Мастер дуэлей / DUEL

Альбус Дамблдор сидел в своём кабинете, в настоящее время размышляя о недавнем прибавлении учеников в Хогвартсе, в особенности, о Гарри Поттере, и о том, что содержит его будущее. Из того малого, что он уже узнал о мальчике либо через опрос коллектива, либо с небольшой помощью легилименции, использованной на самом пареньке, он сделал вывод, что Гарри был хорошим ребёнком, и довольно умным, несмотря на очевидное отсутствие знаний о волшебном мире. Директор надеялся, что он сможет стать лучшим со временем и жить согласно предназначению, которое он сам припас для мальца. Пока он всё ещё думал о том, как он будет управлять будущим спасителем волшебного мира, сработало сигнальное заклинание, которое он установил, чтобы знать, если кто-то поднимается вверх по лестнице к его кабинету. Беглый взгляд на лестницу показал, что это была никто другая, как Пэнси Паркинсон, - юная волшебница из 1-го курса, которую он узнал благодаря многочисленным разговорам с её отцом, очень влиятельным и богатым человеком, чья лояльность была неясна, особенно во время войны с Волдемортом. Со времени поражения Волдеморта, он упорно трудился, оказывая ему услуги, так как это было необходимо, чтобы получить его одобрение, если он хотел успешно утвердить некоторые законы в Визенгамоте, или отрицанием, если необходимо забраковать остальные. В настоящее время были две главные партии: тех, которые поддерживали большие выгоды для чистокровных, во главе с Люциусом Малфоем, и те, кто взывал за равенство и права для всех, под его собственным управлением. Также были те, кто не принадлежал ни к какой из сторон, из которых Рабастан Паркинсон, отец Пэнси, являлся лидером. Обе стороны на протяжении последних 10 лет пытались присоединить их к себе надолго и получить значительное большинство голосов, но с поры своего появления, эта партия оставалась нейтральной. Факт, что его дочь, которая была всего лишь ребёнком, пришла увидеться с ним был довольно странным. Теперь любопытным оставалось лишь то, чего она хочет. Он позволил ей пройти мимо охранных заклинаний, и когда она постучалась в дверь, он сразу ответил - Входите. - Профессор Дамблдор, мне надо поговорить с вами , - сказала Пэнси, как только вошла. Её голос звучал немного запыхавшись - она вероятно бежала сюда. - Конечно, я был бы рад помочь вам с тем, что вам необходимо, если это в моих силах, - ответил Дамблдор. - Я знаю, что вы человек, у которого много сил и влияния и мне надо, чтобы вы сделали кое-что для меня, ведь это необходимо для нас обоих, - начала Пэнси, вы знаете, мне недавно сообщили, что мой отец заключил брачный контракт между мной и Драко Малфоем. Этой новостью директор был немного встревожен, поскольку это вероятно означает, что его усилия тянуть лорда Паркинсона на свою сторону были бессмысленны, поскольку составление брачного контракта между его дочерью и сыном Малфоя было равнозначно лояльности ему. Это будет ещё один голос, который он теперь может считать против себя. - Мне жаль, мисс Паркинсон, - ответил Дамблдор, «я надеялся, что ваш отец решит пойти против Люциуса Малфоя, но это значит, что я был неправ. - Но это не всё, - сказала ему Пэнси, «он получил голоса Девисов, Ли, Гринграсс, Чанг, Уесли и Кроудер. Теперь он опустился обратно в свое кресло, - Это не хорошо, - подумал он, это сделает Малфоя обладателем значительного большинства голосов, и равновесие будет окончательно нарушено. Пэнси продолжила, - Я уверена, вы уже знаете, что значит подобное и я также надеюсь, что вы будете готовы принять необходимые меры, чтобы препятствовать этому. - Могу я спросить вас, почему вы говорите мне всё это, мисс Паркинсон - сделал замечание Дамблдор, ваш отец был бы несомненно разъярён, если б узнал, что вы говорили мне всё это. - Отец не подозревает меня, он все ещё видит меня маленькой наивной девочкой, его даже не беспокоит замечать, что я могу услышать, - объяснила Пэнси, и я говорю вам это потому, что хочу уйти от его планов, ведь я ненавижу сына Малфоя, - он идиот и относится ко мне, как к рабыне, и я должна подлизываться к нему только из-за соглашения! Я также не имею ничего против меньшей чистоты крови или магглов, и я больше против их притеснений в законах, которые будут приняты против них из-за меня. - Я восхищаюсь этим, но что вы предлагаете мне делать, чтобы избежать подобного? - спросил её Дамблдор. - Я хочу, чтобы вы аннулировали контракт, - девочка добавила, - это из-за того, что Драко вынудит меня делать что-то, что может опозорить моего отца и в таком случае, по контракту, он будет вынужден передать контроль над своим местом ему. У меня есть люди, которым я доверяю, и которые обладают знаниями магических законом, чтобы осмотреть контракт, и они нашли, что он будет аннулирован только в случае, если Драко или его отец что-то сделают. Вы можете, например, отчислить его из Хогвартса, что даст мне объявить, что он больше не является желаемым кандидатом на роль моего супруга. - Я боюсь, вы переоцениваете мои возможности, - сказал ей Дамблдор, - прежде всего Луциус Малфой является одним из школьных попечителей, и я нахожу невероятным, что он когда-либо позволит своему сыну быть отчисленным, даже если я буду иметь достаточные причины для этого. К тому же, ваш отец один из тех, кто подписал контракт, и если он готов примкнуть на сторону Малфоя чтобы даже подписать брачный контракт, то это значит, что он уже всё решил. Панси кивнула, как будто она ожидала подобного ответа и сказала: Я не думаю, что мой отец действительно решил присоединиться к лорду Малфою, но он нуждается в поставщике драконьей кожи и он также хочет меня женить на высшем и наиболее знатном роде, который он мог найти, который, как случилось, был родом Малфоем. Я знаю, что он пытался сделать подобное предложение Поттерам, перед тем как они умерли, но они вероятно уже подписали контракт с родом Боунс. От удивления брови Дамблдора расширились. Он не ожидал, что кто-нибудь будет знать о том, что Гарри Поттер был обручен с Сьюзен Боунс, поскольку это было довольно охраняемой тайной, он не хотел, чтобы Гарри узнал это до тех пор, пока ему не пришлось бы рассказать об этом. Он ждал, что единственным человеком, кто знает об этом, была тётка Сьюзен – Амелия, которая возглавила род Боунс после смерти родителей Сьюзен, и которая гордилась заключённой договорённостью. Она оказывала ему большую поддержку в Визенгамоте. Он также предполагал, что она скажет девочке не говорить Гарри об этом, за что старый волшебник был благодарен. - Вы можете что-то сделать? - взмолилась Пэнси. Дамблдор сел обратно в свое кресло снова, чтобы обдумать проблемные новости. Он просто не мог предоставить возможность Люциусу получить Паркинсона, но он также не мог найти способ убедить его, с тех пор, как брачный контракт ведёт его другим путём. Если бы он знал заранее, он мог бы сделать что-то, даже если бы ему пришлось, как магическому опекуну Гарри, подписать другой свадебный контракт с Паркинсоном, чтобы женить его дочь на Гарри, но теперь было слишком поздно. Единственная возможность решить это была больше у Малфоя, - разорвать брачный контракт, что было бессмысленно, поскольку контракт заверен им с помощью Паркинсона, или каким-то путём проиграть договор в азартные игры, но только дурак пойдёт на подобный риск. Это не выглядит хорошо. Как бы там ни было, он может хотя бы решить проблему с маленькой девочкой, что стоит перед ним. - Кто ещё знает об этом? - спокойно спросил он. - Никто, - ответила она, - я не говорила даже друзьям, с которыми виделась. - Хорошо, - сказал он, а затем поднял свою руку прямо перед ней и проорал, ̶ Обливиэйт. Вдруг, взгляд Панси расфокусировался и упёрся в стену, а он вытянул все воспоминания об их разговоре, контракте между Гарри и Сьюзен, или будь чем, что могло ему навредить. Затем он переместил их разговор о запросе изменения политики школьных костюмов. Когда он закончил, то позволил ей подойти и сказал, - Мне жаль мисс Паркинсон, но я не могу изменить то, что может быть разрешено в школе, но все же ̶ спасибо за ваше время. До сир пор немного ошеломлённая, Пэнси сказала, - Да вы правы профессор, я должна идти. Она казалась немного растерянной, удивляясь тому, как она могла только сделать подобный запрос, но из-за легилименции она принимала ложное воспоминание, как подлинное. Он обычно пытался находить иной метод, чем изменение памяти человека, поскольку это могло привести к лишним вопросам, но в этом случае была необходимость - для её безопасности, и для большего добра. Было бы лучше решить проблему собственноручно. Так он и сделает, как только найдет решение, которое ему все ещё предстояло найти. После того как она ушла, Альбус продолжал думать о том, как выбраться из настолько сложной ситуации своими усилиями и единственно возможное решение появлялось в случае, если Малфой будет настолько глуп, чтобы сделать спор на что-то достаточно значимое.