Мост между

      Через два дня после поездки на Косую Алею Камилле нужно было отправлять в школу магии и волшебства. Чемодан был сложен, до поезда у них было еще два часа. Сейчас девочке уже не особо хотелось расставаться с родителями на целый год. «Если бы я не использовала, то волшебство, осталась бы еще на год. Но меня бы все равно взяли в Хогвартс, рано или поздно, зато раньше окончу школу, и тогда точно проведу год с мамой и папой перед институтом!» – пообещала себе девочка и с улыбкой направилась на кухню, где её ожидали родители. Сара стояла у плиты и готовила завтрак. Она была грустная, ей очень не хотелось отпускать девочку, но понимала, что должна это сделать. Женщина краем глаза увидела дочь и улыбнулась. Семья Коултеров последний раз за это лето села завтракать полным составом. За столом никто не проронил ни слово. Родители старались не показывать свою грусть, но в воздухе все равно витало печальное чувство расставания. После завтрака девочка быстро сбегала наверх в комнату и вернулась спустя пару минут, держа на руках клетку с Аметистой, так она назвала свою птицу, из-за цвета её глаза, они были фиолетовые. Она взяла чемодан и направилась к выходу. Спустя сорок минут они были на станции. – Платформа девять и три четверти, это будет довольно интересно, Сара, как ты думаешь, где именно располагается эта платформа? – Задумчиво спросил Роджер. Сара немного замялась. Девочка огляделась, между платформами были четыре колонны. Из чего она сделала вывод: – Я так полагаю, что вход спрятан на третьей колонне из четырех, между платформами девять и десять. – Родители посмотрели на неё. Они недоумевали, почему десятилетняя девочка проявила большую остроту ума, чем они, взрослые и состоятельные люди. – Да, наверное, ты права. – Они двинулись к нужной им колонне. – Тааак… Будем ждать пока кто-нибудь не пройдет тут и не покажет как нам нужно туда попасть. – А может нужно так же, как и на входе в Косую Аллею, постучать по камням и откроется проход. – Сказала Сара. – Нет, если каждый волшебник будет так делать, то не маги, скорее всего, заметят неладное, – опять проявила долю смекалки Камилла. Буквально в это же мгновенье девочка увидела как два человека, прошли сквозь колонну и исчезли. Она посмотрела на родителей и заметила, что они в это самое мгновение осматривались по сторонам, видимо, на входе были какие-то чары, заставляющие маглов не замечать входящих и выходящих от туда. – Я знаю, как попасть на платформу десять и три четверти. Нужно пройти через эту колонну. – Родители посмотрели на неё как на обезумевшую. – Поверьте мне! Сара кивнула мужу, и они пошли в направлении колонны, девочка двинулась за ними. Миг и они стоят на другой стороне. Все трое осматривались по сторонам, у них оставалось, по меньшей мере, полчаса. Роджер помог дочери поднять чемодан на ступеньки, но заходить в поезд не осмелился. Камилла пошла по поезду в поисках свободного купе, найдя такой, она оставила там свои вещи и запомнила его номер. Когда она выходила, в купе заглянули два симпатичных мальчика: – И тут тоже уже занято, – сказал парень с растрепанными волосами на голове. – Купе рассчитано на шестерых, нас будет трое, если вы только вдвоем, милости просим к нам. – Предложила Камилла. – Вы же тоже первокурсники? Они кивнули и зашли в купе. - Мы с тобой виделись, - сказала Камилла, смотря на второго мальчика, ¬- это ведь ты заходил тогда к Оливандеру с серьезной дамой? Мальчик кивнул, видимо он тоже узнал её: - Я, Сириус, - поздоровался он. - А я Джеймс. - Очень приятно. – Улыбнулась она. - Меня ждут. Коултер вышла обратно на платформу и увидела недалеко свою подругу Лили, девочка подошла к ней: – Привет, Лил. – О, Ками, привет, а я ищу тебя. – Обрадовалась девочка и обняла её. – Я заняла для нас купе, № 17, если увидишь Сева, передай ему. – Хорошо, – сказала Лили, – Я пойду поговорю с Петуньей, она обижается на меня за что-то. Камилла кивнула и направилась в сторону своих родителей. – Ты приедешь хотя бы на Рождество? – грустно спросила Сара, когда девочка подошла. – Конечно, мам. – Она кинулась обнимать Сару. Прозвенел гудок. – Тебе нужно в поезд, не забывай нас, – Сказал Роджер на прощание. – Вы самые лучшие, – крикнула девочка, запрыгивая в поезд. Направляясь в своё купе, она увидела в коридоре своего второго друга – Северуса Снегга. – Сев, привет, – сказала она, обнимая его. – Мы в семнадцатом купе, пошли. Они двинулись. Зайдя в купе, они увидели Лили. Она сидела в уголке у окна, прижав лицо в оконному стеклу. Камилла села напротив неё. Снегг сел рядом с Коултер. – Я с тобой не разговариваю, – сказала она Северусу, сдавленным голосом. – Петунья меня не-ненавидит. За то, что мы прочли письмо от Дамблдора. – И что? Она посмотрела на него с глубоким отвращением, Камилла укоризненно. – А то, что она моя сестра! – Она всего лишь… – Ками предостерегающе посмотрела на него и, Снегг вовремя остановился. Лили, занятая тем, как бы незаметно утереть слезы с глаз, его не услышала. – Но мы ведь едем! – Он не мог скрыть ликования в голосе. – Мы едем в Хогвартс! Она кивнула сквозь слезы и невольно улыбнулась. – Тебе лучше поступать на Слизерин, – сказал Снегг, ободренный этим проблеском. – В Слизерин? Один из мальчиков, которых пригласила Камилла, до этого не обращавший на Лили и Снегга никакого внимания, теперь уставился на них. «Слизерин?» – Девочка сразу же вспомнила слова мистера Оливандера: «Это очень древний дар, метаморфоз, чаще всего встречающийся в роду Салазара Слизерина.» – Кто это хочет в Слизерин? Да я бы сразу из школы ушел, а ты? – Спросил Джеймс мальчика, сидевшего напротив. Тот не улыбнулся. – Вся моя семья училась на Слизерине, – сказал он. – Елки-палки! – Воскликнул Джеймс. – А ты мне показался таким приличным человеком! Сириус усмехнулся. – Возможно, я нарушу семейную традицию. А ты куда собираешься, если тебе позволят выбирать? Джеймс поднял невидимый меч. – Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы. Как мой отец. Снегг презрительно фыркнул. Джеймс обернулся к нему. – Тебе это не нравится? – Да нет, почему? – ответил Снегг, хотя его фырканье было недвусмысленным ответом. – Если ты предпочитаешь быть храбрецом, а не умником… Камилла ухмыльнулась. – А ты-то куда пойдешь, если ты ни то, ни другое? – вмешался Сириус. Джеймс расхохотался. Лили сидела прямо, вся красная, и переводила неприязненный взгляд с Джеймса на Сириуса. – Ребят, пойдемте поищем другое купе. – Оооо… Джеймс и Сириус передразнили её высокомерный тон. Джеймс попытался поставить Снеггу подножку. Камилла осталась сидеть на месте. Лили удивленно посмотрела на неё. Ками одними губами сказала, что объяснит потом. – До скорого, Нюниус! – Зря вы так, – спокойно сказала Камилла. – А ты почему осталась? – насмешливо спросил Сириус. Она пожала плечами. И уставилась в окно, подогнав под себя ноги. – А ты, на какой факультет хочешь? – спросил у неё Джеймс. Девочка вновь пожала плечами. – Я понятия не имею, какие факультеты есть в Хогвартсе. – Так ты маглорожденная? – удивленно спросил мальчик, сидевший напротив, это был Джеймс. На что она снова пожала плечами. – Как это? Ты не знаешь маги ли твои родители? – Да, – не отрываясь от окна ответила она. – Они умерли, через месяц после того, как мне исполнилось три года. – Оооо… Прости, я не знал. – Все в порядке, я их даже не помню, зато у меня есть другие родители, они удочерили меня, они маглы. Она внимательно посмотрела на Сириуса, у него были черные, как уголь, волосы, темные глаза и высокие скулы, прям как у неё самой. «Вся моя семья училась на Слизерине – вспомнила она. – А что если мы с ним дальние родственники?» – А твоя семья злых волшебников? – спросила она у него. От такого мальчик немного опешил: – В основном – да. Она немного подумала: – Ты потомок Салазара Слизерина? – Как ты узнала? – Сириус пораженно смотрел на неё. – Да, Блэки его дальние родственники. – Почему тебе так не нравится факультет Слизерина? – спросила она у Джеймса. – Потому что большинство темным волшебников заканчивали именно Слизерин. А остальные просто не самые хорошие волшебники. Увлеченные чистотой крови. Сириус хмыкнул: – Как твоя фамилия? – Спросил он, обращаясь к девочке. – Коултер-МакГвайер. Коултер фамилия приемных родителей, МакГвайер моя во время детдома. А настоящую фамилию моего родного отца, я не помню. Как и фамилию матери. Несмотря на такой расширенный ответ, Сириусу показалось, что она что-то скрывает. – А ты не хочешь найти своих родных родителей? – Они умерли. – Откуда ты знаешь, ведь ты же ничего не помнишь. – В детском доме мне говорили это каждый день. – Она с ужасом вспоминает те дни. Как взрослые ребята пытались подчинять себе маленьких детей, Камилла постоянно сопротивлялась, за что сильно от них получала. Этого она боялась и в Хогвартсе. – Расскажите мне о Хогвартсе, пожалуйста. Они начали рассказывать ей о разных факультетах. О большом зале, потолок которого отображает небо, все, что слышали от своих родителях. И, конечно же, о квиддиче. То один, то другой рассказывал о правилах, постоянно что-то добавляя, так они перекинулись на рассказ о чемпионате по квиддичу, постепенно перетекая на тему магического мира. Рассказывали о министерстве магии и о многом другом. Через несколько минут к ним заглянула женщина с тележкой и предложила купить какие-нибудь сладости. – Ты будешь что-нибудь? – спросил Джеймс у девочки, в то время, как Сириус уже скупал половину этих сладостей. Она пожала плечами, на что Поттер сказал: – Давай, я угощаю. Она посмотрела на тележку и увидела множество всяких конфет. Камилла на свои деньги купила себе, то, что её заинтересовало больше всего. – Ты какая-то странная, ты изначально ни чего не хотела, а потом когда я захотел тебя чем-нибудь угостить, купила все сама, – со смехом в голосе сказал Джеймс. – Не люблю, когда за меня платят. – Милла-Милла, не умеешь ты пользоваться моментом. – насмешливо сказал Сириус. – Не называй меня так. – её голос стал железным. Сириус только пожал плечами. Она вышла из купе, с целью прогуляться. В коридоре, недалеко от их купе стоял мальчик, примерно её возраста, с мышиного цвета волосами и маленькими глазками, возле него стояла его тележка с вещами. – Ты чего тут стоишь? – Еду в Хогвартс, мне просто не хватило места в купе и ребята меня выгнали. – тихо сказал мальчик. – Тебя как зовут? – Питер Петтигрю, – неуверенно произнес тот. Он напомнил девочке некоторых ребят из детдома, которых обижали старшие. – Я Камилла, можно просто Ками. – Она протянула руку, Питер нерешительно пожал её. – Пойдем к нам в купе. После этих слов Питер обрадовался так, что чуть не кинулся её обнимать, возможно, именно после этого он и влюбился в неё. – Мальчики у нас пополнение, знакомьтесь – это Питер. Сириус внимательно посмотрел на Петтигрю: – Ты, где его вообще подобрала. У тебя видимо любовь к ущербленным. – язвительно проговорил он. – Странно, что это я тебя не полюбила. – в тон ему сказала Камилла. Джеймс рассмеялся: – Да ладно тебе, дружище, – сказал он Сириусу и добавил. – Заходи Питер. Питер прошел в купе и сел возле Джеймса. – Правильно, на эту сторону даже не смотри, тут сидит элита. ¬ – Показывая на сторону, где сидел он с Камиллой. – Сириус, прекрати, – спокойным голосом сказала девушка. Через несколько минут он смирился с пребыванием Питера в их обществе и разговоры пошли прежним руслом, с шутками и приколами. Так они и доехали до Хогвартса. Поезд остановился на своем конечном пункте, и школьники начали выползать на свежий воздух. Камилла в толпе увидела Лили с Северусом и двинулась к ним. – Потому ты не пошла с нами? – обиженно спросила Эванс. – Хотела кое-что выяснить, потом объясню, только не дуйся, – улыбнулась она, Лили улыбнулась ей в ответ. – А вообще они не плохие ребята, веселые. – А ещё слишком высокомерные и глупые, – недобро сказал Северус. – Не без этого, – весело сказала девочка, на что Снегг ухмыльнулся. – Все равно они мне очень не понравились! – уверенно сказала Лили.