Savior

Я очнулась в каком-то подвале, вокруг летала пыль, а на потолке, прямо надо мной, висела паутина. Не могу поверить, что я так сглупила и села к ней в машину. - Очнулась. – Послышалось справа. Я еле повернула голову и увидела сидящую рядом женщину. Её рыжее каре слегка растрепалось, а глаза постоянно бегали. Она перебирала пальцами подол своей юбки. - Сильвия… - Говорить было больно, я всё ещё чувствовала удавку на шее, хотя её там не было, - мы можем… ты можешь помочь мне. – Я попыталась встать, но тут же получила по лицу с такой силой, что упала обратно, но это не так страшно, учитывая то, что я свезла колени и локти о бетон. Мужчина, что сделал это, вошёл обратно в тень, откуда вылез до этого. - Лучше молчи. Твоя мать скоро начнёт тебя искать, а вместе с ней и тот кудрявый парень. Аврора, ты даже не представляешь, как всё удачно сложилось. - Я видела, как она встала, как подошла ко мне. В её руке был пистолет, дуло которого она приставила к моему виску.Я перестала дышать и зажмурилась от страха, неужели так вот просто умру? – Я не хочу тебя убивать, не хочу. - От её слов легче не стало. Эта женщина пугала меня. - Вас поместят под охрану свидетелей, Сильвия. Вы будете в безопасности, прошу, не надо! Его посадят, вам некого будет бояться! – Из последних сил просила я. Скотт наверняка заставляет её делать все эти ужасные вещи. - Если бы всё было так просто, Аврора. Дай мне свой телефон. – Сказала она, наморщив нос с горбинкой. Сльвия протянула ко мне руку, а на губах появилась неприятная улыбка. - Прошу вас, Сильвия… - Дай сюда этот чёртов телефон! – Яростно закричала она. Испугавшись, я вынула из кармана мобильный, отдавая его. Теперь мне не спастись. - Отвези его Скотту, а потом приезжай обратно, будешь её караулить. - Отдала она приказ мужчине в тени. Некто вышел из комнаты с моим последним шансом на спасение. - Ты будешь сидеть здесь. – Дала указание Сильвия, а затем вышла, закрывая железную дверь. Я тут же подскочила, разыскивая хоть что-нибудь, чем смогу открыть дверь или же другой способ выбраться, но нашла лишь выключатель, матрац и маленькое окно, через которое могла пролезть лишь моя рука. Мне было страшно, я не знала, что на уме Скотта и почему он действует руками Сильвии, я не знала, что будет со мной и как долго я вообще проживу. Что случится с моей мамой, если меня не станет? Что будет с Гарри? Я же закрыла его... Ещё раз хорошенько осмотревшись, но не найдя ничего, что могло бы помочь мне, я села на матрац, который явно приготовили для меня и, по всей видимости, продержат меня здесь не один день. Я смотрела в потолок, пытаясь хоть как-то скоротать время и тут вспомнила о тетради. Её не заметила Сильвия, а так как у меня много времени, я могу почитать её. Слезами делу не поможешь, а мне нужно понять мотив Скотта. Открыв первую страницу, я пробежала по ней глазами, но ничего нужного не было. Я листала и листала, узнавая о том, как мама всё сильнее и сильнее влюблялась в Скотта, как они начали встречаться и их отправили во Францию учиться по обмену. Скотт хотел стать учителем физики, а моя мама учителем русского и литературы. Моё мнение об этом мужчине потихоньку менялось, ведь мама описывала его так, будто действительно знала его другим. Ближе к середине записи, по числам, заметно сократились, между ними был большой разрыв. И здесь началось самое интересное: 3 декабря. Мы сидели в кафе и к нам подошла группа парней, я сказала, что у меня есть парень, но один из них всё же был очень настойчив. Я испугалась и попросила Скотта забрать меня. Он так и сделал. Последнее время я плохо себя чувствую, нужно отлежаться дома. 21 декабря. Роб, парень из кафе, очень настырный, оказывается, мы учились с ним в одной школе, но последние три года он провёл здесь, в прочем, как и три года полицейской академии. Мы с ним подружились, но Скотту это не нравится. Кстати о нём, я уже какой раз замечаю, что рядом с ним вертится какая-то девчонка. Постоянно рядом с ним. Мне это не нравится. 1 января. Я беременна. Мне волновало моё положение и я купила тест, там две полоски. Что теперь делать? Как рассказать обо всём ему? А родителям? 6 января. Я видела, как он целуется с другой, с Сильвией. Почему именно она?! Мне нужно забрать свои вещи и переехать жить в общежитие.Больно. Буквы расплывались, я никак не могла взять себя в руки, чтобы продолжить читать. Сильвия знакома с мамой, да и Скотт, поэтому мама так странно отреагировала на его появление. Но это ещё можно было хоть как-то уложить в своей голове, но то, что у мамы есть ребёнок на стороне... Закрыв глаза, я дала себе отдохнуть, а затем вновь взялась читать. Я должна узнать обо всём. 4 февраля. Скотт сказал, что я сама виновата в том, что случилось, что я стала другой, Роб рассказал ему о какой-то ночи. Я пыталась ему сказать, что это всё ложь, но он не верил. Я выяснила отношения с Робом, но не ожидала, что он сделал это из-за того, что любил меня. Да какая разница?! Я потеряла Скотта, теперь точно потеряла. Я не хочу жить без него. Не хочу, но мой ребёнок достоин того, чтобы увидеть этот свет. Ему будет тяжело, но я буду рядом, чтобы помочь стойко выдержать все невзгоды. 14 февраля. Мне позвонили в дверь, и, когда я открыла, то там стоял Скотт с букетом цветов и книгой. Я стояла в шоке, а он упал на колени и начал извиняться. Он достал из книги тот тест, что я делала в январе. Я забыла, что спрятала его именно в эту книгу, но рада, что сделала именно это. Теперь он рядом, спит на моих коленях. Я он и наш ребёнок, пусть так будет всегда. Дневник стал похож на сборник любовных историй, но, если бы этого не происходило в моей жизни, я бы подумала, что у владельца этой вещицы просто плохо развито воображение. 16 февраля. Скотт сказал, что нашёл работу, что будет откладывать деньги на наше будущее и на ребёнка, чтобы он жил в достатке. Удивляюсь, как он умудряется найти выход из такой ситуации, ведь сейчас везде безработица и даже мои родители еле удержались на своих местах, но зарплаты всем урезали. Не представляю, что буду делать без него. 8 марта. Мы выбрали имена для наших детей. Если это будет девочка, назовём её Аврора, а если мальчик, то Люк. Мне нравятся имена, надеюсь, это будет девочка, но если мальчик, то я буду любить его не меньше. В этот момент из меня будто выбили дух. Я не хочу, чтобы мои догадки оказались верны, я не хочу, чтобы Скотт был моим отцом. 12 апреля. Нам пора возвращаться домой, но Скотт заканчивает работу лишь в конце этого месяца. Последнее время я не слышу о Робе и Сильвии. Это радует. 14 апреля. Лучше бы я ничего не писала. Сильвия пришла к нам домой и сказала, что беременна. От Скотта. По его лицу я поняла, что она не врёт. Не знаю, что делать. Малышка, а что ты думаешь? 17 апреля. Я не могу смотреть в глаза Скотту, мы не разговариваем. Он с утра до ночи занят на работе, а я дома с тобой, малышка. Что мы будем делать с нашим папой? Он вед изменил нам. Я понимаю, что это было во время ссоры, но это не оправдывает его. Это не может оправдать его. 1 мая. Мы решили, что простим нашего папу. Может быть я пожалею об этом, может нет, но без него всё как-то по-другому, так, как мне совсем не нравится. Семья должна быть полноценной. 28 мая. Скотта арестовали, обвинили в убийстве. Я не знаю, что мне делать, как много раз я произнесла эти шесть слов за последние месяцы… 2 июня. Дело перенесли в Лондон, я знаю, что его не оправдают, Скотт тоже это знает. Наш ребёнок… Мне не на что его содержать. Родители знают о моём положении, но помочь так же ни чем не могут, им едва хватает денег на то, чтобы содержать меня. 5 июня. Роб предложил мне выйти за него. Его семья состоятельная и он возьмёт меня с ребёнком. Я не хочу этого, я ненавижу его. 7 июня. Скотта посадили на восемнадцать лет. Я видела, как плачет Сильвия, я сама плакала. 20 июня. Я узнала, что у нас будет девочка. 21 июня. Я смогла встретиться со Скоттом. Рассказал ему о том, что у нас будет девочка и о том, как достал меня Роб. Скотт сказал, чтобы я поступила так, как предложил Роб и сказал, чтобы я больше не приходила. Эти слова убивают меня. 31 августа. Не хотела портить тебя ещё больше, но всё же напишу о том, что произошло. Я вышла за муж за Роба, у меня родилась прекрасная малютка, которой я дала имя Аврора. Я отправила её фотографию Скотту, но боюсь, что он не ответит. Я несколько раз пыталась увидеться с ним, его он не хотел. Когда я лежала в больнице, к нам привезли Сильвию. Она родила после меня, но когда я хотела поговорить с ней, её не оказалось в палате. Я спросила у доктора, где могу её найти, но он сказал, что она, как только немного восстановила силы, ушла, оставив ребёнка. Его должны были отправить в дом малютки, но я не хотела, чтобы ребёнок моего любимого человека попал в руки плохой семьи или того хуже, вырос один в детском доме. Да, он изменил мне, да, Сильвия уничтожила меня и мою жизнь, но ребёнок в этом не виноват. Мои знакомые хотели ребёнка, но у них не получалось. Они были рады моей просьбе и усыновили мальчика, а еще дали ему имя, которое хотел Скотт. Я написала о том, что его второй ребёнок в целости и сохранности, что его зовут Люк. Я должна была возненавидеть этого ребёнка, но не смогла. Я полюбила его, как только увидела, он, как и моя малышка, неразрывно связаны с нами, они оба имеют права на хорошую жизнь. Что касается Роба, я буду жить с ним, ради Авроры и ради её светлого будущего. Быть может когда-нибудь я и полюблю его, но не сейчас. Я никогда не смогу разлюбить Скотта, никогда...» После прочтения этой исповеди всё, что казалось мне раньше непреложным и правильным, всё, во что я верила, стало пустым и бессмысленным. Переоценка ценностей, что постигла меня в тёмном подвале с грязными стенами, предоставила шанс взглянуть на всё, что происходит сейчас под другим углом. Все перевернулось с ног на голову, Всё стало другим. Скотт сказал правду Люку, я тоже его дочь. Я не стану говорить, что семья, в которой я жила до этого не настоящая и плохая, но то, что от меня укрывали столь ценную информацию я не могу упустить из виду. Я сидела, продолжая думать о том, что там написано, голова гудела, а комната кружилась. Замок вдруг заскрежетал и двери открылись. Я быстро убрала тетрадь обратно, в комнату зашла Сильвия. - Вот вода. – Она кинула мне бутылку, и я встала, чтобы поднять её. - Вы знаете, что ваш сын жив? – Начала я, поднимая бутылку с пола. Она была открыта и это насторожило. В школе нам показывали ролик, в котором говорили о похищенных людях и как лучше всего себя вести в такой ситуации. В этом ролике рассказывалось об открытой бутылке воды и о снотворном, которое подсыпают в неё. Я не стала пить, а просто поставила бутылку у матраца. - о чём ты говоришь? – Я видела её замешательство. - Вы ведь оставили ребёнка в роддоме, так? - Откуда ты об этом знаешь?! - Мне мама рассказала. – Соврала я. - Да ты… У меня нет детей! Она убила моего единственного ребёнка! – Кричала Сильвия. Только сейчас до меня дошло, что Скотт совершенно не при чём. – А знаешь что, я расскажу тебе всё, всё равно умрёшь скоро. – От её слов по моей спине пробежали мурашки. Нет, я не собираюсь прощаться с жизнью так рано, но выбраться у меня не получится, пока тот коренастый мужика, что неплохо так заехал мне по лицу, стоит у двери. – Всё началось во Франции, я жила там с отцом. Скотт спас меня, когда грабитель забрал сумочку, – продолжала она уже спокойно, опираясь на стену. – Он запал мне в душу с первого взгляда. На следующий день я узнала, что у него есть девушка. Я наблюдала за ними. – И свихнулась, мысленно добавила я. – Я Видела, как они любят друг друга, а потом увидела другого парня, который наблюдает за его девушкой. Я связалась с ним и мы решили разбить их пару, чтобы заполучить то, что нам нужно. Мне удалось заставить Скотта поверить в то, что Стефф изменяет ему с Робом, а потом он напился и мы переспали. Что потом? Он вернулся к ней! Что бы я ни делала, он всегда возвращался. Потом он просто меня игнорировал! Скотт работал в агентстве по доставке цветов, его обвинили в убийстве матери Стайлса. Это сделал Роб, он пошёл против нашего договора и я не получила желаемого, а он получил то, чего хотел. Я возненавидела вас. Скотт не желал видеться со мной, и я могла только писать ему письма. Через некоторое время я узнала, что Роб и Стефф живут счастливо, что у них ребёнок здоров, а мой, из-за этой шлюхи умер! Я не смогла его прокормить, я не смогла его взять под своё крыло, мне пришлось его оставить, а во всем виновата Стефф! Твоя грёбаная мамаша! Я отвлеклась... В общем я начала вынашивать план, ведь месть - это единственное, что у меня осталось. План был идеальным, но этот чёртов взрыв... Я не смогла забрать пулю, начались сложности, а потом я узнала, что ты встречаешься со Стайлсом, с человеком, отец которого виновен в моём горе. Он тоже получит по заслугам. Мне нечего терять. Ах да, ты, дорогая, ты так мне насолила! - Сумасшедшая подошла ко мне и потянула вверх за волосы, я встала, думая лишь о том, куда бы получше ее ударить. - Ты, маленькая чертовка, изувечила моё лицо, помнишь? Несколько лет назад. Я забралась в ваш дом, я хотела убить вас, всех, но ты сломала мне нос сковородкой! Чёрт, у меня не хватило денег на операцию, потому что пришлось заплатить круглую сумму врачу, чтобы тот подделал мои справки. – С каждым словом гнев во мне нарастал и мне хотелось ударить его сильнее и сильнее, но кожа головы ныла от её хватки. Она отпустила меня. - А что теперь? - спросила я, сжимая кулаки. - Теперь? Теперь тебя пойдут искать в дом Скотта, а я в это время хорошенько с тобой поиграю, когда Стефф придёт сюда, то с ней наверняка будет твой ненаглядный. Он умрёт, а ты будешь смотреть на то, как из дыр, что оставят пули, будет течь его кровь, но ты не сможешь ему помочь, потому что тот джентльмен, что стоит у двери, с удовольствием переломает тебе ноги. Ты будешь смотреть, как умирают те, кто тебе так дорог, а потом твоя мать увидит, как ты умрёшь. - Она говорила хладнокровно и в её голосе проскакивали нотки предвкушения. - Вы сумасшедшая... - В ужасе прошептала я, но она лишь улыбнулась. - Ах да, наша первая встреча... Я приходила, чтобы убить твою младшую сестру, но прочитав диагноз поняла, что ей не жить... Вы готовы к неё смерти, поэтому я бы не получила никакого удовольствия. - Она постучала в дверь и ей открыли. - Ну, не скучай. - Сильвия вышла, а я опустилась на колени и горько зарыдала. Эта женщина бредила местью, а остановить её никто не мог, потому что все подозревали не того...