Ты для меня. Но я нет

[Кевин] Когда я встретил его впервые, я сам еще не был готов к таким чувствам. Я еще слишком ребенок. Но слишком голодный на что-то страстное и притягательно, именно на таких как он. Уже в первые минуты хотелось прикоснуться к нему. Притянуть к себе, поцеловать и целовать все больше и больше, глубже, страстнее, а дальше простынь и теплое одеяло, но не потому, что оно само теплое, а потому, что обнимаю его. Как только мы поселились, я не спускал с него глаз, и, в конце концов, он тоже обратил на меня внимание. В первую же ночь я остался у него и все-таки добился некой взаимности. Но у него были свои принципы, от которых он не собирался отступать. Он был со мной тогда, когда ему было это удобно. Мне это, естественно, не нравилось, но с другой стороны, между нами не было никаких обязательств. Каждый поступал, как хотел. Но все же мое сердце болело, когда я видел его рядом с другим. Вскоре он стал уделять мне меньше внимания, я понял, что перестал интересовать его так, как интересовал раньше. Он стал смотреть на другого, смотреть так же, как когда-то на меня. И то что он сказал при последней нашей ссоре, когда все окончательно распалось....то, что между нами ничего не было. Я тогда промолчал, решив, что так лучше для всех троих. Но меня зажало в тиски. Я понял насколько несерьезно он относился ко мне. Но за день до этого случая я все-таки уложил его к себе в кровать. Он не был против... ну, конечно, кто устоит, если сама жертва так нагло домогается. Но тогда я действовал на почве причиненных им обид ранее. Я не знал, что так все обернется на следующий день. Особенно я не ожидал, а точнее не допускал к себе в голову таких мыслей, что он сойдется с моим другом. В итоге хуже я сделал только себе. Ну, винить в этом кроме себя, естественно, было больше некого. Так же не хотел, чтобы кто-то ворошился во мне. Поэтому… поэтому старался ничего не показывать. Но кое-кто все же заметил шевеления во мне… Что произошло со мной за последние пару дней? Да ничего такого, о чем можно было бы вспоминать со счастливой улыбкой. Я опять плакал всю ночь. Слезы просто текли по моим щекам, а я ничего не мог поделать с этим. Недавно хоть этот мелкий вернул какое-то настроение. Он большую часть своего свободного времени проводит со мной. Не смотря на то, что я порой плохо с ним обращаюсь, и, если быть откровенным, не смотря на то, что не просил к себе такого внимания, он всячески уделяет его мне. Этот недавний ночной разговор… зачем он так? Это, может, с виду мне без разницы до всех и до него в том числе. Я лежал, подложив руки под голову. Утро наступило не так давно, а еще не спал. Не дай бог я накосячу на репетиции…. Шин меня съест и не подавится. А я так не хочу, чтобы он злился. Нужно было подниматься с кровати, но тело, будто скованное цепями, не хотело подчиняться. Но, все же, пересилив себя, я вышел из комнаты, надел на себя счастливую улыбку и приветливо поздоровался со всеми, попросив при этом прощения, что пропустил завтрак. Кисоп пообещал мне двойную порцию после репетиции, я радостно согласился, поглядывая в это время на Шина. То ли он сделал вид, что не заметил меня нашего с Кисопом разговора, то ли, и правда, не заметил. В глубине души я с облегчением вздохнул. Прошло всего полчаса, а я уже трижды получил подзатыльник от лидера. За дело. С ним не поспоришь. Я словно ворон считаю. Опаздываю или засматриваюсь в зеркало совершенно не на того. Начал проявляться мо недосып. Немного кружилась голова, и я быстро устал. - Может, ты отдохнешь? – обеспокоенно в полголоса спросил меня Кисоп. Он не злился на меня после случившегося. Это было видно сразу, иначе бы не стал так беспокоиться за меня. и он не из тех, кто стал бы выделываться перед новым любовником. Я снова бросил мимолетный взгляд на Шина, пытаясь отдышаться. - Нет, все в порядке. Не хочу привлекать к себе внимания. Я легко хлопнул его по плечу, прося не беспокоиться зря, улыбнулся настолько радостно, насколько только мог, и мы снова встали на свои места. Так прошел час, потом второй. Я уже валился с ног и в какой-то момент не устоял, оступился и едва не упал на Шина. Я коснулся его спины, но поспешил отдернуть руки. Лидер посмотрел на меня через зеркало, что было во всю стены перед нами. Глаз его не были злыми. Он как-то понимающе смотрел на меня. Даже в какой-то момент мне показалось, что он улыбнулся, но настолько легко и незаметно, что на это обратил внимание только я. - На сегодня все, - его голос был усталым. Ребята обнялись, благодаря друг друга за хорошую работу, а я так и стоял растерянный на том же месте, пока меня тоже не зажали в объятьях. Мы смеясь выходили из репетиционного зала. А потом каждый разбрелся по своим делам, кто по комнатам, а кто, переодевшись, отправился на улицу. А Кисоп схватил меня за руку и потащил на кухню, собираясь накормить обещанным двойным завтраком. Наевшись, я развалился на стуле, изображая то, как мне плохо от переедания. Кисоп смеялся надо мной, а потом за ним пришел Шин, и мой красноволосый друг мило махнув рукой, ушел с лидером из кухни. Я остался один. Вроде бы, правда, никого не осталось в квартире. Потянувшись, словно кот, сидя на стуле, я поднялся с места и направился к своей комнате. Войдя, я не включая свет, открыл шкаф и достал из куртки пачку сигарет с зажигалкой. Вот уже несколько дней я промышляю задатками этой вредной привычки. Плохо, глупо, по-детски. Но… сейчас я не знаю, что придумать самому себе в оправдание. Вышел на балкон и закурил, даже не потрудившись закрыть дверь. Хотя, если что, она все равно меня не спасла бы… - Ты совсем идиот? – за спиной появился Шин. Какого черта? Он же ушел. Я не стал оборачиваться, и как потом оказалось, зря. - А ты мне папочка? - Я должен следить за вами, так что считай, что да – папочка! – лидер ударил меня по руке и сигарета, недокуренная и до половины упала вниз. - Должен следить, так следи, а не учи жить, - и я достал еще одну из пачки, но не успел поднести зажигалку, как из рук была вырвана и она и пачка. Все это оказалось уже через мгновение на земле, скинутое с балкона. - Может ты подумаешь, наконец, о себе? Что с тобой происходит? – Шин сбавил тон и стал говорить более спокойно, я чувствовал его беспокойство, которое он отчаянно, как и я все остальные чувства, прятал в себе. Но я не верил. Не хотел верить. - Подумать о себе? Может, наконец, ты подумаешь обо мне? И я обернулся, схватил его за рубашку, уже не собираясь бороться с обидой, переросшей в гнев. Но увидел стоящего в дверях Кисопа. Большего на свете я не хотел, чтобы Кисоп знал обо всем. Я отпустил Шина. Отвернулся от них обоих и оперся о перила, закрыл глаза ладонью. Мы долго молчали. Никто из троих не двинулся с места. Но потом… - Просто пообещай мне, что никогда так больше не сделаешь…, - его голос был слишком рядом. О оцепенении я даже не понял, что меня обнимают его руки. Я сжался сильнее. С другого бока подошел Кис и тоже обнял меня, положив голову мне на плечо. Он так и не произнес ни слова, но почему-то сейчас мне показалось, что он давно все знает про меня. Сам догадался или ему рассказал Шин – кто знает. Но я бы на его месте что-нибудь бы да спросил, а он, как рыба… - Обещаю, - наконец, произнес я, обращаясь к Шину, - а ты взамен обещай не злиться на меня сильно. Я едва не расплакался снова, но лидер улыбнулся моим словам, обнял меня еще крепче. В этот момент я про себя добавил: «Обещаю только ради того, чтобы ты улыбался».