Полюбить до смерти. Часть II

Говорят, в родном доме даже стены лечат. Что ж, как бы там ни было, ничего подобного я не ощущала. Может, это оттого, что все вокруг было пропитано запахом Криса, который мне не нравился изначально. В нем очень явственно ощущалась агрессия. Моё состояние становилось всё хуже. Головокружение сменялось нестерпимым жаром, тот в свою очередь уступал место изматывающей головной боли; желудок снова напомнил о своем существовании жгучей болью. Я лежала на полу, тихо постанывая от невыносимого жара, когда в моем воспаленном мозге вдруг всплыли слова Криса о том, что ошейник задушит меня, если я обращусь в волка. «Так какого черта я еще не попробовала?» — спросила я саму себя. Я приподнялась на локтях, тут же вскрикнув от стреляющей боли в затылке. Ошейник был довольно-таки тяжелым, и мне стоило больших усилий поднять голову. Я мысленно собиралась с силами, чтобы сделать последний шаг в темную пучину, имя которой — смерть. Но вдруг перед моими глазами появился образ отца. Всегда веселый, теперь же он был необычно печален и смотрел на меня с сожалением, что заставило мое сердце сжаться. «Прости, папа… Я устала, я больше не могу… У меня нет сил жить без него, нет сил отомстить за тебя…» — шептала я, закрывая глаза и чувствуя прохладную влагу на ресницах. Я зажмурилась, из последних сил заставив свое тело измениться. Время будто замедлилось, и я слышала лишь глухие редкие удары своего сердца… Секунда, еще секунда… И ничего… Вдруг тишину разрезал звонкий щелчок. Я распахнула глаза и огляделась по сторонам. Все та же комната, все та же цепь… И все тот же ошейник. И я, лежащая на полу в обличии волка. Ошейник более плотно сидел на шее, но это не препятствовало моему дыханию. И тут до меня наконец-то дошло, что же случилось: чертов ошейник каким-то образом расширился… Глубокое разочарование — вот, что я почувствовала. И никакой радости от спасения. Вдруг я услышала приближающиеся шаги. Спустя мгновение на пороге показался Крис. Увидев меня, он еле смог подавить смех.  — Детка, ты что, действительно думала, будто я стану рисковать, преподнося тебе на блюдечке идеальный способ самоубийства? Ошибаешься, — улыбаясь, сказал он и подошел ко мне. Я снова обратилась в человека, обессиленно падая на пол. В тот же момент раздался уже знакомый мне щелчок — ошейник снова сомкнулся…  — Ты — скотина последняя, Крис, знаешь это? Зачем было обманывать? — просипела я, злобно смотря на него. Крис сел на корточки рядом со мной и притянул меня за цепь так, что мы оказались почти вплотную прижаты друг к другу.  — Зачем? Хотел посмотреть, насколько сильно твое желание умереть, — тихо, почти шепотом произнес он, проведя большим пальцем по моей щеке. — Оказалось, что ты не играешь. Тем хуже для тебя — будешь сидеть на цепи вечно. Ты мне живой нужна.  — Ублюдок, — одними губами произнесла я.  — Я же вожак. Мне можно, — ответил он, криво усмехнувшись, и в его глазах заполыхали дьявольские огоньки.

***

Почти целые дни я проводила в одиночестве, чему была, несомненно, очень рада. Крис изредка появлялся, и его визиты ограничивались потехой надо мной. Он не упускал ни малейшей возможности напомнить мне о Сехуне. Вот идиот… Я никогда о нем и не забывала. Иногда вместе с Крисом приходил и Кай, но он всегда лишь слушал наши словесные перепалки, не вмешиваясь. Он смотрел на Криса такими преданными глазами, что иной раз я попросту пребывала в тихом шоке. Но вот действительно я была удивлена, когда спустя неделю ко мне пришел Лухан. Один. Увидев неподдельное изумление на моем лице, он тут же выпалил:  — Крис приказал мне накормить тебя. Любым способом, — он взглянул на меня исподлобья, не решаясь подойти, и только тогда мой взгляд упал на миску в его руках, в которой было сырое мясо. — А если откажешься, то… — он замялся, —Крис свернет мне шею… Вот же чертов шантажист! Знал, что я не смогу отказаться. У меня не было другого выхода кроме как согласиться. Больно видеть, что Лухану достается из-за меня. Могу поспорить, что Крис и Кай не дают ему спокойной жизни, которую он заслуживает, как никто другой.  — Я все съем. Попытаюсь… — решительно ответила я, протягивая трясущиеся руки за миской. Тень радости проскользнула на лице Лухана, и он сразу же подошел ко мне, вручая еду.  — Ты должна поесть. Ты выглядишь, как труп… Говорящий такой труп. И это без преувеличений, — смотря мне в глаза, сказал он. — Тебе понадобятся силы, если хочешь снова сбежать… — тут грусть опять вернулась к нему.  — Я не собираюсь сбегать. Хватит с меня. Но ты прав, силы мне понадобятся, чтобы разорвать Криса к чертям, — процедила я. Лухан недоуменно уставился на меня, будто я сказала что-то совсем постыдное и из ряда вон выходящее.  — Ты ведь сейчас пошутила, да? — пролепетал он.  — Я похожа на шутницу? О нет, я серьезна, как никогда. Лухан шумно сглотнул, не сводя с меня испуганных глаз.  — Он же убьет тебя… Тут без вариантов. Может, лучше все-таки сбежать? — его голос задрожал, когда он осознал всю безрассудность моей затеи.  — Я в любом случае останусь в выигрыше. К тому же, мне нечего терять, — отрезала я и отвернулась, давая понять, что уговоры бессмысленны. Что мне нравилось в Лухане, так это то, что он абсолютно не умел скрывать свои эмоции. Все было написано у него на лице, поэтому я всегда легко угадывала его настроение. Сейчас он был ошарашен моим заявлением, сбит с толку. Не желая выслушивать его нравоучения, которые, судя по шумному дыханию и выпученным глазам, вот-вот выльются на меня нескончаемым потоком, я поспешила обратиться в волка и сосредоточиться на еде, поглощать которую у меня не было ни малейшего желания. Что ни сделаешь ради друга… Лухан молча ушел в конец комнаты и сел на самый край дивана, всем своим видом показывая возмущение и несогласие. Да, лучше бы он что-нибудь выдал, чем сверлил меня таким взглядом.  — Ты сумасшедшая, вот что я тебе скажу… — не выдержал он наконец. — Безумие в совокупности с отчаянием — самое ужасное сочетание из всех возможных. Это все плохо кончится. Для всех нас. Ну, Лухан в своем репертуаре — у него с детства склонность к пессимизму и драматизму. Как он вообще дожил до таких лет с подобным взглядом на жизнь? А как же вера в чудо? Или ей не место в нашем жестоком мире?

***

Съев абсолютно все мясо, которое принес Лухан, я почувствовала, что помощь Криса мне не понадобится — я итак умру, ибо после долгого голодания мой желудок воспринял еду без особого энтузиазма. Так что, к моему и без того ужасному состоянию добавилась еще и тошнота. Замечательно просто! Но плюс все-таки был — теперь я могла подняться на ноги и дойти до мягкого дивана. Ощущение поистине божественное, когда под тобой не холодный твердый пол, а мягкий любимый диванчик. Но радость моя длилась недолго, потому что вскоре после ухода Лухана явился Крис со взвинченным и недовольным видом. В принципе, он всегда такой, но, видимо, сегодня ему кто-то особо насолил. И судя по его гневному взгляду, направленному на меня, этот кто-то — я.  — Чертов жасмин! Он теперь везде! Повсюду, мать его! — завопил он с порога. — Дышать уже невозможно! Кай, позови сюда Сэру! — крикнул он идущему сзади брюнету. — С этим надо что-то делать… Кай незамедлительно ринулся искать девушку. К слову, Сэра — это сестра Криса. Самая настоящая змея, что не удивительно. Я слышала, что она хорошо разбирается в лекарственных травах. Минут пять Крис сидел напротив меня, сжав губы в тонкую ниточку и сверля меня взглядом. Да, он сегодня явно не в духе, и я попала под раздачу. Затем я услышала быстрые шажки. Крис тут же встал на ноги и подошел к выходу, встречая сестру. Спустя несколько секунд в комнату вплыла высокая стройная девушка с пепельной копной волос, спадающих до пояса. Ее необычный разрез глаз придавал ей сходство с кошкой.  — Крис, что случилось? — низким голосом спросила она, бросив на меня заинтересованный взгляд.  — Почему этот чертов запах не исчезает? — тут же процедил Крис. — Прошло уже достаточно времени.  — А он никуда уже и не денется. Не знаю, как ты мог не понять очевидную вещь, — Сэра хитро на меня взглянула и улыбнулась одними уголками губ. — Она беременна. К такому известию я, определенно, не была готова… Но радость и счастье заполнили меня до краев, когда я осознала, наконец, что ношу под сердцем ребенка Сехуна. Боже, а ведь из-за своего плохого состояния я не замечала признаков беременности… Мне хотелось прыгать и плакать от счастья, но мимолетный взгляд в сторону Криса все изменил… В тот момент мне стало по-настоящему страшно… Но уже не за себя, а за ту крохотную частичку Сехуна, что сейчас живет во мне. Я не имею права ее потерять. Вот только чего можно ждать от разъяренного зверя, смотрящего сейчас на меня взглядом, полным дьявольской ярости?