Почему я тебя знаю?

Daughter – Youth

Сколько я просидела тут на голом полу? Не знаю. Почему я вообще тут? Понятия не имею. Я, закрыв глаза, пыталась не замечать все то, что было вокруг меня. Но с каждой минутой это было все сложнее. Тупые шутки кучки полицейских и рассказы о том, кто и как уложил прошлой ночью красивую девушку, начинали откровенно бесить. Они стояли в пару метров от моей камеры, они понимали, что я их слышу, но это никак не мешало им. - … но я не буду ей перезванивать. Больше стараться будет…, - сказал один из них, после чего последовал смех всех остальных. Я бросила на них тысячный ненавистный взгляд и опрокинула голову на стену. Прямо по курсу стояла маленькая кровать. От одного только вида было понятно, что она до ужаса жесткая. От умывальника, стоящего рядом с ней, тоже бросало в дрожь. Чтобы я не делала, вода в нем не переставала течь. Даже не течь, а противно стучать большими каплями по дну. Разговоры полицейских, стоящих неподалеку, вдруг прекратились. Я не удержалась и посмотрела на них. Они же не переставали пялиться на меня. - Что? – уставшим, хриплым и жутко злым голосом спросила я. Никто ничего мне не ответил. Вскоре послышались чьи-то разговоры, стуки каблуков, открытая дверь. Узнав голос людей, я быстро встала с пола и ближе подошла к решетке. - Слава Богу, это вы, - сказала я с облегчением. Когда я увидела их, у меня как камень с души упал. Странно, впервые было такое чувство при их виде. – Я уже думала, что меня здесь навечно оставят. Спустя пару минут, что они молчали, я увидела безысходность в их лицах. Мари посмотрела на Нила потом на Остина, и неуверенно шагнула ко мне. - Ариана, - тихо начала Мари. Мне стало не по себе от ее тона. – Мы пришли не забирать тебя. Мне сначала показалось, что я ослышалась или типа того. Но посмотрев на лица Остина и Нила, я поняла, что услышала все правильно. - В каком смысле? – еле как выдавила я. - Прости, но у нас нет другого выхода, - Нил подошел к Мари и погладил ее по плечу. Он всегда так делал, когда понимал, что она чересчур волнуется. - Ариана, ты должна понимать, что тебе нужна помощь специалистов, - опять начала Мари. – То, что ты сделала сегодня, стало последней точкой. - Но я ничего не делала! – начала оправдываться. От таких заявлений я начала беспокоиться за свое будущее. – Это был обычный день в школе, ничего больше! - Ариана, - остановил мой пыл Нил. – Об этом мы и говорим. Ты даже не понимаешь, что наносишь вред людям. Для тебя даже мелкие преступления стали нормальным. Мы устали получать от директора школы жалобы на тебя. - Мы долго думали над этим, - Мари посмотрела мне в глаза. – Нам предлагали отправить тебя в смягченную колонию для несовершеннолетних. Но нам показалось это слишком жестким для тебя. - Завтра у тебя начинается курс лечения. Мы нашли для тебя группу, с такими же людьми, как и ты. Лечение будет проходить в соседнем здании. Там будут разные развлечения, психологи, терапии. Завтра ты переходишь туда, и это не обсуждается, - от подбадривающего голоса Нила мне лучше не стало. - Вы, вы серьезно? – я даже заикаться начала. Как им вообще в голову могла придти такая идея. Как они вообще могли так со мной поступить. – Остин, ну ты то хоть скажи! – обратилась я к нему. Он переступал с ноги на ногу и тоже не знал как себя вести в такой ситуации. За эти полгода, что я была в этой семье, он стал мне правда как брат. Как самый настоящий родной брат. И я надеялась, что сейчас он меня тоже не подведет. - Ари, прости, но родители правы, - неуверенно сказал он. - Значит, раньше я была хулиганкой, а теперь вы записали меня в ряды психов? – я поджала губу от обиды. – Отлично, прекрасно. - Ариана, это для тебя же, - сказал Нил. Я нервно кивала головой. Хорошо, что я сейчас была за решеткой. Иначе разнесла бы тут все к чертям. - Уходите, - тихо сказала я, пялясь в пол. - Завтра мы пришлем тебе все необходимое, - Мари пыталась разрядить ситуацию. - Уйдите! – выкрикнула я. Все трое попятились. – Проваливайте в свой дом! - Пойдем, - тихо сказал Нил. Они не стали больше медлить. Я чувствовала, как начинаю кипеть изнутри, как к глазам подходят неуместные слезы. Когда дверь захлопнулась, и я осталась опять с теми же полицейскими, я не удержала яростного крика. Я с ненавистью швырнула свою шапку через решетку. У меня все тело тряслось от злости, от несправедливости. Я уселась в тот же угол, где сидела изначально. - Хватит разбрасываться вещами, - один из мужиков в форме подошел к камере и кинул шапку рядом со мной. – Тебе не кажется, что ты была слишком груба? – продолжал он обращаться ко мне. Меня еще больше взбесили его нравоучения. - Тебе какое дело? – прохрипела я, взглянув на него. Мне показалось, что он немного побаивается меня. - Это же все-таки твои родители, - не останавливался он. - Они мне не родители, - оторвала я. – Просто слишком доброе люди, которые пожалели девочку, оставшуюся без семьи, - я взялась за голову и сбавила тон. – Просто люди…