Песня для тебя

В гостиной ярко горел свет и был включен телевизор, теплой семейной атмосферой был пропитан каждый миллиметр воздуха. Сквозь окно напротив просвечивал одинокий уличный фонарь, и занавески колыхались из-за приоткрытой форточки. Глава семейства вместе со старшим сыном сидели на персиковом кожаном диване, стоявшем в центре комнаты. Они были вовлечены в непринужденную беседу с остальными. Блейн и Дэнни сидели на коричневом просторном ковре, старший помогал брату собирать машинку из лего, одновременно пытаясь узнать у Купера, как много знаменитостей он видит каждый день. Их мама сидела рядом, в кресле, от улыбки в уголках ее глаз появились едва заметные морщинки, но это последнее, о чем она заботилась сейчас. Все счастливы наконец видеть семью в сборе. За окном уже глубокий вечер, время ускорилось еще с самого утра и прошло совершенно незаметно. - О чем задумался, сын? - шутливо спросил Джим – отец - обращая все взгляды в комнате на смутившегося подростка. - Да так, ни о чем, - отмахнулся парень, опуская взгляд на две серые детали в его руках. - Блейни нам врет, папуль! - воскликнул Дэниэл, вставая на ноги и в шоке показывая пальцем на Блейна. В комнате все рассмеялись из-за излишней драмы младшего сына, не упуская среднего Андерсона, который усмехнулся, но быстро опустил голову, пряча улыбку. - Это опять тот парень, о котором ты не умолкаешь, пока мы говорим по телефону? - поднял брови Купер, улыбаясь. - Лучше уж это быть ему, я пока морально не готов к тому, что ты влюбишься еще раз, и нам придется проходить весь этот долгий путь сначала, - сказал Джим, закатывая глаза, когда комната опять наполнилась смехом, все понимали, что да, Блейн всегда был слишком впечатлительным и разговорчивым. - Это не он, - все, что удалось выдавить парню, покрасневшего до кончиков ушей. - Ну да, конечно, - закатил глаза Куп, скрещивая руки на груди и принимая такую же позу, как и его отец. Они были во многом похожи. - Как прошла вчерашняя вечеринка, Блейн? - спросила Кэтрин, хитро улыбаясь. - Ничего не произошло? - подросток мотнул головой, и все в комнате поняли, что это неправда. - Не ври нам, Блейни! - опять воскликнул Дэнни, придвигаясь ближе к брату. - Даже юный Дэниэль понимает, что ты врешь, - покачал головой Купер, цокая языком. - Это обязательно обсуждать сейчас? - вздохнул Блейн, пряча голову в своих руках. - Сынок, ты же знаешь, что в нашей семье все равно все узнают, - ответил Джим, пожимая плечами. - Он поцеловал меня, - после короткого вздоха сказал парень. - О, пятюню! – прокричал Купер, вытягивая руку и поднося ладонь к Блейну, который без энтузиазма хлопнул по ней своей. - Боже, мальчики, я так за вас рада! – воскликнула Кэтрин. – Когда ты позовешь его к нам? - Никогда. Это получилось случайно, и он любит своего парня, - быстро произнес парень, вставая и отряхивая свои коленки. – Простите, я пойду в свою комнату, - он быстрым шагом направился вперед к лестнице, сопровождаемый молчаливыми взглядами, как в хоровом кружке, когда решил спеть ту глупую песню. - Мне кажется, мы сказали что-то не то, - нахмурившись, предположила миссис Андерсон, когда по тихому дому раздался хлопок двери. * Следующим утром, когда Блейн проснулся от жуткого холода, от которого не спасало даже одеяло, парень твердо решил спросить у Курта, что значил тот поцелуй. Люди не целуются просто так – учили парня, и он знал, что это правда. Что Хаммел, вероятнее всего, просто боялся открыться ему и показать свои чувства, и Андерсон сделал бы все что угодно, лишь бы показать парню, что ему можно доверять. Из дома Блейн выходил под сочувствующие взгляды матери и Дэниэля, которые так же не знали, что творится с парнем. Андерсон зашел в автобус, наполненный светом от многочисленных лампочек, которые отражались от стекол и сильно выделялись на фоне серого темного неба. Людей, как ни странно, в салоне было мало, потому, что мало кто живет в такой дальней части города, не имея машины, и Блейн выбрал себе место посередине салона у окна, присаживаясь на мягкое сиденье, обитое старой синей тканью, и полностью погружаясь в себя. С одной стороны, у Хаммела был парень, с которым они в отношениях довольно долгое время, если не считать многочисленных расставаний. Но с другой стороны у него был Блейн, который любил его до дрожи на кончиках пальцев. Любил как до луны, вокруг звезд и обратно. Курт не мог не чувствовать этого, так же, как это чувство не может не быть взаимным хотя бы на очень малую долю. Которая перерастет в большую. Не замечая, как подъехал к школе, Андерсон подошел к дверям, когда они раскрылись и заставили пронизывающий воздух врезаться в его лицо после теплого комфортного автобуса. Подросток спрыгнул вниз на асфальт и повернул, чтобы перейти дорогу и войти в большие черные ворота. Он поднимался по тяжелым ступенькам, когда его окликнул кто-то сзади, и Блейн обернулся, замечая бегущего Сэма в зеленой куртке и растрепавшимися блондинистыми волосами. - Чувак, я тебя после вечеринки так и не видел! – воскликнул парень, кладя руку на плечо Андерсона. - Я был занят, - пожал плечами Блейн, не находя, что еще ответить. - Тебя искала Мерседес, - продолжил Эванс, когда они входят в здание, спасаясь от холода. – И Рейчел. И Куинн. И Майк, - Андерсон непонимающе посмотрел на друга, который тоже, по-видимому, был без понятия, зачем Ченгу нужен был Блейн. - А Курт? – с надеждой спросил тот. - Не-ет, - протянул Сэм, прищуриваясь, как будто пытаясь что-то вспомнить. – По-моему он наоборот после вечеринки сказал мне передать тебе, чтобы ты держался от него подальше, - закончил парень, указательным пальцем тыкая в грудь Андерсона. - Да, да. Я понял, - Блейн осторожно убрал его палец. – Что у нас сейчас? - Алгебра, - сказал парень, и они разошлись, пробираясь сквозь многочисленных школьников к своим шкафчикам. * За окном ни капли не посветлело за три прошедших урока. Жалюзи были все так же неаккуратно спущены, а лампочки в задних рядах мигали, работая из последних сил. Блейн лениво перелистнул страницу, не слушая учителя уже минуть двадцать и полностью выпадая из темы. Между разглядыванием гладких бежевых стен и черчением непонятных рисунков на полях тетради, взгляд Андерсона неоднократно натыкался на ровную спину Курта, сидящего на несколько человек впереди него. Ему было все равно, что Хаммел рассказал о том случае в хоровой половине школы, ровно как и что теперь люди постоянно хихикают, смотря на него. Однако он все равно предпочитал сидеть на задних рядах, не в восторге от косых взглядов и насмешливых выражений лица, адресованных ему. Почему люди влюбляются в тех, кто убежден, что эти люди им безразличны? - Ноа Пакерман! – радостно сказал учитель – молодой высокий мужчина с темными волосами и добродушным взглядом. – Я думаю, всем будет интересно послушать ваше мнение. Некоторые засмеялись, потому что шутка про Пака на уроке литературы давно стала каноном. Этот парень всегда говорил что-то совершенно бессвязное либо совершенно не относящееся к вопросу. - Ну они умерли, я считаю это довольно грустно. Поэтому это и трагедия, потому что очень грустно в конце и можно расплакаться, - закончил Ноа, неуверенно оглядываясь на класс, который еле сдерживался, чтобы не разразится хохотом прямо сейчас. - Да, это очень грустно, не могу не согласиться. А вы, Ноа, плакали? – учитель пытался выглядеть серьезным, не смотря на то, что так же готов был рассмеяться в любой момент. - Да, - закивал головой парень. – Особенно когда в конце Джульетта… ну это… умерла когда, в общем. Совсем уже. - Браво! – раздался чей-то выкрик с задней парты, и все, включая учителя, залились диким смехом, смущая отвечавшего парня. Блейн, однако, совсем не заметил резкого шума в классе, восхищаясь идеальной улыбкой Курта. Он разглядывал его идеально белую рубашку и маленький черный галстук на шее, замечая, что даже когда Хаммел сидел, коричневые брюки, надетые на нем, казались очень узкими и идеально обтягивали его стройные ноги. Когда Курт обернулся, чувствуя на себе чужой взгляд, Андерсон поспешно отвернул голову, разглядывая чистый лист тетради и замечая маленькое «Курт», неосознанно выведенное в самом уголке. - Ладно, ладно, все. Успокоились, - сумел сказать учитель спустя некоторое время и еще пары десятков шуток. – Ноа, мне приятно, что произведение вызвало у вас такие бурные эмоции, - он улыбнулся и кивнул своему ученику. – Могу даже вам поставить «хорошо», - Пакерман посмотрел в потолок и прошептал «спасибо». – А теперь продолжаем урок. Курт Хаммел! - Что? – лениво ответил парень, продолжая бессмысленно водить ручкой по тетрадке. - Как вы смотрите на печальную историю Ромео и Джульетты? – мужчина облокотился на деревянный стол, стоявший позади него. Курт нахмурился и поднял взгляд на учителя, спустя пару секунд отвечая. - Они были слишком молоды? – парень пожал плечами, откидываясь на спинку стула. – Считали, что то, что они испытывают – любовь? Хотели доказать это всем? - А что, если это действительно была любовь, Курт, вы не можете знать наверняка, - указал учитель, наблюдая за Хаммелом. - Как и вы, - ответил парень, опять опуская глаза в тетрадь и шумно вздыхая. - Блейн! – позвал учитель. - А? – Андерсон, слишком увлекшийся разглядыванием безупречного профиля Курта, непонимающе поднял взгляд на учителя. – Я согласен с Куртом, - он старался звучать не слишком влюблено, произнося его имя. - Ладно, с вами все ясно, - махнул рукой учитель, когда школьный звонок начал разноситься по коридорам. – Урок окончен, задания нет. Все свободны. Ученики быстро и почти одновременно вскочили со своих мест, забирая учебники и выходя из кабинета. Блейн быстро прошел к выходу, разглядывая в уже успевшей образоваться толпе Хаммела, и свернул направо в столовую, надеясь, что ему повезет. С начала перемены не прошло двух минут, а огромный зал уже был наполнен голодными подростками. Половина из них сидела за лакированными красными столиками, занимая место друзьям, а другая половина толпилась на столе раздачи, судорожно сгребая к себе в тарелки картошку, как если бы она была последней в этом мире. Блейна кто-то нечаянно толкнул и побежал дальше на пути к еде. Парень сделал пару шагов в сторону, отходя от главной двери и стараясь разглядеть Курта. Вскоре он понял, что это безнадежно, ведь единственное, что он нашел среди массы подростков, был разъяренный взгляд Седрика. Как если бы он знал о том поцелуе. Андерсон развернулся и пошел к выходу, толкая тяжелую красную дверь и забывая слова, когда за ней оказался Курт. Хаммел оттолкнул Блейна в сторону, пробираясь мимо учеников на встречу столу, где сидел его Седрик. - Курт! – позвал его Андерсон, прежде чем смог себя остановить. Парень неохотно развернулся, закатывая глаза. - Ну что? – он вздохнул, равнодушно смотря на Блейна. - Я хочу с тобой поговорить, - подросток опустил взгляд, переминаясь с ноги на ногу. Он пытался собраться с мыслями, но они испарились, и только «ну» от Курта привело его в чувства. – Не здесь. - Давай здесь, - Блейн глубоко вдохнул и очень близко подошел к Хаммелу. - Ты мне нравишься, - выдохнул он, все еще не смотря в глаза парня, потому что хотел быть способным хоть что-то сказать. - Я знаю, - ответил Курт, стараясь немного отодвинуться от Андерсона. - Тот поцелуй был… - Идеальным, я знаю, - Блейн посмотрел по сторонам, находя сложным говорить что-то личное, когда помимо вас в помещении присутствуют еще пара сотен человек, создающих невыносимый шум для таких тихих слов. - Я хотел спросить… - парень замялся, находя силы поднять голову и посмотреть в кристально голубые глаза. – Ты испытываешь ко мне то же самое? – он нашел его руку и невесомо накрыл своей, не опуская взгляда. Курт закрыл глаза. - Убери. Свою. Руку. Андерсон, - произнес он твердым голосом, заставляя Андерсона одернуть руку, как ошпаренную. – Ты мне не нравишься и никогда не будешь, ясно? Я терпеть не могу находиться с тобой в одной комнате, ты можешь себе представить, как противно мне было тебя целовать? Отойди от меня и повзрослей, наконец, - парень развернулся, толкая Блейна и проходя мимо учеников, которые молчаливо расступились перед ним. - Но ты поцеловал меня! – выкрикнул Андерсон, но так, чтобы слышал только Курт. - Из жалости, Блейн, смирись уже с этим, - Хаммел закатил глаза и сел на лавочку рядом со своим парнем, который сразу обнял его за талию и поцеловал в висок. Блейн, будто не слыша всех оскорблений, произнесенных Куртом, думал о том, что это несправедливо, когда право целовать самого идеального парня на свете принадлежало такому как Седрик. * Днем наконец-то показалось солнце, только пейзаж, состоящий из голых деревьев и слякоти, не становился от этого лучше. Небо было чисто голубым с редкими облаками, а на огромной высоте летел самолет. На улице было больше народу, спокойно идущих по тротуарам, больше машин, проезжавших по главной дороге, и больше счастливых лиц, по которым так успел соскучиться город за прошедшие пару дней. Было намного больше шума и веселого смеха, раздававшегося повсюду, однако Лайма все еще подтверждала репутацию тихого и спокойного городка. После утомительной школы, Блейн решил прогуляться, добираясь до своего квартала лишь спустя час. Здесь как всегда были пустынные улицы и почти не проезжали машины, но подросток любил свой район за это. Проходя мимо небольших одинаковых домов, различавшихся только номером рядом с почтовым ящиком, можно было расслабиться и отдохнуть от звенящих голосов в ушах. Андерсон почти дошел до своего дома, когда его кто-то позвал. Он резко развернулся и увидел Седрика, спокойно стоящего около соседнего участка и кивающего Блейну вправо. Андерсон опасливо огляделся по сторонам, но последовал за парнем. Они вышли в небольшой проход между двух белых заборов, и Блейн встал ближе к выходу. - Что тебе надо? – спросил он, засовывая руки в карманы куртки. Седрик ничего не ответил, быстрым шагом подходя к парню и ударяя его в челюсть. Парень едва не упал, не ожидая удара, и попытался предотвратить следующий, когда сильные руки еще одного парня из футбольной команды схватили его сзади, не давая выбраться. В тот день Блейн зашел домой через черных ход и не рассуждал о любви.