___
Ребекке исполняется восемнадцать. Она фотографируется на паспорт, занося в бланк тот день, когда выпила лекарство, и год, на который падает взгляд — парень рядом получает права. Ребекка улыбается ему. Джош становится первым.___
Ребекка плачет в черном платье, считая произошедшее злой иронией судьбы. Она выкидывает планы на замужнюю жизнь с Джошем и их маленькой Мелиссой в мусорное ведро вместе с пачкой распечатанных для рамок фотографий. На каждой Ребекка улыбается, обняв Джоша за шею. Ребекка сглатывает, когда глянцевая бумага вспыхивает. Джош оказывается первым.___
Ребекка устраивается в кофейню, усердно варит латте и делает вид, что не замечает Элайджу в углу. Она аккуратно ведет ситечком с молотым кофе поверх белоснежной пенки. У нее сосредоточенное лицо и забавно высунут язык. Когда ее сзади обнимает хозяин кофейни, слишком явно симпатизирующий новой работнице, Ребекке игриво сдувает прядку со лба. Кофейня сгорает на следующей неделе.___
Ребекка стучит карандашом по столу, в тысячный раз пересчитывая взглядом оставшиеся двадцать с лишним долларов. Она безработна, молода и совершенно не бессмертна. Ей в новинку проблемы с деньгами, а также грубость арендатора, мужчины с лишним весом и квартирой. На ее телефон, который, наверно, единственный перекочевал из ее прошлой жизни в нынешнюю, весело мигает и жужжит. На счет Ребекки Майклсон зачислено семьдесят тысяч евро; мужчина арендатор протягивает ещё сто, когда она открывает дверь.___
Ребекка тянет носом, чувствуя аромат вафель и кленового сиропа, и практически сползает с чужой постели. Она натягивает рубашку парня, с которым познакомилась вчера и осторожно, на цыпочках идет на кухню, чтобы сделать сюрприз. Вафли оказываются не для нее, а для его девушки, которая придет с ночной смены через полчаса. Ей в руки летят вещи, а рубашка грубым движением срывается с плеч, чтобы брезгливо бросить в стиральную машину. Он пихает ей мятые пятьдесят баксов в лифчик и захлопывает дверь. Ребекка, выбирая миксер в магазине техники, краем глаза замечает на работающей плазме сообщение о двух изуродованных трупах, найденных висящими на деревьях перед зданием полиции.___
Ребекка празднует полное совершеннолетие, улыбаясь в баре буквально всем. У нее так и не нашлось друзей, а для замужества она пока мала, но лишь по меркам нынешнего общества; сама Ребекка считает, что может выйти замуж хоть завтра. Она готова проводить вечера перед телевизором, заниматься скучным сексом в миссионерской позе и ходить с десятком лишних килограмм после родов. Почти все в баре отвечают на ее улыбку; Кол в солнечных очках даже жизнерадостно машет. Бар вскоре после ухода Ребекки превращается в место дикой резни, а бармен, который пытался ухлестывать за ней, подвешен за ноги.___
Ребекка попадает в больницу с аппендицитом и плохим настроением. Кристофер делает ей предложение в парке, сидя на клетчатом пледе и переплетя с ней пальцы правой руки. Она светится от счастья, а после практически падает от рези в животе. Врач скорой констатирует аппендицит, и ее везут в клинику. Когда ее каталку ввозят в срочную операционную и Кристофер остается за дверью, Ребекке кажется, что ее будущего мужа загораживает до боли знакомая спина, но наркоз стирает эти воспоминания. На тумбочке рядом с ее постелью лежит пакет апельсинов, которые жизнерадостно блестят рыжими боками.___
Ребекке двадцать пять, и чувство собственного унижения посещает ее каждый день. У нее не получается ни одних серьезных отношений с мужчинами; кожа начинает проявлять первые морщинки; деньги, появившиеся из ниоткуда, — Ребекка знает, чьи они, но ни за что не признает этот факт, — заканчиваются даже с ее довольно средним уровнем жизни. Она заваривает чай, ставит свою чашку и чашку брата напротив. Элайдже — из тонкого тонированного стекла, Колу — толстую, керамическую, с веселым узором на боку, Клаусу — высокую и однотонную, которая по заявке в теле-магазине, меняет цвет под настроение пьющего из нее. В одно утро Ребекка просыпается в постели, обнятая с обеих сторон Элайджей и Клаусом, а ее ноги закрывает животом Кол, мирно посапывая головой на ее груди.___
Ребекка отсылает всем троим приглашения на свадьбу. Маркос не тот, о ком она мечтала с семнадцатого века, но он безумно влюблен, достаточно состоятелен и преподносит кольцо в велюровой коробочке из ее любимого ювелирного бутика. Она радуется, как девчонка, прыгает на него и с сотню раз повторяет «да». А после выбирает платье и ловит чистый, незамутненный кайф от организации всего торжества. Клаус выпроваживает консультанток из огромной свадебной примерочной, а после чувственно трахает сестру у большого зеркала в рост, задирая юбку ее свадебного платья.___
Ребекка нервничает на репетиции свадьбы в красивой, огромной церкви, снятой на целый день заботливым Маркосом, но свое «да» говорит четко и уверенно. Она без малого десять лет человек, но любая религия ее по-прежнему пугает. Восторженное желание Маркоса обвенчаться принимается ею со скрипом, но она все ж таки шагает по длинной алой дорожке, пытаясь думать, что это лепестки роз, а вовсе не путь всех ее убийств. Кол целуется пылко и страстно, зажимая ее в темном углу, справа от огромной иконы Святой Девы; следы его рук долго горят на коже Ребекки.___
Ребекка готова выйти замуж. Она может без запинки произнести клятву; она хочет троих детей – одну девочку и двух мальчиков; она желает в подарок на Рождество от братьев стертую память. Элайджа гладит ее по голове нежно, трепетно. Он целует ее в висок, обнимая за талию крепко и надежно. Маркос не обнимает ее так, хотя сжимает ее ребра в своих огромных ручищах что есть силы. — Выпей, — шепчет ей на ухо Элайджа, когда Клаус, возникший из ниоткуда, цедит в праздничный бокал шампанского свою кровь. — Пей, — нетерпеливо восклицает Кол, выхватывая бокал у старшего брата. — Ты наша, — довольно прикрыв глаза, мурлычет Клаус. Ребекка безвольно обмякает в объятиях Элайджи. А после пьет горькую тягучую кровь. Она вновь выбирает их.