Шутки со временем

Этот человек определённо нашёл свое призвание, а я уже не впервые задалась вопросом: если обстоятельства вынуждают тебя играть роль, противную твоей природе, правомерно ли считать это человеческой трагедией? Шарлотта Роган «Шлюпка»

— Беллатрикс? — Тихо ты! Не хватало мне ещё, чтобы кто-то узнал, что я была здесь у тебя, да ещё и ночью! — возмущённо зашипела Блэк. Глаза её взволнованно блестели, а чёрные кудри рассыпались по худому бледному лицу. — Зачем ты здесь? Честно говоря, мне хватило на сегодня встреч со слизеринцами, — недовольно пробормотала Гермиона, пытаясь вглядеться в лицо Беллы. Постепенно Грейнджер стала привыкать к темноте. — Просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь. И ещё раз хочу поблагодарить тебя за помощь. Знаешь, Блэки никогда не остаются в долгу. Можешь просить у меня, что хочешь, конечно, если это будет в пределах моих возможностей. — Ты слишком щедра, — в голосе гриффиндорки отчетливо слышалось недоверие, отчего Белла заерзала на стуле. — Да, на самом деле, я хотела бы попросить тебя об одной услуге, которая мне понадобится через некоторое время. Я не могу тебе сейчас об этом сказать, но если ты согласишься… — прервав саму себя, Беллатрикс с надеждой посмотрела в глаза Гермионе. — Конечно, я отправлю тебе сову, когда тщательно обдумаю, — решительно сказала девушка, хотя слабость во всём теле и многочисленные перевязки отвлекали её, заставляя думать о произошедшем на уроке. — Извини, но мне кажется, что тебе лучше уйти. Я чувствую, что сейчас усну. — Да, само собой. Спокойных снов, — встав, Блэк направилась к двери, но у самого выхода обернулась и прошептала: — Спасибо. Но лишь мысль о том, что она подумает об этом завтра, промелькнула в голове Гермионы, как Морфей забрал её в свои объятия. На утро Грейнджер проснулась полностью разбитой, а длительный сон лишь ухудшал положение. Во рту было сухо, но попытка кого-нибудь позвать полностью провалилась, так как голос не слушался, поэтому оставалось только ждать, когда кто-нибудь её обнаружит. Мысли сразу же закружились вокруг вчерашнего происшествия. Что подтолкнуло её на защиту Поттера, гриффиндорка категорически не понимала. Но то, что из-за этого Мародёры станут ещё больше ненавидеть Северуса Снейпа было ясно, а вот что с этим делать — нет. Гермиона не была уверена, что разговоры помогут вразумить кого-то из этой четвёрки, по крайней мере безбашенную пару в лице Поттера и Блэка, ведь изначально заклинание предназначалось Джеймсу. Внезапно дверь из комнаты колдомедика открылась, что заставило пациентку резко сесть, отчего в глазах резко потемнело и Гермиона со стоном опустилась обратно на подушки, и оттуда вышла мадам Помфри. Медиковедьма сразу же приняла строгий вид и и начала расспрашивать Гермиону: — Как ваше самочувствие, мисс? Мадам Спраут вовремя обратилась ко мне, иначе последствия могли оказаться куда хуже, — с неодобрением покачала головой мадам Помфри. — Не удивлюсь, если за этим проступком не последует наказание… — уже более тихо и сердито пробормотала колдунья, подавая стакан воды гриффиндорке. — Спасибо, — вода приятно увлажнила горло, и теперь Гермиона могла разговаривать почти без препятствий. — У меня пульсирует в голове и странная боль по всему телу. — Глубокие порезы исполосовали всю кожу, ума не приложу, что это за заклятье такое. — Возможно, он придумал это заклинание сам? — неуверенно произнесла Гермиона. — Быть может, стоит спросить об этом Северуса? — Да, вы правы, мисс. Больше, чем он, не знает, пожалуй, никто, — сказала мадам Помфри, раскладывая на тумбочке девушки склянки с лекарствами и протягивая два флакона Гермионе. — я не уверена в силе заклинания, но раны могут залечиваться или очень быстро, или медленно. Сейчас вам нужно выпить Кроветворное и Обезболивающее зелья, а после сможете отдохнуть. — Да, конечно, — когда Грейнджер выпила все зелья, медиковедьма взмахом волшебной палочки сменила все перевязки. — Теперь я вынуждена покинуть вас. После того, как мадам Помфри оставила её, Гермиона закрыла глаза и принялась размышлять. Сначала она подумала о своей ночной посетительнице и загадочной просьбе. Гриффиндорка решила, что стоит узнать подробнее о том, что ей предстоит в случае её соглашения, и каковы могут быть последствия. Потом она задумалась о Кристиане. слизеринец вызвал немалый интерес, и Гермионе оставалось надеяться, что он её навестит и расскажет всё. Ей было жаль, что встреча так и не состоялась. Всё же события прошедшего дня не радовали Грейнджер, так же это могло означать продолжение её пребывания в этом времени. Иногда Гермионе казалось, что вернись она к себе домой, ей будет чего-то не хватать, хотя и пробыла она здесь всего ничего. И вновь дверь неожиданно открылась, но теперь уже главная. Только взглянув на вошедшего, Гермиона обречённо пробормотала: — Слизеринцы. — Привет. — Ну, привет, — хмуро посмотрев на гостя, Грейнджер произнесла: — Не следует тебе швыряться опасными заклинание на уроке, к тому же в тесном помещении, Снейп. — Я пришёл извиниться, что бы ты там ни думала о таких как я, — взгляд исподлобья говорил о том, что парню пришлось хорошо всё обдумать, чтобы прийти сюда, и наступить на всю имеющуюся гордость. — Единственное, чего я не понимаю, так это зачем ты кинулась защищать этого мудака? — Я знала… знала о заклинании, — внезапно Гермионе захотелось всё рассказать, всё, что накопилось в её душе, но она вовремя опомнилась, ведь перед ней был человек, с которым они и в другом времени особо не ладили. — Откуда? — в замешательстве спросил Снейп. — Это я автор, никто не может знать! — Эм, ну, первые буквы звучали очень угрожающе, — попытка увертеться не вызвала ничего, кроме подозрения со стороны слизеринца, поэтому гриффиндорка задержала дыхание и настороженно посмотрела на Северуса. — Ладно, тогда я пойду. Ты же понимаешь, что подумают, если… В общем, ещё раз извини, — стоявший возле её кровати Снейп развернулся и быстрой походкой направился к выходу. А Гермионе оставалось лишь смотреть на его спину и думать о том, что она влипла. Окончательно.