Вы мой, даже в аду

Дождь. Холодный, безжалостный бьет по лужам. Серые тучи не дают солнцу светить в одинокий осенний день. Небо в печали, слезы природы льются на прохожих. Люди не замечают плач природы, они спешат. Без оглядки они бегут к своим мечтам всю свою короткую жизнь, но все равно умирают, не получив желаемого. И не получат никогда. Ведь достигнув цели, они стремятся к другой, им всегда мало, никогда не бывает достаточно. Одинокие улочки бесцветные и малолюдные как и 30 лет назад. Старых улиц коснулось беспощадное время, но оно было снисходительно к ним, оставив их в сохранности. Холодно то ли на душе, то ли наяву. - Господин, вы бы лучше надели пальто. - Сказал обыденно Себастьян. - Не хочу. Я всё равно не заболею. - Сухо ответил я, продолжая следить за суетливыми людьми. - Да, точно. Извините, я просто забыл что вы больше не человек. - Не надо извиняться за проявление заботы. Он хмыкнул и подошел ко мне ближе. Его рука провела по моей спине, к счастью это не было заметно окружающим. Приятно ощущать его тепло и ласку. Я посмотрел на него нежно, его красно-карие глаза блестели счастьем. Прекрасно. Через некоторое время перед нами остановилась машина. Это было обычное городское такси. За рулем был средних лет мужчина. Я открыл дверь и сел рядом с водителем, Себастьян сел сзади. - Куда ехать? - грубый прокуренный голос. Отвечать даже не хочется этому некультурному типу. - За Лондон, к поместью Фантомхайв. - Небрежно ответил я. На это водитель хмыкнул и что-то неразборчивое буркнул под нос. Машина плавно ехала по промокшим улицам. Непривычно ехать в машине. Гораздо удобнее и быстрее чем карета. За окном мелькали пейзажи, проходящие люди и одинокие деревья. Всё небо было серым, картина перед глазами была обесцвеченной и одинокой. Нищие и калеки мокнут под дождем... Какая-та нотка грусти мелькает во мне, одиноко, грустно. Без причинно, просто грустно. В людских глазах жестокость и бесчувственность,раньше такого не было. Не было пустоты в душах людей. Жизнь стала жестче, неопрятнее, везде пустота. Пустота души - это какая-та новая заразная болезнь. Она заглатывает всех. Люди тупеют, они бессмысленно существуют, забавно что я чувствую как эта болезнь начинает владеть мной. Если раньше пустых людей были единицы, то сейчас их толпы. Все это из-за проблем, безработицы, голода... Нынешняя жизнь приводит к нищете, не только материальной, но и умственной. Впрочем, судьба человечества мне безразлична, я больше не часть общества. - А что вы забыли в призрачном поместье? За столько лет оно превратилось в рухлядь. Неужто вы хотите отстроить заново заброшенное поместье какого-то барончика Фантомихэй или как его там? -водитель откашлялся, его лицо было похоже на морду бульдога. Как он посмел неправильно произнести мою фамилию? Мой дом назвать рухлядью? Его бескультурью нет предела, была бы возможность я бы его расчленил в этой же машине... Себастьян сузил глаза и в них заиграло пламя. Он наклонился к водителю от которого несло перегаром и тихо произнес: - Советую вам помолчать, мой хозяин не настолько добр чтобы прощать вам столь непозволительную наглость. - Его голос звучал бархатно, но в то же время язвительно угрожающе. Тупое лицо водителя вздрогнуло и на лбу появились капельки пота. Машина прибавила ход. Сильные удары ливня обрушились на стекла автомобиля. Водитель был напуган до смерти, я лишь рассекал тишину постукиванием когтей по деревянной отделке машины. Проехав ещё пару миль, мы наконец-то приехали к знакомой мне аллее. - С вас двадцать фунтов, сударь... - дрожащим и до смеха вежливым голосом произнес водитель. На это Себастьян кинул ему 100 фунтовую купюру и хлопнул дверью машины. Глаза мужчины заблестели и руки затряслись. Немного просидев в ступоре, он положил купюру в карман и дал газу. Машина уехала, оставив клуб дыма за собой. Дождь шел тише и капли изредка ударяли об лужи, запах опавших листьев дурманил. Себастьян открыл зонт и привычно следовал за мной, напоминая мне те давние прогулки в парке. Те прогулки, когда я ещё был мальчиком и он моим дворецким. Было беззаботное время. С того времени столько всего произошло... Деревья выросли и их тяжелые ветви свисают над дорогой. Мы шли молча, тишину рассекали лишь стуки каблуков и чириканье птиц. Пройдя недолгий путь, мы подошли к моему поместью. Сад был заброшен, мои любимые розы одичали, вода в фонтане цвела зеленью, тропинки запылены песком. Вся эта неухоженная обстановка меня насторожила. Темно-серое каменное здание сливалось с пасмурным небом. Подойдя к главному входу, я увидел выбитые стекла, дверь была распахнута, зеленая плесень свисала на стенах... Мой дом был пуст и заброшен. Как? Что случилось? Почему мои преданные слуги бросили на произвол судьбы мой дом? Что случилось с Мейлин, Бардом и Финни? Что случилось с верным дворецким моего отца Танакой? Что произошло же? - Себастьян... - мой голос почти срывался на крик, руками я обхватил лицо. - Господин, увы, время и жизнь нас не спрашивает. - На его лице грусть, таким я ещё не видел. В руках у него комок бумаги. - Что у тебя в руках? Покажи. - Вам лучше не читать то, что там написано. - Нет, я лучше прочту, чем буду томиться в сомнениях. - Отрезал я. Выхватил бумагу и раскрыл её. На желтоватом клочке бумаги было начертано быстрым почерком: Этот дом словно проклятый... Наш любимый и дорогой господин уехал, оставив в подарок нам свой роскошный особняк. Но, через некоторое время пришло известие что граф Сиэль Фантомхайв и его дворецкий Себастьян мертвы, причину нам не огласили и похороны не проводились. Танака (дворецкий отца покойного Фантомхайва) был полностью охвачен горем и исчез, не оставив ничего. В поместье стали творится странные вещи: находится ночью здесь просто невозможно, постоянно слышны шепот и дикий смех, изредка в тенях видны красные глаза, камин зажечь невозможно - пламя сразу потухает, такое чувство что на доме проклятье. Садовник Финни заболел лихорадкой и слёг на неделю с повышенной температурой, его состояние ухудшалось с каждым днем, и он вскоре ушёл в муках из нашего мира. Было тяжело терять не первого нам дорого человека. В начале господин с дворецким, после Танака и Финни... Каждый день словно ад и создается впечатление что я с Мейлин обречены на скорую смерть. Дом поставлен на продажу, но его никто не покупает. Люди шарахаются от особняка как от прокаженного, поэтому мы решили уехать. Навсегда. Зачем я пишу это письмо? Не знаю, ночью когда я сидел в кабинете покойного Сиэля некий голос трещал в моей голове, руки достали бумагу и стали выводить буквы...

Бард. 25 октября 1889 год.

Письмо было написано быстро, Бард видимо куда-то спешил или был напуган. Хм, всё это странно. Никаких деталей о моей смерти, никаких чувств, всё написано сухо, просто факты... - Чьи это были выходки? Почему в письме нет не слова о Лиззи? Она ведь явно бы явилась в поместье? - шипел сквозь зубы. Себастьян расхаживал туда-сюда, глядя в пустоту. - Господин, я думаю это проделки чертей, уж точно на них похоже, видимо они решили позабавится... - Что? Что ещё за забавы?! - крикнул я. - На это я вам ответа дать не могу. - Спокойно ответил он. На его лице не было эмоций, глаза были задумчивы. - Ладно, ладно. А вот Лиззи? Что с ней? Надо всё узнать... - к счастью, я начал успокаиваться, но в доме действительно находится долго невозможно. Стены давят, разбитые сервизы, нетронутые вещи - дом призрак, в котором витает запах смерти. - Милорд, предлагаю пройтись по городу и всё разузнать. В городе ночью шастают немало Жнецов, может и спросим их? Всё может быть гораздо интереснее... - Как хочешь, но будут ли жнецы нам рады? Я конечно ещё полон сил... Ладно, давай прогуляемся. -Ответил я потянувшись. Надо отвлечься от всего, забыться, а то я так долго не протяну. - Посмотрим, мой лорд. - Он подошел ко мне и поцеловал в щеку. Теплое дыхание на ледяной коже. Приятно. Он снял повязку с моего глаза и на моем синем глазу сверкала пентаграмма, всё как тогда, когда я ещё был мальчиком привязанным к демону. Только тогда была жизнь везде, сейчас лишь смерть вокруг, но зато я с ним, а он моя жизнь.