Через сердце, навылет

      - Странная у тебя логика. Хуже женской, - Саске подошёл вплотную к Наруто. Этого человека он действительно очень часто не понимал, хотя на первый взгляд Узумаки казался полностью открытым. Обманчивая простота Наруто ставила Саске в тупики, как и сейчас, но что-либо взвешивать и расценивать Учиха не собирался. Наруто дал ему шанс, а остальное не имело значения. – Если передумаешь, я тебя убью, - пригрозил он вполне убедительно, пронзая Наруто взглядом.       - Не передумаю, - спокойно отозвался тот, казалось, совсем не задетый словами Саске.       - Хорошо, - ответил Саске и самоуверенно пояснил: - Я пошёл готовиться, - он специально посмотрел на пах Наруто, провоцируя его хоть на какую-нибудь реакцию. - Мы займёмся сексом в твоей спальне, на супружеской кровати, - властно потребовал Саске. – Уверяю, я сделаю так, что после меня ты там никого не захочешь и не вспомнишь.       Саске не переигрывал, точно зная, что у него нет конкурентов. Конан, что бы она ни значила для Наруто, давно умерла, а время обычно всегда работало против памяти, подтирая некогда значимые образы и лишая их красок. Таюя обладала темпераментом и опытом, но Саске в этом ей не уступал и мог добавить ещё чувства, которые всё перевешивали. Он брал Таюю и не раз и видел, как это делал Орочимару. Саске знал, что она отдаётся всем безлично, потому как ей всё равно с кем. Вся её искусность на деле не стоила ни гроша, что Саске и собирался показать Наруто. Можно партнёра сильно хотеть, и секс будет нереально хорош, но если ты вдобавок любишь его, произошедшее между вами попросту не опишется словами. Это будет запредельно.       - Тебе не стоит так стараться, - Наруто, подтянувшись, неожиданно поцеловал Саске, едва ощутимым касанием губ к губам. – Любовь – это тоже работа, и свою я уже проделал, - сказал он крайне серьёзно.       - Вот дурак! – внезапно рассердился на него Саске. – Если ты меня любишь, как говоришь, почему раньше ничего не предпринял?       - Потому что я могу тебе дать только то, что ты сам пожелаешь, - в голосе Наруто прозвучала уверенность в своей правоте.       - И чего я спросил… - закатил Саске глаза, а потом до него внезапно дошло, насколько глупо они сейчас с Наруто выглядят. Стоят в дверях и выясняют отношения, тратя время на нелепые разговоры, которые лишь путают Саске, выбивая почву из под ног.       - Оставим, - пресёк он дальнейшую болтовню. – Пора заняться делом.       - Да, - согласился Наруто и невозмутимо добавил: - Я тоже приму душ и буду ждать тебя голый. И ты не одевайся.       - Пф, - фыркнул Саске, развеселившись. С Наруто оказалось опасно затевать диалоги, потому как каждая его фраза выстреливала непредсказуемостью, заставляя теряться и колебаться. В попытке что-то ответить, Саске вдруг сдался, и, махнув рукой, отправился в свою комнату. «Всё потом», - приказал он себе, чувствуя, что обязательно вернётся к данному вопросу.       Пока Саске готовился в ванной комнате, думал о словах Наруто, однако до конца их не понимал. Ему вспомнилось, что тот назвал его небесной розой, и что так называлась последняя книга Узумаки. Саске теперь жалел, что до сих пор не прочёл работы Наруто и пообещал сделать это в ближайшем будущем. Теперь хотелось узнать о Наруто абсолютно всё, а особенно о жизни с Конан, как бы болезненно это ни было. Саске не рассчитывал, что его отношения с Наруто будут долгими, точнее он не загадывал на будущее, лишь одно осмысленное желание он хотел воплотить. Саске желал остаться в памяти Наруто, вырезать свой образ там навсегда, может, даже вылиться в одну из его книг, главное быть, пусть только так, но запомниться.       Растягивать долго себя не пришлось, так как Саске последнее время регулярно занимался анальным сексом. Ложиться под Орочимару он побрезговал, однако среди того подчинённых нашлась парочка привлекательных ребят, перед которыми Саске охотно раздвигал ноги. Время неприятия собственных пристрастий давно минуло. Анальный секс с опытным партнёром доставлял Саске максимальное удовольствие, о чём он окончательно убедился после бегства из дома. Он был верен Хинате, действительно заботился о её благополучии и не желал пятнать её «чистоту», но напрасная жертва сняла с него все запреты, и Саске даже в какой-то степени нашёл часть себя, хотя большую потерял.       Придирчиво оглядев себя в зеркале, Саске удостоверился, что в последнее время благодаря заботе Наруто стал лучше выглядеть. Он предусмотрительно обмотал полотенце вокруг бёдер, чтобы ненароком не смутить и не оттолкнуть Наруто видом своего полу-возбуждённого члена. Саске попадались натуралы, которые сами проявляли к нему интерес, но не у всех хватало смелости и настроя идти до конца, и тогда приходилось проделывать всю работу, так как сбежавший в середине процесса любовник ему казался верхом унижения. Саске успешно справлялся с подобными задачами, лишь только для того, чтобы доказать своё превосходство, однако этот опыт ему сейчас был на руку. Саске теперь смог бы справиться с любой ситуацией и воплотить все свои смелые угрозы в адрес Наруто, что он так нагло заявил. Стать лучшим, даже не так, стать тем, с которым Наруто всегда будет сравнивать своих других партнёров. Эталоном, идеалом, мечтой.       Наруто даже не прикрылся, и Саске застыл на пороге, поддавшись сиюминутной робости. Природа не обидела Наруто, наградив его красивым пропорциональным членом, достаточно крупного размера, что, чисто физиологически, как раз было во вкусе Саске, и он получил приятный бонус.       - Ну, и что ты там спрятал? – Наруто с недовольством охарактеризовал обмотанное полотенце. – Я люблю смотреть во время секса, между прочим. А когда сильно пробьёт, могу вставлять пошлые словечки, - отметил он.       Саске внимательно вгляделся в лицо Наруто, но так и не понял, что тем руководит. Сгорающим от страсти Наруто точно не выглядел, как и взволнованным или скучающим. Наруто просто смотрел без всякого стеснения и ждал. Подобный настрой не внушал оптимизма, однако мысли отступиться у Саске не появилось.       - Как скажешь, - ответил он, эротично оголяясь, и направился к кровати, нарочно похабно виляя задом. Ему показалось, что Наруто бросил ему вызов, а в таких играх Саске не привык проигрывать.       Наруто приподнялся навстречу и первым обнял Саске, притягивая за талию, сильно, но с такой поразительной нежностью, что у Учиха перехватило дыхание, сбив весь боевой пыл.       - Почему ты холодный? – спросил Наруто, дыша Саске куда-то в грудь.       - Я не знаю, - ответил тот, несмело обхватывая Наруто за шею и с удивлением замечая, как подрагивают руки.       - Исправим, - пообещал Наруто, обхватывая губами его сосок и начиная посасывать.       Саске неожиданно застонал, чувствуя, что на глаза навернулись слёзы. Он уткнулся Наруто в макушку и потёрся об неё лицом, впиваясь пальцами в плечи любовника. Расчёты, схемы, умозаключения исчезли, остались только чувства и желания, и Саске наконец-то осознал, что счастлив впервые за очень долгие годы.       - Ты очень талантлив, - сказал Саске, отложив в сторону эссе «Жабий отшельник». Он уже успел прочесть часть работ Наруто. – Я это раньше отрицал, потому что не хотел тебя признавать.       - Правда?.. – обрадовался Узумаки его похвале. – Тебе действительно понравилось?       - Всё, - взвешенно подтвердил Саске. – Каждая твоя книга по-особенному хороша.       - Спасибо, - расплылся в улыбке Наруто и сжал его плечо. – Ты же знаешь, как мне приятно такое слышать. Как автор, я самоуверенный, иначе нельзя, - поделился он. – Если будешь сомневаться и подстраиваться под большинство, не сможешь писать. Я знаю, что угодить всем невозможно, и всё равно иногда жёсткая критика по-детски обижает. А потом получишь доброе письмо, от какого-нибудь читателя и становится легче. Но твое мнение… - Наруто неловко замялся, - оно не просто приятное, оно… очень важное, потому что сейчас я верю тебе больше всех.       Саске провёл пальцами по ладони Наруто.       - Объективной критики вообще не существует, - заявил он. – Это всего лишь субъективное мнение одного конкретного индивида, который опирается на собственные ценности и вкусы, не более. Просто не читай критические статьи и всё. Что они значат на самом деле? Препарируют твой текст, выпотрошат каждое слово, только из-за несогласия с автором, потому что, видите ли, они видят реальность по-другому. – Саске притянул голову Наруто за шею и игриво куснул того в нижнюю губу. – Как ты и сказал, верь мне. Я тебя щадить не стану…       Наруто уже раздевался, попутно стягивая с него штаны. Сегодня они расположились в гостиной, где оба читали, но перейти от одного к другому ничего не стоило, да и место для занятий сексом давно не выбиралось. Где приспичило, там и начинали, не боясь показаться вульгарными и пошлыми. Впрочем, в доме Наруто посторонних всё равно не было, а за две недели их «медового месяца» они ни разу никуда не выбрались. Не хотелось. У них имелись занятия поинтересней.       В сексуальной жизни Наруто вообще не обладал чувствами стыда и стеснительности. В постели он вёл себя полностью раскрепощённо и удивительно заботливо. Наруто неизменно старался доставить наивысшее удовольствие партнёру, смело принимая все его предпочтения. Нереальный любовник. В их первый раз Наруто действовал очень уверенно, хотя моментами проскальзывали его неопытность и чисто физическое любопытство. Саске определённо был его первым мужчиной, однако Наруто интересовал не однополый секс, а именно он в качестве партнёра. Он пробовал Саске, изучал его, пытался подарить наслаждение. Саске, конечно, тоже не бездействовал, он вообще любил проявлять инициативу. В тот раз он сам выбрал позу наездника и не только потому, что ему нравилось контролировать процесс. Саске лучше знал, как довести себя до пика, поэтому насаживался на член Наруто в нужном ритме и под правильным углом, но он просчитался. Пассивно лежать Наруто не устроило, и он принялся активно толкаться навстречу Саске, придерживая того за бёдра, при этом каждым движением члена он головкой сильно ударял точно по простате, так что у Учиха буквально сыпались звёзды из глаз. Это было настолько ошеломляюще, что Саске умудрился скатиться в анальный оргазм, что случилось с ним всего второй раз в жизни, а обычно приходилось помогать себе кончить, рукой стимулируя член. Саске заорал во весь голос, не успев поразиться собственной реакции, изливаясь обильно и необычайно долго. Наруто долбился в него, пока не кончил сам, продлевая и без того затяжной оргазм Саске. Они не использовали презерватив, поскольку в доме его попросту не нашлось, поэтому Саске впервые ощутил, как чужое семя изливается в него и понял, что это ему очень нравится. После столь мощного оргазма сил у Саске хватило лишь на ленивый поцелуй, и он быстро уснул, проспав до утра следующего дня, выспавшись как никогда. Два дня они фактически не вылезали из постели, потому что Саске всё было мало, а Наруто и того меньше. Он изматывал его до такой степени, что Саске проваливался в сон, как в яму. Чего бы там Саске себе не на воображал про Наруто, оставаясь один в тёмной комнате и захлёбываясь в тоске, потеряло всяческий смысл. Он не знал, каков он для Наруто, однако отчётливо понимал, что это Узумаки навсегда запечатается у него в памяти, и Саске никого больше не будет хотеть, кроме него.       Позже они поменялись ролями, исключительно по требованию Саске, потому как Наруто в нём разбудил глубоко дремавший собственнический инстинкт. Саске стремился полностью обладать Наруто во всех смыслах и не только на физическом уровне. В Саске восстала ревность, о наличии которой он доселе не подозревал. Теперь Саске ревновал Наруто к бывшим, а особенно к Конан, хотя понимал, насколько глупо это выглядит. Он прочитал «Небесную розу» и многое переосмыслил, но чувство того, что его восприятие поверхностно, не покидало. Впрочем, расспрашивать о Конан, Саске так и не решился, испугавшись. Ему не давал покоя вопрос: кого из них выбрал бы Наруто, будь Конан жива? Ведь жил Наруто с Таюей и по его заверениям вполне неплохо, одновременно любя его. Как так можно? Неужели Наруто согласился бы на двух партнёров сразу? Саске долго думал и решил для себя – нет. Он верил, что в их теперешние отношения никто не сможет влиться никаким образом, и практически не сомневался, что у Конан с Наруто была та же самая полнота чувств, как и у них, и окажись Саске рядом с ними в то время, остался бы третьим лишним. Осознание беспочвенности собственных страхов пришло внезапно. Прошлое Наруто было неизменным и безвозвратным, а в его настоящем место рядом с ним принадлежало только Саске. Так вышло, что не Саске стал первой любовью Наруто, в отличие от Учиха, но это не означало, что существующие между ними чувства менее значимей и сильнее предыдущих. Сейчас Наруто любил его, и именно эта любовь стала для Саске спасением.       Всепрощение в Саске точно не было заложено и произошедшее с ним воспринималось по-прежнему болезненно-остро, хотя успело пройти уже больше года. Наруто, к счастью, никогда не упоминал о семье Саске, но однажды едва не потряс своим признанием:       - Знаешь, я тут порылся в нете и нашёл твои свадебные фотки, - выдал он во время обеда, подавая Саске жасминовый чай. – Так вот, я вспомнил твою бывшую жену во время знакомства. Она тогда страшно смущалась и не могла и двух слов связать. Между прочим, она показалась мне милой… А вот тебя вспомнить не смог, как ни старался, так что смирись.       - К чему ты мне всё это сказал? – мигом напрягся Саске. Он успел убедить себя, что его прошлое для них табу.       - К тому, - спокойно ответил Наруто, словно не замечая его состояния, - что я никогда не засматривался на мужиков, да и сейчас не хочу. Я тут посмотрел гей-порнуху, и совсем не возбуждает, - Наруто скептически скривился. – Они там жеребцы все на подбор, а трахаются скучно. Мы это делаем куда круче…       Переход темы был настолько неожиданным, что Саске даже растерялся.       - … Ты так стонешь и выгибаешься, что у мёртвого встанет, - продолжал Наруто шокировать без передышки. – Думаю, ни один даже супер натуральный мужик перед тобой не устоит. Ты ходячий секси, да и я тоже хорош, много чего могу,- без зазрения совести похвалился Узумаки, заставив Саске стыдливо краснеть. – Слушай, а давай наш секс на камеру заснимем, а потом посмотрим? – внезапно предложил он.       - Ты ещё в интернет выложи, - буркнул Саске, пытаясь унять накатившее смущение. Он неожиданно поймал себя на мысли, что секс перед камерой звучит возбуждающе.       - Нет… - Наруто качнул головой. – Я такое не люблю. Двое – это двое, без посторонних. Как у них там, никого не касается, но не публично и не с кем-то ещё, потому что это распущенность или, проще говоря, блядство, а я человек порядочный…       Саске рассмеялся. Так напугавший его разговор, закончился, как водилось с Наруто, непредсказуемо.       - Хочешь, я станцую для тебя стриптиз, - вдруг решился он, загораясь. – Правда, я не умею, но думаю, что-нибудь получиться.       - Тебе и не надо уметь, - Наруто облизнулся, оценив его затею. – У тебя талант к сексу, - прокомментировал он.       - Чего в тебе больше: желания трахать меня или любви? – слова Наруто заставили его посерьёзнеть.       - Взаимосвязано и взаимозависимо, - не поколебался Наруто. – У меня такое сильное желание заниматься с тобой сексом, потому что я безмерно тебя люблю. Секс – это ещё один способ показать глубину моей любви.       Саске снова раскраснелся, но уже от удовольствия. Он быстро встал из-за стола, мимоходом чмокнул Наруто в нос.       - Хочу прямо сейчас, - потребовал он. – Я заскочу в душ, а ты приготовь камеру и подыщи какую-нибудь музыку. Попробуем, - он увернулся от попытки Наруто его сграбастать, с показной строгостью заявляя: - Прибереги запал, я собираюсь выжать из тебя все соки. Сам виноват, что меня так завёл.       Наруто в ответ скорчил ему рожицу, но Саске не стал отвлекаться, спеша. Через десять минут он уже был полностью готов, только жалел, что у него не нашлось никакой эротичной одежды, чтобы потом её красиво снять. Семейные трусы никуда не годились, и Саске для проформы обвязался полотенцем, дав себе на будущее зарок обязательно посетить сексшоп. Он не стал перетаскивать свои вещи в спальню Наруто удобства ради, потому принимал душ у себя в комнате, где уже не ночевал. Крутнувшись перед зеркалом в полный рост, Саске опробовал несколько движений, но толком оценить ничего не смог, так как Наруто без стука ворвался в его спальню. Узумаки выглядел невероятно взволнованным.       - Саске, - начал он, дрогнувшим голосом. – Я в нет влез, музыку искать, а там, в новостях, сообщают о смерти Учиха Фугаку… Это ведь твой отец?..       Сердечный приступ. Перетрудился. Скончался в офисе в своём кабинете до приезда скорой. Никто ничего не успел предпринять. Микото не плакала в телефонную трубку, говоря сдержанно и по существу, и она больше беспокоилась о нём. Саске ни разу ей не звонил после своего отъезда, не мог. Слишком больно и противно ему было тогда, и он не хотел, чтобы мама так же себя чувствовала. Он её старался уберечь, теперь ценя её любовь и заботу вдвойне. Саске ранее подозревал, что для отца он не играл особой роли, видя разницу в отношении между ним и наследником Итачи, но он никогда не подумал бы, что Фугаку его предаст самым низким и непотребным образом. Прощать отца даже мёртвого Саске не собирался, потому заявил, что не приедет на похороны, не вдаваясь в причины, а Микото не стала настаивать, зная, что младший сын ничего не делает просто так. Она снова расспрашивала о нём, и Саске поспешил её успокоить, сказав, что у него всё в порядке, он счастлив и у него есть любимый мужчина, открыв матери правду о своих сексуальных предпочтениях, попутно представив ей Наруто. Микото умела тихо удивляться, без всяких громких эмоций, за что Саске ею всегда восхищался. Она нашла в себе силы поздравить сына, а потом в общих чертах рассказала о себе и об Итачи с семьёй, не упомянув Хинату и Кимико, поражая Саске своей дальновидностью. Они распрощались с обещаниями увидеться, после того, как уляжется шумиха с отцовской смертью. Только услышав голос матери, Саске осознал, насколько сильно по ней соскучился и будет безмерно рад встрече. А ещё то, что ничего не расскажет Микото. Ей не стоило знать грязную правду.       Внезапная смерть отца, вопреки представлениям Саске, всё же вогнала его в депрессию. Он привык думать об отце, как о своём извечном враге, человеке, которому можно посвятить всю существующую в нём ненависть, и сейчас в упорядоченной жизни Саске образовался вакуум. К Хинате он испытывал лишь отвращение и презрение, и его негативные эмоции совсем не распространялись на Кимико. Девочку он по-своему даже жалел, что она появилась на свет в такой грязи. Мстить как-либо предателям Саске не намеревался, поскольку не желал навредить матери и Итачи, поэтому его злость не могла найти выход наружу, приведя его к саморазрушению. Саске необыкновенно повезло, что этот путь лжи, подлости, собственного разложения, неожиданно привёл его к удивительно чистой любви. Но Саске устраивал только конец его дороги, и, глядя на её начало, он не мог смириться с той болью, которую пережил. Ненависть к отцу стала символичной, вобрав в себя всю отрицательную энергию Саске, однако испытывать её к покойнику ему теперь казалось как-то… мелочно. Но не прощать ведь?..       Наруто Саске не утешал. Обычно подходил, садился рядом и настойчиво укладывал голову Саске себе на колени, чтобы сделать ему массаж. Предпочитал молчать, наверное, не находя нужных слов. Они больше не занимались сексом, хотя один раз Саске попытался, скорее, чисто из упрямства, а потом понял, что не может. Ему было плохо, и по какой конкретной причине Саске больше не волновало. Теперь они с Наруто словно опять поселились в доме призраков.       Понедельник протекал утомительно скучно. Саске никак не мог заставить себя приступить к заказу. Деньги с его счетов никуда не делись, и он работал исключительно для отвлечения, но сейчас такой способ не помогал. С похорон отца минуло уже два дня, но Саске почему-то повсюду слышалась траурная музыка, может, она звучала в его душе. В детстве он отца любил, как все дети любят родителей, и отголоски былой привязанности неожиданно стали вырываться из сознания, вытягивая на поверхность хорошие воспоминания. Саске попал в западню.       Наруто на сегодня закончил писать и сейчас занимался поливкой сада. Ближе к вечеру солнце немного сдавалось, даря некое подобие прохлады. Саске сидел на террасе в кресле-качалке и лениво обмахивался веером, рассеяно наблюдая за любовником. Чёрный автомобиль дорогой марки, остановившийся у ворот их дома, показался ему смутно знакомым. Саске внутренне подобрался, но всё-таки опешил, когда увидел, что Наруто, пошедший встречать, пропускает в калитку Хинату. Уж её он точно не рассчитывал здесь увидеть.       Хината хорошо выглядела, хотя опять раскраснелась излишне, но это её не портило. Она смотрела на Саске со смесью боязни и решимости. Наруто пригласил её пройти в гостиную, где вежливо предложил чаю, однако Хината отказалась. Наруто улыбался широко, но натянуто, о чём догадывался только Саске, уже успевший изучить улыбки любимого. Саске был раздосадован внезапным появлением бывшей супруги и ощутимо нервничал, хотя более-менее успешно это скрывал.       - Я, пожалуй, пойду, - попытался уйти Наруто, что Саске не устраивало. Он собрался сказать любовнику, чтобы тот остался, однако его опередила Хината.       - Узумаки-сенсей, - обратилась она довольно твёрдым тоном, немного тем самым удивив Саске, - прошу простить моё наглое вторжение и не менее наглую просьбу вас остаться. Микото-сама рассказала мне о ваших отношениях, поэтому хочу, чтобы вы тоже всё знали, - Хината перевела встревоженный взгляд на Саске, шумно сглотнула, но нашла в себе силы продолжать: - Саске-сан, - её голос слегка дрогнул, - я не прошу вас меня простить, поскольку мой поступок не прощается. Я всего лишь хочу рассказать всю правду о произошедшем, и, надеюсь, вы позволите мне это сделать.       Она вопрошающе посмотрела на Саске и незаметно для себя принялась теребить сумочку, как обычно, пытаясь унять нервы. Саске ничего не терял от её откровений, скорее, даже у него появился шанс во всём разобраться. Он перевёл неуверенный взгляд на Наруто, ища поддержки, и в глазах любимого уловил немое одобрение. Саске снова посмотрел на Хинату и, опасаясь, что голос сорвётся, жестом предложил ей говорить.       Хината пришла подготовленная, наверное, свою речь она репетировала неоднократно, поэтому её голос звучал чуть суховато, когда она начала:       - Вы знаете, что наши отцы общались ещё со старшей школы, но они никогда не слыли друзьями, вопреки публичным заверениям. Их удерживали рядом выгодное партнёрство и чувство соперничества, однако так вышло, что в делах Фугаку-сама был удачливее моего отца, и, думаю, со временем это породило в нём зависть. Мой отец довольно беспринципный и жестокий человек, который не гнушался вести дела нечестно, как и Фугаку-сама, - Хината облизала губы и бросила на Саске осторожный взгляд. Её новость на Учиха не произвела особого впечатления. Как второго сына, отец не посвящал Саске во все дела, но догадаться о двойной бухгалтерии и прочих махинациях было совсем не сложно. Все так вели бизнес. Поняв, что её не собираются перебивать, Хината опустила голову и продолжила: - На острове Хонсю несколько лет назад Фугаку-сама организовал тайную геологическую разведку, которая обнаружила залежи урановой руды. Фугаку-сама не стал обнародовать этот факт и по подложным документам задёшево выкупил земли, на которых они находились. Однако один из геологов не удовлетворился теми деньгами, что получил от Фугаку-самы, и продал за очень большую сумму секрет моему отцу. Мой отец пожелал любым способом заполучить этот рудник, и тогда он решил использовать меня.       Хината выдохнула и, закусив губу, отвернулась к окну. Её показная уверенность улетучилась, и она снова выглядела беспомощной и беззащитной, будя в Саске давно позабытые чувства. Он примерно догадался, о чём дальше пойдёт речь, что вызвало в нём горечь. Наруто без разговоров вышел, но вскоре вернулся, принеся графин с апельсиновым соком и стаканы.       - Спасибо и извините… - сдавленно поблагодарила его Хината, борясь с накатывающими слезами, и Саске не верил, что она разыгрывает перед ними представление. С минуту Хинате потребовалось, чтобы успокоиться, и она продолжила, говоря теперь торопливо:       - Отец давно и неплохо знал Фугаку-саму, успев изучить все его предпочтения и вкусы. Фугаку-саме нравилось покровительствовать, и чем беспомощнее была женщина, тем она ему казалась привлекательней. Микото-сама, - Хината рискнула упомянуть его мать в таком ключе, и Саске оценил её смелость, - слишком самодостаточна. Фугаку-сама её уважал, но… ему нужна была пустышка, вроде меня… Отец специально третировал меня в присутствии Фугаку-самы, чтобы у того появились ко мне жалость и желание защищать. Он приказал мне соблазнить Фугаку-саму, желательно забеременеть, чтобы потом использовать этот факт и заполучить купчую на рудник в качестве компенсации. Отец никогда меня не любил и хотел избавиться подобным образом, чтобы освободить место наследницы для его любимой дочери Ханаби, моей младшей сестры. Я знала всё это, я понимала, что меня собираются пустить в расход, но всё равно послушалась, потому что слишком сильно боялась отца…       Саске задумчиво откинулся в кресле, закидывая ногу на ногу. Неожиданно он выяснил, что не так уж и далеко ушёл от своего отца. Ранее ему тоже нравилось покровительствовать, Саске любил быть сильным и предпочитал роль лидера. Это его Наруто сильно избаловал, позволив быть самим собой, но Саске не чувствовал, что стал слабее или зависимее. Они существовали с Наруто на равных, как половинки единого целого.       - … Я не лишена привлекательности, - скромно вставила Хината. – Этого хватило, чтобы Фугаку-сама предложил мне заступничество, а я… попросила у него любви. Я отчаялась, отец страшно на меня давил, и тогда я, наверное, действительно жаждала, чтобы рядом оказался сильный человек, который бы меня любил. Так хотелось почувствовать себя хоть кому-нибудь нужной… - Хината смотрела прямо в пол, сжимая сумочку и совершенно не подозревая, насколько трогательно сейчас выглядела. - Мы встречались тайно. Отец скуп и пренебрежителен к слугам, так что моего личного охранника и шофера легко удалось подкупить. Но добившись этой связи, я поняла, что ничего не получила, стало только страшнее. Если бы я сразу доложила отцу об успехе, уверена, он заснял бы наши встречи с Фугаку-самой, чтобы иметь на руках доказательства, а от обвинений лишь с моих слов легко можно было бы отвертеться. Фугаку-сама был со мной добр и заботлив, но я знала, что он ни за что не променяет меня на свою семью, и, откровенно, никогда этого не желала, однако мне хотелось иметь хоть какие-то гарантии. Я не знала, как поступить, и в растерянности решилась слушать отца до конца, а поскольку мой ребёнок стал бы неоспоримым доказательством связи, я начала незаметно от Фугаку-самы прокалывать презервативы…       В голосе Хинаты вдруг просквозила злость и раздражение, очевидно, на себя. Саске по-новому изучал бывшую жену, и видел в ней маленькую девочку, которая отчаянно пыталась выжить в жестоком и несправедливом мире. Наруто ненавязчиво подлил Хинате соку и тихо сел в стороне. Саске заметил, что тот очень расстроен и сопереживает их гостье, и понял почему. Совсем недолго Саске считал себя отцом, и пусть дочь оказалась не его, он сам ни за что бы не променял Кимико на кусок земли. Впрочем, Хинату Саске не спешил оправдать.       - … Я хотела забеременеть и в тоже время боялась этого больше всего на свете. Клан Хьюга крайне консервативен и строго соблюдает традиции. Внебрачный ребёнок для них – вверх позора, поэтому подсознательно я понимала, что собственными руками рою себе могилу. Видимо, инстинкт самосохранения не дал мне сделать самую большую ошибку в жизни. Как только у меня началась задержка, я в первые же дни отправилась в клинику, где сдала анализ крови на ХГЧ, который диагностировал беременность на очень раннем сроке. К тому моменту я уже решилась довериться Фугаку-саме, поскольку только он мог мне дать шанс на нормальную жизнь. Он ругался, - голос Хинаты стал глуше, - но не на меня, а на моего отца. Я плакала, а он принялся меня утешать, уверяя, что обязательно что-нибудь придумает. В первую очередь мы подумали об аборте, и, как бы это цинично не звучало, я согласилась бы при других обстоятельствах. Как наследница, я проходила доскональный медицинский осмотр у всех специалистов каждые полгода. Столь серьёзное вмешательство не осталось бы незамеченным. К тому же мой отец начал что-то подозревать, и люди Фугаку-сама доложили, что за мной стали вести слежку. К счастью, мы вовремя обо всём узнали, и до следующего осмотра оставалось три месяца. А потом Фугаку-сама вспомнил, что для вас, Саске-сан, подыскивают жену, и… Дальше вы знаете, - резко оборвала Хината, не сводя с Саске решительного взгляда. – Я признаю, что в случившемся вся вина целиком лежит на мне. Это мои непростительные глупость и слабость привели к таким последствиям, - строго и даже немного властно заявила она. – Я позволила отцу вертеть мной, как заблагорассудится, чем подставила хорошего человека, которому я была дорога. Но хуже всего я поступила с вами, Саске-сан. Когда мы женились, я вас боялась, но вы были очень ко мне добры, и я успела к вам привязаться. Я искренне сожалею и раскаиваюсь в том, что я натворила.       Хината поднялась и низко склонилась перед Саске. Он устало потёр виски, не зная, что ей ответить. Она попыталась взвалить всю вину на себя, обелив его отца, но Саске не считал такой расклад верным. Отца никто не заставлял связываться с глупой девчонкой, к тому же наследницей такого опасного человека, однако сейчас совершенно не хотелось выяснять, кто поступил с ним хуже. Саске оглянулся на Наруто, окунулся в его чарующие глаза и понял, что после смерти отца его стало незаметно отпускать. Больше он не желал лелеять свои обиды и боль.       - Что ты намерена делать дальше? – спросил он у Хинаты, действительно интересуясь её судьбой.       Она выпрямилась и немного опасливо на него взглянула, очевидно, пытаясь прочесть, что у него на уме.       - Вернусь вместе с Кимико в клан Хьюга, чтобы занять подобающее нам место, - твёрдо заявила она. – Вскоре после вашего ухода нас официально развели, но я не намерена открывать правду о происхождении моей дочери кому-либо.       В её интонациях Саске уловил, что Хината не боялась разоблачения с его стороны. Вероятно, она успела убедиться, что он ни за что не станет порочить репутацию семьи. Сейчас Саске было всё равно, что Кимико не его дочь, потому как она по-любому оставалась Учиха. Он до конца не понимал, что чувствует к девочке, однако точно не желал ей зла.       - Ты справишься? – спросил он у Хинаты едва ли не заботливо.       - У меня нет другого выбора. Я мать, поэтому должна быть сильной, - решительно ответила та.       Саске кивнул, принимая. Он уже понял, что Хината повзрослела и стала куда более уверенной, и что с ней случится дальше, зависело только от неё.       Хината вскоре уехала, и Наруто взялся проводить её до машины. Саске дожидался его в гостиной, сидя в кресле и тщательно всё обдумывая. Вернувшись, Наруто спокойно притянул его голову и прижал к своему животу.       - Однажды ты поймёшь, что ни делается, всё к лучшему, - пообещал он.       - Уже, - отозвался Саске. – Не узнай правды, жил бы по-прежнему с ней, хотя я не был с ней счастлив ни одного дня. А так я обрёл свободу от клановых обязательств и тебя.       - Я твоя награда, - усмехнулся Наруто, поглаживая Саске по плечам.       - Угу, - подтвердил тот, а после попросил: - Давай займёмся сексом, долго, до полного изнеможения. Хочу потом уснуть и проснуться уже в новом дне, где будем только ты и я…       Наруто склонился, ласково ведя ладонью вдоль спины Саске.       - Конечно, - шепнул он ему прямо в ухо и захватил мочку зубами.       Саске от удовольствия зашипел, прикрывая глаза, чувствуя, что больше ни о чём не жалеет. Он позволил себе нежиться в объятиях Наруто последующие три дня, а когда развеялись последние отголоски хандры, Саске повёз любимого знакомить с матерью и семьёй брата, продолжая заполнять быстротечные страницы счастья своей новой жизни.       Эпилог       В конце августа они прилетели на родной остров Наруто, где того встречали, как национального героя. Праздновали всей деревней, в которой родился Узумаки, и Саске вполне понимал восторг местных жителей. Не каждому человеку из их маленького закутка удавалось проложить себе дорогу в большом мире.       Саске, как и Наруто, почти не пил, поскольку их ожидала ранняя побудка. Саске не сомневался, что они пойдут в горы, потому как целый месяц до приезда ежедневно тренировался в скалодроме, куда его записал Наруто, не спросив. С программой Саске успешно справлялся, но реального опыта скалолазания пока не приобрёл, однако идти следом за Наруто совершенно не боялся. Утро встретило их серой изморосью и прохладой, словно хотело предостеречь, но Наруто не обратил внимания на погодные предрассудки и упрямо повёл Саске к цели. Откладывать поход Наруто ещё не хотел, потому как буквально завтра ожидался приезд его друзей, которых наконец-то удалось заманить на короткий отдых, соблазнив отменной рыбалкой.       Наруто выбрал очень крутой склон для подъёма, но у Саске не промелькнуло даже смутной тревоги, поскольку рядом с любовником он чувствовал себя абсолютно защищённым. Наруто его надёжно страховал, поэтому Саске не почувствовал и мимолётного страха, да и, казалось, гора сама их пропускала, то подсовывая под ногу уступ, то под руку – трещину. И всё-таки с непривычки оба вымотались, так что, когда остался позади последний рывок до вершины, Саске обессиленный повалился на камни, думая о том, что теперь можно лежать, сколько захочется.       - Гляди! Она больше не одна!       Голос Наруто так и звенел от ликования, потому Саске устало приподнялся и посмотрел туда, куда он указывал. На краю пропасти, прижимаясь друг другу, росли два белых цветка, восхитительные в своей простой красоте. Несколько минут царило торжественное молчание, и оба наслаждались невероятным по своей полноте единением.       - Здесь существует традиция дарить небесную розу перед свадьбой, - сказал Наруто, отворачиваясь от цветка и переводя очарованный взгляд на Саске, - но я сделаю всё по-своему. - Он полез во внутренний карман жилета и ловко оттуда выудил синий бархатный мешочек, из которого достал обручальные кольца из белого золота инкрустированные чёрными бриллиантами.       - Давай поженимся, - предложил Наруто без всяких затей и взял ладонь Саске, чтобы одеть кольцо.       Нет, Саске подобного совершенно не ожидал и был потрясён.       - В нашей стране нелегитимны однополые браки, да и к тому же ты очень хочешь иметь детей, - сказал он первое, что пришло на ум и, как оказалось, Саске почти всегда мыслил строго рационально.       - Всё решаемо! – перебил его Наруто, настырно окольцевав и подставив руку для того, чтобы Учиха сделал ему то же самое. – Так что прекращай выдумывать отговорки и просто скажи «да» и то, что ты очень счастлив!       - Да и очень, - прислушался Саске его совету, отвечая честно, забив на правила этого противоречивого мира.       Обручальное кольцо красиво смотрелось на пальце Наруто, и Саске с удовольствием поцеловал любимому руку.       Во второй половине сентября по-прежнему стояла тёплая, солнечная погода. Осень с невероятным упоением разрисовала всё в золотисто-багряные краски, будто нарочно завлекала художников и поэтов. Саске сидел в своём любимом кресле-качалке на террасе и перечитывал «Небесную розу». Теперь ему казалось, что он не просто понимает текст, а видит его глазами Наруто. Он настолько погрузился в книгу, что не услышал шагов.       - Саске, - Наруто накрыл его пушистым пледом, - солнце садится, а по вечерам уже прохладно. Совсем себя не бережёшь, - проворчал он: Саске зачастую за чтением забывал обо всё на свете. – Заболеешь, буду потом с тобой нянчиться.       - Посидишь со мной? - спросил Саске, с удовольствием укутываясь.       - Не могу, сроки, - напомнил Наруто, возвращаясь обратно.       С того момента, как они стали любовниками, Наруто смело взялся за новую идею, заявив, что старая задумка никуда не годится, поэтому ему приходилось много работать, и уже на следующей неделе нужно было сдавать рукопись. Читать черновики Наруто Саске не давал, говоря, что не любит заведомо раскрывать секреты, потому Учиха и поинтересовался:       - О чём хоть твоя книга?       Наруто полуобернулся на пороге и, небрежно пожав плечами, озвучил вполне очевидный ответ:       - О любви.