? – строго спросил Итук, не принимавший участие в избиении подростков, но и не препятствующий этому. Близнецы упрямо молчали, и Енун вытащил из штанов кожаный ремень, сложив его надвое: - Придержи-ка этого, - кивнул он Кюхену на Дже и, как только макне завел руки подростка ему за спину, подошел к Хи. Тот понял все по одному взгляду, едко усмехнувшись, и потянул руки Кибома наверх, заставляя его вскрикнуть и нагнуться на девяносто градусов, чтобы избежать боли. - Ки, скажи, где вы взяли деньги? Украли? – дал парню последний шанс Канин. - Нет, - тихо ответил тот и вскрикнул, когда ремень с силой опустился на поясницу. Джебом с силой задергался, наплевав на боль. Слышалось много угроз и тонны мата, адресованных наставникам, но все они были пусты, пока его продолжают удерживать. Ки старался не плакать, но было видно, что он еле сдерживается под ударами ремня. Их и в приюте порой пороли, но не так сильно и в основном Дже принимал все удары на себя, оберегая брата, поэтому мальчик просто не привык к такому. Каким-то чудом вывернувшись, старший из близнецов ударил Кюхена в лицо своей же головой, заставив тем самым выпустить из захвата. Сейчас безопасность Кибома была ему важнее собственных ощущений, его порог боли был намного выше, чем у брата. Он знал об этом. Секундной заминки Кюхена хватило, чтобы достать из кармана перочинный нож, которым он тут же воспользовался, полоснув им по руке Канина. Не сильно, не оставляя глубокую рану, подросток просто привлекал к себе внимание. - Отпустите его, - он выставил нож перед собой. Енун зажимал рукой порез, размазывая по руке кровь, Итук побледнел. - Я думал, мы изъяли у тебя эту игрушку, - заметил Канин, вопросительно посмотрев на лидера, тот кивнул. - Я, кажется, сказал отпустить моего брата, - процедил сквозь зубы Джебом. - Сначала ответь, где вы достали деньги. - Сначала отпустите его, - подросток буквально испепелял взглядом Хичоля, который все ещё сдерживал руки всхлипывающего Ки. - Если я его отпущу, ты точно ничего не расскажешь, - ответил Хи. - Не рискуй своим личиком. - Ты серьезно это сделаешь? Не смеши, - мужчина не верил в существование такой возможности, но он не знал, что Дже перестает быть адекватным, когда что-то происходит с его братом. Так и сейчас, Хичоль никак не ожидал, что подросток сможет ударить его ножом в плечо, освобождая тем самым Кибома. - Иди в комнату, - шепнул он ему, но младший помотал головой, вцепляясь руками в рубашку брата. Его щеки блестели от слез. Канин в то время сдерживал уже Хи, он-то знал, на что способен хен в гневе. Не обращая внимания на громкие ругательства в сторону близнецов, а затем и в сторону Енуна и Кюхена, помощь которого также стала необходимой, чтобы угомонить бушевавшего эвила, Дже холодно посмотрел на Итука: - Мы можем идти? - Нож, - лидер протянул ладонь, призывая сдать оружие. - Где гарантия, что вы дадите нам уйти после того, как я отдам его? - Ты должен понять, что нельзя хранить такие вещи в общежитие. - С такими наставниками я вскоре пистолет приобрету. Ки, иди вперед, - все же настоял подросток, и младший медленно направился в спальню. Как только он скрылся за дверью, Дже отдал Чонсу нож. - И все же, откуда у вас деньги? - Мы их не крали, остальное тебя не касается, - подняв рюкзаки с пола, парень тоже пошел в комнату. Там, сидя на кровати, Ен Хи уже обрабатывал небольшие ранки на спине младшего, который тихо всхлипывал. Никто ничего не говорил и ни о чем не спрашивал. Как только Хи закончил, Дже сел рядом с братом и притянул его к себе, ласково гладя по голове: - Ложись спать, хорошо? - А ты? – Ки не хотел отпускать от себя Джебома. - Я тоже, только раны залижу, - улыбнулся он. Этот довод показался младшему убедительным, поэтому он отпустил брата и лег на кровать, отвернувшись к стене и укрывшись с головой. Его все ещё пробивала мелкая дрожь. Дже, не без помощи Ен Хи, обработал открытые раны и сел на кровать Дарена, который тоже не спал. - Ну и отделали же тебя, парень, - слабо улыбнулся блондин. Он знал, что жалость этому парню ни к чему, поэтому высказал все в более язвительной форме, на что старший из близнецов только улыбнулся: - Да уж. Я посплю сегодня здесь? – Джебом не знал, почему спрашивает это именно у Дарена, почему пошел именно к нему, но он чувствовал, что этот парень может понять его. - А как же брат? – блондин уже двинулся к стене, освобождая место и показывая этим, что совершенно не против. - Ещё одного избиения я не перенесу, - усмехнулся Дже. Все уже были в курсе, что Ки пинается во сне, а по утрам забивает старшего в самый угол, придавливая сверху. Джебому это нравилось, он никогда не возмущался и молча все терпел, но сегодня он хотел выспаться спокойно, чтобы никто не касался его болящего от любого лишнего движения тела. - Спасибо, - тихо шепнул он. - Да забей.