Я тебя ненавижу

-Я тебя ненавижу… - кровавые брызги веером летят с меча, когда он бьется острием о землю. Катана отлетает тоже, но ее владелец не отступает, держит равновесие, и лишь несколько срезанных платиновых прядей тают в воздухе. -Да неужели? – усмешка на тонких губах, рука в перчатке скользит по боку меча, размазывая кровь. -Как я тебя, суку, ненавижу! – с восхищением в голосе, и тяжелый двуручник вновь взмывает в пируэте, обрушиваясь на катану. Братья бьются второй час подряд. Оба покрыты порезами, на земле кровь, оба тяжело дышат, и их руки мелко подрагивают, а ноги все чаще разъезжаются по грязи. Наконец, Данте поскальзывается и падает, полы плаща волнами ложатся ему на лицо. Верджил подходит и протягивает руку, брат отбрасывает ее прочь и встает сам, со злостью одергивая одежду. Верг лишь ухмыляется. Эта его вечная ухмылочка… Данте бесится, оттирает Мятежник рубахой, все равно весь грязный как свинья. Верг забирает назад волосы и смотрит. Весело, с ноткой укора во взгляде. Бесит… -Харэ уже! – рявкает Данте. -Я тебе мешаю? – вкрадчиво спрашивает брат. Напрашивается…. У Данте сводит зубы. -Да пошел ты… Верджил кивает, будто другого и не ждал, и легкой походкой отправляется в сторону дома – Ямато в руке, грязные желтые ленты безжизненно мотыляются на ветру. -Послушный, блядь… - шипит младший, глядя в спину Верджилу, снова поскальзывается и рычит, не в силах справится с раздражением. Они одни на пустыре. Дождь недавно закончился, но уже накрапывает вновь. Будто удары по туго натянутым нервам. И эта его ехидная усмешка… Как же бесит…. -Данте! Ты идешь?! Сжать кулаки, встать на негнущиеся ноги – и следом, различая на влажной земле знакомые отпечатки сапог. -Хватит злиться, выиграешь в следующий раз. Данте уже не слышит, что в голосе Верджила нет издевки, только банальная усталость, не видит, что его глаза закрываются от переутомления. Он видит своего демона… и больше не сдерживается. Хлесткая пощечина бьет по бледной щеке – кожа тут же вспыхивает, Верг изумленно смотрит на Данте, а тот стоит под начинающимся дождем и скалится, словно бешенный пес. -Что с тобой? -Заткнись!! -Данте?! -Заткнись, Верг!!! -Перестань же, - начинает злиться Верджил. И тогда Данте бросается на него, забыв про меч, валит наземь, наваливается сверху, одной рукой держа брата за шею, другой отводя его руки. Близнец отбивается, но злоба придает Данте сил. -Задолбал со своими нравоучениями, - хрипит от ярости младший, заламывая брату руки за голову, - задолбал быть во всем правым и первым! -Данте, хватит! Это не имеет смысла. Из груди младшего рвется бешенный рев. Даже сейчас, даже теперь, подмятым, распятым в грязи, Вверг умудряется выглядеть спокойно и собранно. Голубые глаза взирают с пониманием. С пониманием, мать его!!! -Я сотру с твоей рожи это выражение, - тихо обещает он брату. Рывком поднимает его и отшвыривает в корни поваленного дуба. Очень старого и толстого, они всегда оставляют около него свои вещи, когда приходят тренироваться. Сейчас старое дерево представляется Данте весьма удобной штуковиной… Пока Верг пытается встать, младший подбирает оба меча. Подходит и с силой, приподняв за грудки одной рукой, прижимает брата спиной к коре. Первым в ход идет двуручник. Мятежник пронзает тело как бумагу и глубоко входит в древесину – через сустав правого плеча, дробя кость и ткани. Вергилий бледнеет, от боли у него на глазах выступают слезы, но ни звука не срывается с упрямых губ. Данте аккуратно перехватывает в ладони Ямато. -Не надо… Злая улыбка скользит по губам. Катана прошивает насквозь второе плечо, Данте наклоняется, чтобы слизать кровь – ее натекло уже достаточно, чтобы спасти какого-нибудь несчастного. Но вот жалость. Такая ценная кровь пропадает зря… -Придурок, - выдыхает Верг, - это ничего не решит… -Зато принесет мне удовольствие, - усмехается Данте. И решительным жестом раздергивает ремень на поясе. Ползет вниз язычок замка ширинки. Глаза Верджила впервые наполняются настоящим страхом. -Ты с ума сошел?! Данте! -О, не волнуйся… - ласково мурлычет младший, разрывая брюки брата, - нас не увидят. А когда мы вернемся, родители уже будут спать. Он закидывает бедро Верга себе на руку. -Хочешь мне еще что-нибудь сказать? -Ты… болен, - с омерзением произносит Верджил и лицо Данте искажает гримаса ненависти. Ленты Ямато медленно меняют цвет, пропитываясь кровью. -Ах, болен?!! Тогда ты болен не меньше, Верг! И стон с криком сливаются в один – Данте вжимается в брата, впивается ногтями в кожу, прижимает его к стволу, заставляя откинуть голову. Неудобно, но плевать, ведь Вергу в тысячу раз больнее, а разве не этого так хочется полудемону? -Я разорву тебя к чертям, - шепчет он на ухо скулящему брату, - я буду делать это раз за разом, пока ты восстанавливаешься, а потом еще… По ногам течет кровь. Дождь расходится не на шутку – Данте злобно рычит – теперь он не видит, плачет Верг или нет, и это тоже – словно пощечина. -Слышишь меня?! Старший близнец молчит. Только вздрагивает и слабо пытается вырваться, отодвинуть от себя Данте, оттолкнуть – младший смеется ему в лицо. -Твоя хваленая выдержка… вот тебе выдержка! Только тренировки приводят к совершенству, Верджил!!! Струи воды бьют Данте в спину. Он держит ногу брата мертвой хваткой и врывается в сведенное судорогой тело, каждый раз желая причинить как можно больше боли. Причинить – и увидеть ее след на лице брата. -Кричи… Мятежник, послушный рукам хозяина, проворачивается по оси. Медленно. -Кричи для меня… Резкий рывок. И Верг, наконец, кричит. Его голос рвет сгущающиеся сумерки, холодная вода заливает лицо, заливает окровавленные плечи, капает с подбородка. Данте ловит эти капли языком, прижимается к ледяным губам, насилует рот брата, испивая его боль до конца. Он не на миг не прекращает вбиваться в него, жестоко раня тело и гордость близнеца, но ведь его гордость – это именно то, что он всегда ненавидел в нем больше всего. -Тебе нравится? - усмехается Данте. Брат хрипит что-то, едва успевая сглатывать дождь и крики. -Я тебя не слы-шуу…. – издевается младший. -…да… -Что? -Мне… нра..вится…Данте… Младший отшатывается. Нравится? Что.. Верг смотрит на него и Данте видит в глубине его глаз тот же огонь, что сжирает его самого. -Значит, нравится, - горячий язык с любовью проходится по щеке, - тогда продолжим… Он выдирает мечи один за другим. Верджил сползает спиной по стволу, у него нет сил, чтобы сделать это с достоинством проигравшего, но у него хватает сил, чтобы раздвинуть перед Данте ноги. Младший улыбается. Мокрая челка закрывает глаза, плащ греет. Но больше всего греет то, что он все-таки добился этого. Верг у его ног. И впервые в жизни Верг хочет того же, что и Данте. -Молодец, брат. Мятежник падает в грязь, а вот Ямато Данте еще держит в руках, вспоминая боевую стойку близнеца. Он всегда любил свой меч больше кого бы то ни было. Больше Данте уж точно. Пришла пора и Ямато полюбить своего хозяина. Данте гладит рукоять клинка, не отрывая взгляда от глаз близнеца. А впрочем… это слишком просто. Улыбка растягивает губы – Верджил вздрагивает, понимая ход мыслей брата. Данте медленно разворачивает меч клинком вперед и делает шаг к Верджилу…