Трансформеры Прайм - Моя версия

– Найра, наконец-то! – воскликнул красно-черный кон, разводя манипуляторами. – Ну ты и копуша! Серебристая фема не спеша вошла в полутемное помещение, и устало опустилась на один из пустых контейнеров из-под энергона. – Прости, Нокаут, – улыбнулась она, – но я не могла отключить связь, не убедившись, что все благополучно вернулись на базу. Нокаут бросил взгляд на голубоватый экран работающего компьютера, стоявшего чуть в стороне от стола. – И поэтому ты простояла у входа в наше убежище почти два цикла?! Та лишь кивнула в ответ. – Тебе в офлайн не нужно? – поинтересовался доктор, видя рассеянность и усталость своей подруги. Найра отрицательно помотала головой. – Это просто невозможно! – Нокаут рассержено скрестил манипуляторы на груди. – Изводишь себя бесполезными переживаниями! В один прекрасный цикл твоя нейросеть просто не выдержит! Тебе нужно больше времени уделять себе. Серебристая сикер бросила ему в фейслист отрывистый недоумевающий взгляд, ясно говоривший, что это ей все равно, особенно сейчас. Намек был понят. Десептикон сглотнул и, пройдя несколько шагов по направлению к стене, произнес: – Ладно. Тебе стоит на это взглянуть. Нокаут указал на широкий рабочий стол, сплошь уставленный различной формы колбами и пробирками с неизвестными земной науке реактивами. Кибертронцы сосредоточили свои взгляды на конусообразном сосуде, полном фиолетовой жидкости. Он подогревался горелкой на слабом огне. Сине-красная жижа медленно выпускала в воздух пузыри такого же цвета. – Ты уже столько успел сделать, – восхитилась Найра. Безразличие сменилось довольным прищуром. – Я бы и половины не смогла за это время. – Ну, зачем же сравнивать? – ухмыльнулся, довольный собой, кон. – Ты не училась по этой специальности, а хочешь сравняться с лучшим десептиконским доктором. – Единственным доктором, – с той же язвительной ухмылкой уточнила фема. – Этот единственный доктор нашел единственную проблему в нашем плане, – словно бросая вызов, оттарабанил мех. Эти слова смахнули улыбку с фейслиста серебристого экс-генерала. – И, какую же? – уже настороженно произнесла Найра, пытаясь понять, серьезен ли ее собеседник, или, все же, шутит. Десептикон заметно посерьезнел. – Как мы собираемся после извлечь темный энергон из корпусов Мейкшифта и Клиффджампера? Они – не Мегатрон, который непонятно как повелевает этой темной материей, и не мутанты, как ты, которая так легко переносит слив старого и закачку нового энергона. – Верно, – фема наклонилась вперед и взялась за подбородок. – Если мы попытаемся просто слить темный энергон из их магистралей, то исход может оказаться фатальным. – ее взгляд пробежал по столу между пробирками, обогнул Нокаута и остановился на большой тубусообразной прозрачной камере. – Возможно ли нейтрализовать темный энергон, без использования прямого контакта? Оптика красно-черного колесника сперва удивленно расширилась, потом приняла то самое выражение, когда страстно хочется попробовать нечто совершенно неизвестное. – То есть, с помощью излучения? А это мысль.

***

Спустя пол орна оба трансформера подготавливали место и многочисленное оборудование лаборатории к своему эксперименту, попутно обмениваясь последними новостями. – Он накричал на Прайма?! – Нокаут бросил через плечо удивленный взгляд, откатывая в сторону ненужный сейчас аккумулятор. – Ага. А потом пальнул по нему ракетой, – крякнула Найра в ответ, одной ногой упираясь в стену и пытаясь вытащить из разъема мешавший кабель. – Такой гордый, заорал: «Угомонись сам!» – Значит, над его манипулятором тоже вы поработали? – Что не говори, а Оптимус хорошо стреляет. Доктор оставил аккумулятор в покое, подошел к фем и взялся за кабель рядом с ней. – Знаешь, что самое забавное? – Что же? – сикер заинтересованно подняла надбровные дуги. – А то, что все это не может быть правдой! – десептикон хищно улыбнулся, сверкнув белыми дентопластинами. – Он же «сидел у себя в отсеке, занимался своими делами, и тут его манипулятор отваливается!» – Нокаут снова переключился на подделывание интонации серого десептиконского командира. – «Наверное, Мегатрон нанес мне больший урон, чем ты думал, доктор!» Найра рассмеялась: – Какая прелесть. – Главное, я еще и виноватым остался! – Ну, это же Скрим. Тут они оба услышали треск. Вилка кабеля, за которую тянули трансформеры, наконец отошла от стены и, оставив зиять на своем месте черную дыру розетки, со свистом понеслась туда, куда ее так настойчиво тащили. Найра и Нокаут хлопнулись рядом, загремев броней и тазовыми пластинами по земляному полу. Почему-то это обстоятельство еще больше подняло настроение и так уже развеселившимся меху и фем. – Я предложил ему новую модель! Изящную, функциональную! – восклицал Нокаут. – Он на меня накричал. Сказал, что хочет такой манипулятор, как был раньше, и куда-то опять ушел, объяснив это тем, что хочет принести свою «отвалившуюся» конечность. Но он так и не принес ее, а вернулся еще более побитым, чем раньше. Представляешь! Вбегает ко мне в лабораторию, права качает, а сам выглядит, словно его снова помял Мегатрон. – Хах, он так же из портала к нам выпрыгивал. – Прямо как ты у нас, на раздаче пайков, да? – Эмм, – серебристая фем на наноклик задумалась, припоминая давние орны начала своей службы в регулярных десептиконских войсках, когда она со свежими заплатками на шлеме и подносом в манипуляторах взмыленно подбегала к раздаточному пункту, стабильно опаздывая к своей очереди и успевая в самый последний момент. Старшие по званию всегда смотрели на нее со смехом. – Нет, меня он еще не переплюнул, – хохотнула Найра. – Когда-нибудь ты перестанешь попадать в подобные передряги? – деловито осведомился десептикон. – Как знать? – сикерша лишь развела манипуляторами. – У нас там такая заварушка была с Космическими Мостами, обратными измерениями… Беты, своим появлением доставили немало хлопот. – Беты? – искренне удивился доктор. – Вы завели бет?! Найра закусила край топливоприемника. От веселья не осталось и следа. Ей стоило быть поосторожнее со словами. Она прекрасно знала, что Нокаут помогает ей лишь потому, что у него появилась возможность поработать с оборудованием Шоквейва и над совершенно необычными проектами. Как только появится что-то более интересное для него, он, если не сдаст, то легко бросит здесь все, и займется другими исследованиями. Так думала сама сикер. Но, с другой стороны, чем она рисковала? Нокаут еще не дал ни одного повода усомниться в его преданности их общему делу и сейчас так легко рассказывал ей то, что происходило на Немезиде, чтобы просто повеселить уставшую фем, что она все же решила говорить с ним начистоту. – Нет. Речь об аборигенах этой планеты. Эти юные органики часто прибегают к нам на базу. Пользы от них почти никакой, но порой бывает весело. «Десептиконы все равно рано или поздно узнают об участии местных форм жизни в нашем с ними противостоянии, если только уже не знают. Расскажу я это ему сейчас – ничего не изменится,» – постановила для себя Найра. – Значит, ты развлекаешься с людьми? – смешливо подчеркнул красно-черный колесник. Его веселость, только набрала оборотов. – Похоже, тебе явно не хватает близкого друга. – И это мне говорит тот, кто гоняется с людьми по ночным трассам, – усмехнулась в ответ сикерша. – Да и зачем мне друг, когда у меня есть ты? Нокаут довольно выпятил грудную пластину и сделал такой важный вид, что фема снова расплылась в умильной улыбке. Тут плечи ее устало опустились. – Хорошо, что все закончилось удачно. Подумать только, во что может перерасти затея одного меха, что сам себе на уме, если в нее вмешаются не вовремя подвернувшиеся под манипулятор человеческие беты. Чудом они трое спаслись. Чудом автоботы нашли тот мобильник. Чудом Ретчет сумел открыть портал в иное измерение. Все вернулись на базу целыми и невредимыми. Это главное. – Ум-ум-ум, какие мы сентиментальные, – с издевкой в вокалайзере перекривил ее десептикон. – Не без этого, – легко согласилась с ним Найра. – Просто, мысли вслух. За тебя же я тоже переживаю. Не ожидавший подобного признания, Нокаут удивленно моргнул и отвернулся в сторону, не желая показывать недавно вернувшейся в строй после ранения соратнице свои настоящие эмоции. Выдержанная пауза молчания дала понять серебристой фем, в чем дело. На искре у нее стало приятно и спокойно. Не желая смущать напарника еще больше, сикер решила сменить тему и вернуться к действительности. – Значит, обычный энергон нейтрализует темный энергон. – В теории все так, да, – кивнул колесник. – А на практике? – Ну, не могу быть уверен… – Будем проверять. – Как? – бросил в воздух Нокаут, не ожидая ответа. – Введем кому-нибудь темный энергон и попытаемся его удалить с помощью обыкновенного? – Ага, – почти не задумываясь, подтвердила Найра. Красно-черный кон порывисто повернулся к ней, саркастично поднимая надбровные дуги. – Хорошо! В принципе, это не трудно. С кого начнем? Они вдвоем снова оглядели полутемную лабораторию и металлическую ширму, за которой уже давно спали два меха: автобот и десептикон – Клиффджампер и Мейкшифт. Повисшую тишину первая нарушила Найра. – Так не пойдет. Они оба слишком слабы, чтобы выдержать подобные эксперименты. Если что-то пойдет не так, подопытный погибнет… если не хуже. – И что ты тогда предлагаешь? – язвительно поинтересовался доктор. Теперь принятие решения не терпело промедления. Серебристая фема снова уселась прямо на пустые ящики из-под энергона и оскалилась. В странной ее улыбке не было намека ни на веселье, ни на что-нибудь адекватное. – Попробуем на мне. Красно-черный мех округлил оптику. – Вернее, не мы, – продолжила сикерша. – Ты попробуешь это на мне. Посмотришь, что будет с моими жизненными показателями, и, если все пройдет так, как мы предполагали, применим метод на пациентах. – Аа-а… а что, если темный энергон до конца вынесет твой уже сдвинутый процессор?! – выкрикнул, вне себя от злости Нокаут. – Что если твои системы не выдержат и полетят?! Его давняя знакомая никогда не отличалась особой осторожностью, когда дело касалось ее самой. Колесник часто сомневался, знает ли она вообще, что значит «самосохранение». Но сейчас речь шла об использовании вещества, обладающего в прямом смысле потусторонней силой. «Ладно бы еще на ком-то! Но устраивать эксперименты с опасными материалами на себе, да еще и меня в это впутывать! Это уже ни в какие ворота!» Найра сделала невероятно серьезный фейслист и заговорила с таким выражением, что ее слова напомнили закадровый голос из начала какого-то фантастического боевика. – Тогда будет взрыв. Все здесь будет уничтожено. Не останется ничего, на что мы с тобой рассчитывали… Надеюсь, при взрыве на заденет глушилки, иначе нас с тобой, или то, что от нас останется, найдут, и все будет еще хуже… В любом случае, если что-то выйдет из-под контроля, действуй как обычно – драпай чтоб шины сверкали и подальше. Нокаута передернуло. – Ты вечно, со своими шуточками! – брезгливо выплюнул он. Мех еще раз оглядел серебристую фем. Ее темно-синяя оптика метала огонь, а значит, спорить с ней было бесполезно. Доктор отключил горелку и, перелив часть содержимого пробирки в кибертронское подобие шприца, передал Найре. – Сделай это сама, раз уж так хочешь. Сикерша с видом победителя подняла надбровную дугу. – Кто бы сомневался, что ты струсишь. Нокаут резко отвернулся и отошел в сторону, не желая смотреть на то, что будет дальше. – Просто я не хочу делать то, о чем после могу пожалеть, – тихо пробурчал он. «Он прав,» – это Найра отлично понимала. Она ни капельки не злилась на опытного доктора, за его опасения. Все они были более чем резонны. Но экс-генерал за свою службу хорошо уяснила и то, что бывают клики, когда нужно просто делать то, что нужно, а потом уже разбираться с последствиями. Отшлифованное многими ворнами чутье подсказывало, что это именно один из них. Игла «шприца» вошла под обшивку, и уровень фиолетовой субстанции в мерной трубке стал медленно понижаться. Откуда-то изнутри серебристого корпуса донесся болезненный стон. Выглядывающие из-под брони магистрали засветились бледно-фиолетовым светом. Сикер обмякла и с шумом грохнулась на пол. Оптику заволокла белая пелена. Рядом Найра услышала какую-то возню. «Как же гудит искра, – подумала про себя фем. – Кажется, сейчас она выскочит из камеры, и Нокауту придется ее ловить по всей лаборатории. Так, нужно собраться!» – приказала она сама себе и с трудом подняла голову. Прямо перед ней на четвереньках стоял Нокаут. На его фейслисте был написан ужас. Он смотрел прямо ей в оптику и не мог оторвать взгляда. – В прошлый раз также было? – чуть слышно прошептал он. Найра поняла, что ее окуляры уже не темно-синие, как раньше. Голова гудела и кружилась. Экс-десептиконша неуверенно села на колени, и ее шатнуло в сторону. Доктор протянул к ней манипулятор, желая помочь. – Нет, я сама! – выдавила фема, тяжело опираясь о ближайшую стену. Тут же она отметила, как изменился ее вокалайзер. Испуг красно-черного кона сменился досадой. Он поднялся и с безучастным выражением фейслиста стал стучать по клавишам компьютера. Потом колесник осветил сикершу пару раз красным рентгеновским лучом, получив кучу уведомлений об обнаружении неизвестного вещества в ее энергоне, и замерил жизненные показатели. – Считай это чудом, – Нокаут поднял надбровные дуги так высоко, как только оно было возможно, – но все в точности так, как мы ожидали! Все верно! Твои показатели снизились почти втрое и… – он остановился, видя, что Найра пустым взглядом таранит какую-то точку в стене, не шевелясь и даже не мигая. – Ты меня вообще слушаешь?! – возмутился мех. – Рано праздновать, – прозвучало хриплым двойным эхом, того вокалайзера, к которому они двое привыкли. Фем сидела на полу, поджав под себя ноги, и раскачивалась взад-вперед, словно в каком-то трансе, не давая себе отключиться. – Начало положено. Не удивительно, что мне так хочется в офлайн. – она широко и долго зевнула. – Будем заканчивать? – Э-э-э! Не вздумай отключаться тут! – тут же встрепенулся десептиконский доктор. – Я тебя на плиту в капсулу не потащу! – Скорее не дотащишь, – усмехнулась та в ответ. «Даже находясь под действием темного энергона, она умудряется отшучиваться! Подумать только, – мелькнуло в процессоре Нокаута. – И это еще один довод к тому, что пока операция проходит успешно». Красно-черный мех занял место у широкой панели управления и дождался, пока Найра займет свое – на свободной перезарядочной плите, внутри огромной отливавшей светло-голубым стеклом капсуле. Раньше это сооружение использовалось, для тестирования местных живых организмов на предмет сопротивляемости инородным вирусам, расчленения и последующего их изучения. Мех подключил программу деактивации, вставил в батарейный разъем кубик свежего энергона и, скрестив когти за спиной на удачу, как любил делать Скайфаер, пихнул кнопку когтем. Капсулу изнутри залило нежно-голубым светом. Яркая вспышка на мгновение ослепила кона.

***

Стеклянная дверь огромной капсулы поднялась по металлическим роликам вверх, открывая проход. Найра уперлась обоими манипуляторами в перезарядочную плиту, стараясь сесть. – Не спеши! Не спеши! – озабоченно выпалил Нокаут и в наноклик приблизился к ней, сжимая голубой планшет в манипуляторах. – Ты как? Серебристая фем изобразила на своем фейслисте улыбку, но, судя по реакции красно-черного меха, та вышла не слишком убедительной. – Тебе сейчас нельзя резко двигаться, – предостерег «пациентку» доктор, берясь за ручки плиты, на которой лежала сикер. Колесики, установленные внизу ножек серой платформы, скрипнули и закрутились. Нокаут осторожно выкатил «каталку» из капсулы в основное помещение. Оптика Найры засмеялась. Фем расслабленно растянулась на платформе и сложила манипуляторы на брюшной пластине. – Да. Покатай меня, Нокаут, как бету, – она не помнила своего бетства, но нейросетевая реакция на это слово подсказывала, что там было хорошо. Мех подарил подруге такой же взгляд и прокатил ее туда-сюда, от стены к стене, по круглой комнате. Потом серебристая сикер все же спустилась с плиты, поддерживаемая колесником под манипулятор, немного прошлась и снова заняла свое излюбленное место у стены, на контейнерах из-под энергона. – Уфф… Я устала, – честно призналась Найра. – Давай сделаем перерыв. Нокаут без колебаний согласился. – Все, что хотели, уже сделали, – подытожил он, уперев манипуляторы в бока. – И да, мы молодцы. – Угу, – фем опустила взгляд и дрожащими пальцами повернула красно-коричневый модуль на своем поясе. Заиграла приятная мелодия. – Что это? – десептикон с интересном глянул на устройство. – Glenn Medeiros. – Это мне ничего не говорит, – брякнул в ответ мех. – Хочешь сказать. Ты не слушаешь радио? – Радио? Вот как эта штука называется на Земле. Я пару раз попадал на человеческие частоты и слышал что-то похожее, но ничего полезного в этом не нашел и решил времени зря не тратить. Люди, вообще, странные существа. У них есть секретные каналы, а они передают по ним какую-то бессмыслицу. Найра рассмеялась. Ее звонкий смех эхом зазвенел под высоким потолком, в лампах и стеклянных колбах. – Это местная музыка. Она не для важного, а просто для развлечения. И каналы эти совсем не секретные. Напротив, органики хотят, чтобы про их частоту знали как можно больше человек. – Вот как… – Нокаут, подтолкнув себе ногой под бампер пустой контейнер, уселся рядом с фемой. – Ты мне лучше расскажи, как вы выкрутились из той заварушки с Земными Мостами? – Попав в «Зону тени» – так мы окрестили то место, куда отправляет пара направленных друг на друга пересеченных временных потоков, юные органики поняли, что все в этом измерении двигается на гиперскорости. Они подали сигнал на базу, с помощью телефона, где автоботы и услышали их сигнал. – Ага, – доктор подпер кулаком голову, облокотившись на стол. – А что такое «телефон»? – Маленькие устройства, которые местные всегда носят с собой, вместо передатчиков и протативных экранов. –Я-ясно, – протянул мех. – Что интересно… Старскрим ведь в момент соединения Мостов закинул кусок темного энергона в могилу Скайквейка, желая воскресить его, как Мегатрон тех воинов, о которых я тебе уже рассказывала. В итоге, наш F-13 упрыгал в портал, спасаясь от автоботов, и воскрешение произошло без него. – Произошло? – Нокаут поражённо уставился на свою бывшую сослуживицу. – Ты же не думаешь, что Скайквейк сейчас где-то бродит, как зомби… – Думаю? Нет, я точно знаю. Он тоже оказался в «Зоне тени», вместе с местными бетами. Они еле ноги унесли, – серебристая фем вдруг с подозрением прищурилась. – А что такое «зомби» – ты знаешь. – Видел в человеческом фильме ужасов, – промурлыкал десептикон, страшно довольный собой. – Полагаю, исчезнувший манипулятор Старскрима оказался там же, в альтернативной реальности. Как вернусь на базу, расспрошу ботов во всех подробностях. – Вот это командная работа, – проговорил Нокаут. Было видно, что его мысли заняты чем-то абсолютно другим. Найра помолчала, а потом спросила: – Как дела у Брейкдауна? Красно-черного меха словно подтолкнуло произнесенное фемой имя напарника. – О. Да, все как обычно. Саундвейв засек какой-то сигнал активности энергона, так что он сейчас на задании. Да и, что с ним может произойти? – Вы с ним неразлучны, словно одноискровые, Нокаут, – сикерша наклонила голову на бок, ловя взгляд доктора. – Береги его.

***

На выведенных на мониторы часах отобразилось начало нового солнечного цикла. Найра подняла оптику на колесника. – Тебя ждут на Немезиде? Нокаут коротко глянул на нее и продолжил расставлять по местам свежевымытые пробирки. Парочка только что закончила внедрение темного энергона в корпуса своих пациентов. Теперь можно было не бояться нехватки времени и спокойно искать лечение. Чтобы никто не засек новые сигналы темного вещества, Найра установила в пещере несколько глушилок помощнее, найденных здесь же, в подсобном помещении. Теперь и доктора, и поврежденные мехи были спрятаны от остального мира словно под куполом. Под очень мощным, непроницаемым куполом. – Меня? – переспросил доктор. – Не-ет. Снова залатать Старскрима я еще успею, и не раз, – Нокаут помолчал, соображая, что заставило фему задать этот вопрос. – А тебя, должно быть, уже заждались на вашей базе. Так оно и было, но по фейслисту сикерши легко было понять: она не хотела уходить. – Верно, – кивнула МиГ-25. – Я пойду. Ты же разберешь тут все без меня? Нокаут кивнул ей в ответ. Серебристые пластины, покрывающие корпус экс-десептиконши загадочно блеснули в свете ионных ламп, закрепленных на потолке у входа в тоннель. Казалось, в тот момент все замерло. Тишина разливалась кругами по широкой, холодной пещере и затопляла ее доверху. Они только что совершили невозможное вместе. Это была настоящая победа! Их победа. И теперь он смотрел, как она уходит. Все кончилось… Снова… Вдруг красно-черный мех окликнул фем. Его вокалайзер прозвучал как-то резко и странно, по сравнению с той всепоглощающей тишиной, зависшей над этим местом. Так, что он испугался сам. Так, что Найра не смогла ступить дальше и шагу. Она повернулась и, как ни в чем не бывало, посмотрела на колесника. – В чем дело, Нокаут? – смешливо спросила сикер, но увидев выражение фейслиста кона сама изменилась в выражении до неузнаваемости. Словно дождавшись нужного момента, из приемника фем, оставленного ею на столе, снова полилась волшебная мелодия. Доктор сделал несколько шагов Найре на встречу, поймал ее оптику своей и заговорил: – Знаешь, Найра, когда ты ушла… Я тогда еще не знал, что произошло. Как только я спустился с корабля на полосу, я услышал это. Без тебя у нас стало тихо, слишком тихо. Больше никто ни в чем не уверен, и когда я представляю, что было бы, если бы ты осталась тогда… Нет, если бы ты вернулась к нам… – его вокалайзер сорвался в какой-то глупый фальцет, плечи бессильно опустились. Старая боль новой силой вспыхнула в искрах обоих. Найра чувствовала это. Она бесшумно подошла к красно-черному меху. Они не касались, просто смотрели друг на друга и, казалось, каждый точно знал, о чем думает кибертронец, находящийся так близко. Серебристая фем долго и сладко провентилировала, а затем произнесла вслух то, что колесник и так хорошо понимал, но высказать это было нужно. – Я не знаю, что было бы. Сейчас это уже невозможно, и терять время даже на мысли об этом, по-моему, глупо. Не хочу тебя обидеть, мой старый друг, но и наперёд загадывать что-либо – довольно бесполезно. Я лично в этом убедилась, и не раз… Будем жить, а там… Жизнь покажет.