Счастья без препятствий не бывает

      Только что мы закончили тренировку, и я пошел за вещами. Мне так не хочется оставлять здесь Трис одну, но я должен, должен сам увидеть Зика и маму Юрайя, хочу все сам им рассказать. Я все это время ни на секунду не забываю о том дне, когда собственными руками погубил жизнь брата своего лучшего друга. Чувство вины до сих пор не проходит, оно преследует меня и не хочет отпускать. Если бы не Трис, я, наверное, давным-давно сдулся и дал бы этому ужасному чувству взять вверх надо мной. Но Трис, когда я с ней, я чувствую прилив энергии, я забываю обо всем. Только ей я могу доверить все. Даже самую ужасную правду она принимает и не отворачивается от меня. Она одна меня понимает и принимает таким, какой я есть. Эта девушка — лучшее, что произошло со мной на протяжении всей моей жизни.       Думая лишь о ней, я добрался до комнаты, напичканной сумками и разными вещами. Эта комната находится не далеко от столовой, она маленькая, но вместительная. Там я взял предназначенный для меня багаж, и вышел, закрыв за собой дверь. Как только я перекинул сумку за спину, я услышал шаги позади себя. Ко мне в голову даже не пришла мысль обернуться. Но, ступив пару шагов, я услышал очень знакомый, такой родной и любимый смех. Сзади шла Трис. Сколько же я ее не видел? Час, два, три... Почему-то я не могу собраться с мыслями. Ее смех заставляет меня остановиться и расслабиться. Только сейчас я заметил, что на самом деле, все мои мышцы были напряжены. Мне так хочется повернуться, подбежать, обнять и снова почувствовать на вкус ее губы... Но я знаю одно, если я сейчас повернусь, я не смогу уйти, не смогу бросить ее одну здесь со всеми проблемами.       Я стою уже около пяти минут и не могу пошевелиться. Но тут, я чувствую руки, которые обнимают меня за талию. Такие маленькие, хрупкие... Я так жажду снова увидеть ее. Она необходима мне, как воздух, даже больше. Я стою и не могу повернуться, да мне и так хорошо, я чувствую ее дыхание, ее руки крепко сжаты вокруг меня. Она даже и не думает меня отпускать. А мне и не надо, я бы стоял так очень долго, но вдруг девушка ослабила хватку и сказала, так тихо, что бы услышал только я. - Тобиас, не переживай, ты скоро вернешься, и мы больше не расстанемся никогда. Я очень тебя люблю. - Видимо она видела, с какой не охотой я уходил. Не дав мне произнести ни слова, Трис убрала руки и убежала. Как-то это на нее не похоже. Наверное, если бы она увидела мое лицо, то уже никуда бы не отпустила.       Теперь я чувствую опустошение внутри себя, но продолжаю двигаться. Я уверенно иду к выходу, набирая скорость с каждым шагом. Я уже на улице, теперь нужно найти Амара и остальных ребят. Я вижу, не далеко от меня, стоит машина, не новая правда, но и не старая. Я подхожу к ней, и из машины выходит мужчина, крупного телосложения и среднего роста. Амар. Он потихоньку подходит ко мне. — Привет Четыре, а где все? — устало спросил он. — Мы должны выехать через десять минут. — Привет, я без понятия, но мне тоже было бы интересно знать, — Ответил я и вспомнил о Трис, которая с кем-то очень громко смеялась. Второй смех не такой нежный, как у Трис и немного писклявый, — Амар, Кристина в столовой, я видел ее там, когда брал сумку. — Хорошо, хоть знаем где она. — С облегчением сказал мужчина.       И вот, ровно через десять минут мы все сидели в машине, желая поскорее вернуться обратно. Машина двинулась с места, и мы поехали обратно в город. Ехали мы примерно полчаса, а может и весь час. Вот и высокий забор, ограждающий нас от всего остального мира. Дальше путь был знакомым, и мы быстро доехали. За нашим с Кристиной планом, она попросилась выйти и прорезала шины. Мы разделились, все шло по моему плану, если бы не Питер. Но он мне больше не будет мешать, после той стычки, которую он устроил из-за сыворотки. И вот, я уже побывал у матери и вышел, отдав Питеру то, чего он так жаждал.       Все прошло хорошо. И у меня отличное настроение, ведь скоро все это закончится, и я снова увижу мою Трис. Я шел не быстро, но уверенно. И вдруг я почувствовал резкую боль в шее, кто-то вколол мне странное вещество, от которого клонит в сон. Я засыпаю, но мне нельзя спать, а как же ребята, как же Трис. Я должен бороться! Через несколько минут, я был уже не в силах бороться и подался в царство снов. . . .       Не знаю, как долго я спал, но проснулся в больничной палате. Рядом со мной стоит капельница, за дверью быстро ходят люди. В боку очень сильно болит, на душе огромное чувство вины. Правда, я не знаю, откуда оно взялось. Я начал осматривать палату. Она не большая, но с маленьким окном. С него солнечные лучи попадали ко мне и ослепляли. Чуть позже у двери появился врач. — Меня зовут Кин, я твой лечащий врач. Ты везучий парень, любой другой бы на твоем месте давно уже коньки отбросил. У тебя очень серьезная травма, и мы еле тебя вернули обратно с того света. Как самочувствие? — Что? Откуда у меня травма, и что, черт возьми, тут происходит?! — Я в замешательстве и решил не откладывать с вопросами, проигнорировав его. — Во-первых, успокойся, — очень спокойно произнес Кин, — Тебя подстрелили на складе. Эти слова я обдумывал долго, до меня сразу не дошло их значение. — Но как я там оказался? — Этого я не могу тебе сказать, но видимо ты был в симуляции. Одна девушка, по имени Трис, видела тебя на складе. Ты знаешь ее? От упоминания о ней на душе стало так тепло и легко. Я понимаю, как это произошло. Тогда мне что-то вкололи, и я оказался в симуляции. — Да, знаю. Но как она оказалась на складе? Где она? — Сейчас меня мучили только эти вопросы, ведь если бы она смогла прийти, не упустила бы возможности. — Не знаю, как тебе сказать, но когда ты был в симуляции, ты выстрелил в нее, после чего покалечили и тебя. Ей повезло, что пуля только задела кость в ноге, и скоро она поправится. После этих слов я почувствовал такую невыносимую боль в груди. В глазах появился проблеск слезы. Я не верю, что даже в симуляции мог причинить ей боль. Видимо тот, кто это все устроил, доволен своим результатом. Я обязан найти того, кто виновен, и предоставить ему урок. Но сейчас я не могу думать не о ком, кроме Трис. — Тебе сейчас лучше всего отдохнуть. Я вколю тебе снотворного, надеюсь, ты не против? — Нет, не против. Я хочу поскорее уснуть и забыть обо всем, хотя бы на время. Но еще больше я хочу увидеть ее. Наверное, она меня не захочет видеть. Теперь я понимаю, откуда взялось то чувство вины. Сейчас я чувствую себя намного хуже. Я лежу, и жду, когда Кин вколет мне снотворного. Но тут открывается дверь, и входит мужчина в халате, видимо тоже врач. Они поговорили пару минут, и незнакомец ушел. — Я хочу знать только одно, как она? - Мне нужно это знать, очень нужно. — Только что заходил ее лечащий врач, и сказал, что все хорошо, и она идет на поправку. Были сложности лишь тогда, когда ее только привезли. Девушка потеряла большое количество крови, но сейчас все нормализовалось. После этих слов мне стало немного легче, и Кин наконец-то вколол мне снотворного. Через не большое количество времени я погрузился в глубокий сон…