Savior

Мет пошатнулся, а его испуганно открытые глаза, казалось, открылись ещё шире. Кровь забрызгала его лицо, но пуля попала не в него. Ствол выпал из руки женщины, громко ударившись о пол, а сама она рухнула следом. Из её головы сочилась кровь, а взгляд потускнел, в прочем, так и должны выглядеть мертвецы. Отойдя от шока, Мет повернулся к девушке, что сейчас сидела у стены и громко плакала. - Аврора, вставай, эй! – Звал её Мет, пытаясь поднять. Она подняла на него полные слёз глаза и кинулась ему на шею. Её не пугала кровь и её запах, не пугал труп этой сумасшедшей женщины, она была просто рада тому, что Мет жив. Мет обнял её в ответ, сжимая как можно сильнее в своих руках. Он только что не лишился жизни и увидел, как она покинула другого. Он видел, как её взгляд на мгновение прояснился, но она не осознала, что умерла, нет. - Уходите отсюда, полиция уже едет, - сказал только что подошедший к ним Дженсон. Да, тот самый Дженсон, что работал охранником и учителем истории, только сейчас он был в полицейской форме, что ужасно ему шла. Аврора уставилась на него непонимающим взглядом, но он обещал объяснить ей всё позже. Аврора вместе с Метом вышли на крыльцо, щурясь от света заходящего солнца. Как бы обычно это не звучало, но эта история, как и этот день, подошли к концу. Их больше не будет преследовать психопатка, помешанная на мести и жизни ничего не будет угрожать. Они спустились по ступеням, а в это время у дома припарковалось несколько полицейских машин, а так же машина скорой помощи. Полицейские оцепили здание, а некоторые зашли вовнутрь, Аврору и Мета поволокли к машине скорой помощи, но внезапно на них налетел не пойми откуда взявшийся Люк. Он сгрёб этих двоих в свои огромные объятия, а они обняли его в ответ. - Не могу поверить, что всё закончилось, - проговорила Аврора обнимая его сильнее прежнего. - Всё кончено, - ответил голубоглазы и, помедлив, добавил, - сестра. Аврора улыбнулась, теперь всё было на своих местах. Браун, отпустив Люка, направилась вместе с метом к скорой помощи. Её не нужно было медицинское вмешательство, хотя было несколько ран, которые следовало бы обработать; единственное, чего она хотела – увидеть Гарри. Ей было всё равно, как она выглядит, ведь он любит её, а она любит его, а это значит, что что бы с ней не случилось – он не отвернётся от неё. Стоило ей подумать о Гарри, как дому подъехала тёмная иномарка и из неё вышел встревоженный кудрявый парень, а за ним и её настоящий отец и незнакомые ей люди. Она заметила его сразу, его усталые обеспокоенные зелёные глаза, его высокую фигуру в длинном пальто и взлохмаченные кудрявые волосы. Только сейчас она поняла, что дрожит от холода, а ещё почувствовала невыносимую тоску по нему, такому родному, такому тёплому и реальному Гарри. Она определённо скучала по нему, по такому несовершенному парню с тёмным прошлым. Его глаза бегали от одного лица к другому, стараясь найти нужное, а сам он пытался пробраться к дому, но толпа зевак, появившихся здесь с приездом полиции, а так же самые полицейские не пускали его. Он не знал, что будет делать, если окажется, что он приехал слишком поздно, что её не успели спасти. Он слышал о том, что в доме труп и молил бога о том, чтобы он не принадлежал его возлюбленной. Его нервы и силы уже на пределе, но он отчаянно бегал глазами от лица к лицу, не оставляя надежду и вот, наконец, он нашёл то, что искал. Его маленькая, напуганная девочка, трясущаяся и испачканная, сидела у машины скорой помощи, а её рукой занимался один из докторов. Он заметил, что она смотрит на него, только на него и ни на кого другого. Она была жива, да, искалечена, но жива. Все чувства сменились, теперь он был безумно счастлив и благодарен, он чувствовал себя так, будто ему дали второй шанс на жизнь. Да, он определённо был безмерно счастлив. Не отводя он неё взгляд, Гарри пробрался в первые ряды наблюдателей, и хотел было уже ступить за ограду, но один из полицейских его остановил. Ему пришлось посмотреть на полицейского и что-то сказать ему, чтобы пройти за ограду, а когда он вновь поднял глаза к месту, где сидела девушка, её там не оказалось. Она, бросив все эти ненужные процедуры, бежала к нему, человеку, в котором нуждалась сейчас больше всего. Его тёплый взгляд согревал её изнутри. Браун врезалась в Гарри, сцепляя руки за его спиной, а он пошатнулся, потому что не ожидал такого сильного точка, но тут же поднял девушку и закружил вокруг своей оси, покрепче прижимая к себе. Затем он поставил её на место, запечатывая радость крепким поцелуем. - Ты жива… Ты жива… - Повторял он, осматривая её лицо, шею, руки, а затем вновь обнял её, - Прости меня… Прости, пожалуйста, я буду более внимательным, я буду таким, каким ты хочешь меня видеть, прости… - горячо шептал он ей на ухо. Аврора, почувствовав такие родные объятия, расплакалась, на этот раз выплёскивая всё, что накопилось в ней. - Гарри… Мне было так страшно… - Сквозь всхлипы говорила она, а парень всё сильнее сжимал её в своих объятиях. - Спокойно, я рядом, - шептал он, чувствуя, как её маленькие пальчики сжимают майку под его расстёгнутым пальто. Он чувствовал, как она дрожала, то ли от истерики, то ли от холода, он хотел любить её, любить так, как никто не сможет, любить так, чтобы она больше не чувствовала этой боли, чтобы не видела этих проблем. Он сможет, сможет так любить её, потому что она будет точно так же любить его. Стайлс поднял её на руки и понёс к машине. Никто не остановил их и не преградил им путь, никто не имел на это права, только не сейчас. Мет проводил их печальным взглядом, а Люк, наоборот, снисходительным. Скотт, который хотел поговорить со своей дочерью, оставил эту затею на потом, увидев такое душещипательное воссоединение. Они оставили всех там, у проклятого дома, а сами сели в машину, на заднее сидение и уехали. Аврора уснула на руках Гарри, потому что тот ни в какую не хотел её отпускать. - Я нестерпимо люблю тебя, - тепло проговорил парень, целуя в щёку мирно спящую девушку. У них будет ещё много времени, чтобы разобраться в этом деле, будет время, чтобы поговорить со Скоттом и Люком, она сможет получить ответ от Дженсона, сможет выслушать объяснения своей матери, но не сейчас, позже.