Никто не знает про нас

      На следующий день я в районе обеда уже стояла возле дома, в котором жил Пит во время его учебы. Я достала телефон и набрала его номер. Через пар гудков Пит ответил: - Привет. - Привет. Я внизу. - Заходи, дверь открыта. Я отключила телефон и зашла в его дом. Во всем доме царил творческий беспорядок, впрочем, как и всегда. Но это смотрелось по-своему уютно. Я зашла в гостиную и села на диван. Как раз в этот момент на лестнице раздались шаги, и вниз спустился Пит. Он был в черных брюках, черной майке, на ногах были черные кеды и только бандана, завязанная на шее, выбивалась своим ярко зеленым цветом. - Прикольный наряд, - не сдержалась от комментария. - Это костюм для выступления. Извини, что не предупредил заранее, но я очень хочу, чтобы ты была в зале, - Пит состроил несчастную мордашку, которая всегда вызывала у меня приступ смеха. - Конечно, я поддержу тебя. Когда начало? - Начало в семь, но мне нужно быть там намного раньше. Поскучаешь на месте? - Хорошо. Уже через пять минут мы ехали в Дворец культуры. Дело в том, что ради дополнительных баллов в университете, Пит участвует в самодеятельности. А точнее они с друзьями основали юмористическую группу и периодически соревнуются с соперниками из других учебных заведений. На мой взгляд, немного глупо, но Питу это нравится, и я стараюсь его поддерживать. Когда мы оказались на месте Пит тут же убежал за кулисы, а я отправилась искать свое место. Надеюсь, никто не выгонит меня из зала за то, что я пришла раньше времени. За те пару часов, что я просидела одна в зрительном зале, я успела сосчитать все, что окружало меня вокруг: на потолке было семьдесят две лампочки, Занавес крепился на ста девяносто шести крючках, а в зале ровно две тысячи пятьсот сидений. И вот постепенно начали собираться зрители. И буквально за десять минут не было ни одного свободного места. Вскоре погас свет и открылся занавес. Мне всегда нравилось наблюдать за Питом, когда он на сцене. Немного непривычное зрелище, но его глаза просто светились. Как и обычно этот этап соревнований вел неизменный Цезарь Фликерман и порой его шутки были намного смешнее тех, что выдавали участники. Когда выступления подходили к концу, и осталось только завершающий номер команды Пита, на сцену под бурные овации вышел ведущий. - Друзья мои. Осталось совсем немного, и мы узнаем, какая из команд станет лучшей в этом году. Но пока последняя команда готовится, я, с позволения наших судей, немного отвлекусь. Дело в том, что в этом зале присутствует девушка, для которой приготовили сюрприз. И, надеюсь не ошибусь, когда скажу, что эта девушка сидит на двенадцатом ряду, место тринадцать. Прошу Вас подняться на сцену. Я не сразу поняла, о чем он говорит, но когда заметила, что люди, которые сидят рядом со мной оборачиваются в мою сторону, то понимаю, что он назвал мое место. Все еще ничего не понимая, я встаю со своего места и, немного неуверенно, идут к сцене. Один из охранников подает мне руку, чтобы помочь подняться по лестнице. От шока я теряюсь и молча принимаю помощь. После этого подхожу к Цезарю. - Если не ошибаюсь, то Вас зовут Китнисс? - Да, - еле слышно произношу ответ. - И Вы пришли сюда, чтобы поддержать своего друга? Киваю, так как сил отвечать, просто нет. Для меня, которая всегда боялась большого скопления людей, выход на сцену перед такой толпой просто ужасен. - Так вот. Ваш друг приготовил Вам сюрприз, но я ничего рассказывать не стану. Сейчас Вы все сами увидите, - Цезарь отошел в сторону, и за его спиной я увидела Пита. Он стоял напротив меня, в белоснежном костюме, а в руках у него был огромный букет красных роз. Таким Пита я еще не видела. Он подошел ко не и, глядя мне в глаза, начал говорить: - Дорогая, Китнисс. Мы давно знакомы, я влюбился в тебя с первого взгляда. МЫ через многое прошли. Но сегодня я хотел бы спросить только об одном, - Пит заснул руку в карман и достал оттуда бархатную коробочку и открыл ее. В ней лежала просто очаровательное золотое колечко. Пит встал на одно колено и, протянув в мою сторону кольцо, спросил: - Ты выйдешь за меня? Я не могла пошевелиться. Все расплывалось перед глазами, и еле сдерживая слезы, я улыбнулась и просто кивнула. Весь зал зааплодировал, вскочив со своих мест. Пит встал с колена, взял мою руку и надел кольцо на безымянный палец. Потом вручил мне этот громадный букет и нежно поцеловал. Проводив меня до моего места в зале, Пит, шепнув, что скоро вернется, убежал за кулисы. Люди в зале с интересом поглядывали на меня, а я все еще была в шоке. Все было как во сне, а мне хотелось плакать. Что-то определенно не давало мне покоя, но что, я не могла понять. Еле высидев до конца и дождавшись вручения награды команде Пита, которая весьма уверенно победила остальных. Я при первой же возможности сорвалась с места и выбежала из зала, а следом и из здания. Я быстрым шагом шла к остановке, а в голове царила полная неразбериха. «Этого не может быть! Это игра! Это все просто шутка! Это ведь юмористический концерт. Это просто злая шутка. И очень, очень жестокая!» - прокручивая в голове все это, я и не заметила, как за мной кто-то бежал, и только когда меня назвали по имени, я поняла, что меня пытается догнать Пит. Мне не хотелось его видеть. И даже не обернувшись, я все так же шла дальше. - Китнисс, подожди. Куда же ты убежала? – Пит все-таки догнал меня и, схватив за руку, повернул к себе лицом. - Зачем? – только и смогла произнести я. Я смотрела в глаза Питу и не могла понять происходящего. - Ты о чем? – в его глазах царила смесь из удивления и непонимания. - Зачем ты так со мной? Что я тебе сделала плохого? Мои чувства к тебе не дают тебе право выставлять меня на посмешище? - к концу моего монолога я просто кричала, все еще сжимая в руках букет и раздирая пальцы в кровь шипами на стеблях. - Китнисс, ты чего? – Пит все еще не мог понять моего выпада. А я не могла сдерживать злость. Но когда я попыталась вновь высказать ему всю ту боль, что он мне причинил, из моих глаз хлынули слезы, которые я уже не могла сдерживать. - Зачем…ты…так… - единственное, что смогла выдавить я сквозь всхлипы. Пит резко забрал у меня из рук букет, швырнул его в сторону и притянув меня за руку крепко обнял. - Глупая ты моя. Я же не шутил. Это все было взаправду, - Пит одной рукой крепко прижимал меня к себе, а второй гладил по волосам. – Я же люблю тебя, глупенькая ты моя. Я стояла, уткнувшись лбом ему в плечо, и не могла остановить слез. Только рядом с Питом я снова чувствовала себя маленькой девочкой, которую надо защищать. Хоть Пит и младше меня, но только его объятья стирали эту разницу в возрасте и меняли ее на противоположную. Он становился сильным и заботливым мужчиной, а я хрупкой и беззащитной девушкой, которой я уже давно не была в силу обстоятельств. Мы долго стояли, обнявшись, я продолжала плакать, без возможности успокоится, а Пит все так же крепко обнимал меня и согревал своим теплом. Через какое-то время он молча повел меня в сторону такси, и быстро усадив внутрь, назвал адрес своего дома.