Satiriazis.

На улице стало пасмурно, собирались тучи. Ветер был теплее, чем вчера, но все еще слишком холодный, чтобы не носить теплые вещи. Дорога была покрыта сплошь и рядом небольшими лужами потаявшего снега. Уроки в школе напротив закончились совсем недавно, а подростки стояли у желтого автобуса, который вез их домой, пока я собирался трахнуть их одноклассника. -Ты ведешь себя, как проститутка. Зачем? – спросил я, поглаживая его зад через ткань боксеров и чувствуя упирающийся в мое бедро член. -Я просто подумал, что если секс со мной никогда не будет ничего значить для тебя, то мы просто сделаем это, - он пожал плечами, медленно и неуверенно стягивая с меня футболку. -Глупый мальчишка, - прошептал я, кусая мочку его уха и вдыхая запах его волос. -Но ты разогрел мне суп и сделал тосты. А еще ты отвез меня в больницу. И выгнал того парня голым из своей постели, - он хохотнул, снова краснея. – и ты купал меня. И ты спас меня от машины и того чувака с железной палкой. И ты врезал Бер… - Когда он перечислял все мои поступки, которые он считал проявлениями чувств, я впился в него поцелуем, толкая к кровати. -Если хочешь, мы не будем заниматься сексом, - произнес я, двигаясь вместе с ним к подушкам. Этим предложением я будто поджигал миллион долларов разом, будучи абсолютным бедняком. Я не мог отказать себе в нем. Он был слишком хорош, чтобы не переспать с ним, чтобы не попробовать каждый миллиметр его сладкой кожи. Он был первым запретом, который я хотел нарушить больше всего на планете. -Я хочу, чтобы ты занимался со мной любовью, - он притянул меня к себе, и меня пробило током насквозь. Я чувствовал все. Я чувствовал его вкус на языке, его запах, его тепло и влажность тела. Мои губы наконец-то оставили пометку на его шее, и я не смог остановиться. Оставляя засосы и укусы дальше вниз по телу, я чувствовал, как парень извивался подо мной. Я видел его, именно его, Фрэнка, мать его, Айеро, который лежал у меня дома и смотрел на меня своими ореховыми глазами с прожилкой охры у зрачка. Все Тела, которые были до этого стали ничем, весь опыт вымылся из моего тела волнами чувств, накрывающими нас. Фрэнк хныкал, подаваясь бедрами вперед и нуждаясь в контакте, и я понимал это лишь отдаленной частью мозга. Я боялся начать это, потому что знал, как много мне потребуется. Когда у тебя зависимость от секса, а теперь я это признавал, тебе нужно больше и больше. Я знал, что либо Фрэнк не сможет ходить уже через неделю, либо я буду изменять ему, чего он только что попросил не делать. -Я не могу, - прошептал я, целуя нижнюю часть его живота, которая чуть вздрагивала в ответ на каждое мое прикосновение. -Почему? – мягко спросил он, жмурясь и сжимая простынь, чтобы перестать двигаться. Его боксеры были чуть влажными, и я видел, как сильно он хотел меня. Я видел, как он смотрел на меня. И я вспомнил Джессику, когда она впервые накрасила меня. Но Фрэнк не имел ничего общего с ней. Во взгляде Джессики читалось восхищение и покорность, в то время как во взгляде Фрэнка было желание обладать мной целиком и полностью, и так же отдавать себя мне. А я боялся сделать шаг вперед.