Как будто вчера твоё лицо узрела я. Сказал ты мне, как горд был, а я ушла. Знай бы я тогда, что знаю я сейчас. Прости меня! За всё прости! Прости за то, что я смогла уйти! Но раня тебя, страдала я...
– Тихо, тихо. Не дёргай резко! Вот, вот так... Мы сидим на коленях, Локи держит мои руки. В зеленоватой дымке в полуметре над полом летают ваза, серебряный кубок и несколько вилок. Даже не верю, что у меня это получается. В остальных камерах свет потух, а здесь ещё что-то видно благодаря нескольким светильникам, которые, в принципе, мало что освещают. Скорее, стену и пол рядом с собой. – А как это остановить? – спрашиваю я. – Тебе просто надо захотеть этого, – тихо шепчет Локи. И в эту же секунду вся утварь падает на пол. Хорошо, что всё это сделано из металла и не разобьётся. Но громкий стук даже меня заставил вздрогнуть. – Ничего страшного, – всё так же тихо произносит Локи. – А теперь опять подними их. Взмах рук, и все предметы вновь взлетают. От этой дымки тянет холодом, она сама по себе холодная. У меня уже руки мёрзнут, но потерпеть можно. В камере тоже холодает. Как здесь вообще можно находиться длительное время? Или Один специально ждёт, когда все узники подхватят болезнь и умрут. Но папе ничего не угрожает. Ещё с мифологии знаю, что он – сын ледяного великана – ётуна Лафея. Он вряд ли замёрзнет. – Тебе просто надо перестать бояться. Страх, храбрость или другое сильное чувство заставляет магию внутри тебя защищать свою хозяйку. И это может выйти из-под контроля. – А если я кого-то покалечу? – Брось. Тебе что, жалко ту смертную? Или этих идиотов – детишек друзей Одина? – Откуда ты знаешь? – Слежу за тобой. Постоянно. Пока я в камере, мою магию ограничивают, но не так уж и хорошо. – А помочь ты мне не мог? – Ты сама справилась замечательно, – мне кажется, он усмехается. – Или я не прав? – Не прав. Я могла кого-нибудь убить! – Возможно. Но не убила же. Локи действительно всё равно, что я делаю. Ему наплевать на остальных, ему важен лишь он. Ну, и я теперь, наверное. Но в любом случае я обязана научиться контролировать свою магию. Без неё я не смогу дать отпор никому.***
Локи сказал мне идти спать и прийти к нему завтра вечером. Да у меня уже и самой глаза закрываются. – Эй, ты! – слышу крик позади себя. Обернувшись, вижу идущих ко мне двух девчонок. На вид они чуть-чуть старше меня, но несколько сотен лет им точно есть. Что им вообще надо? – Если ты думаешь, что можешь безнаказанно обижать наших друзей, то ошибаешься! – визжит одна. А, ну понятно. Марк, видать, окончательно струсил, что уже сам со мной поговорить не может. Ну, думаю, после того, как он бороздил пять метров по полу, ему навряд ли захочется со мной видеться. – Слушай сюда, – другая хватает меня за плечо. – Если ещё раз так... – Что ты мне сделаешь? – я убираю её руку со своего плеча. – Ударишь? Она не отвечает. И тут я вижу перед собой прозрачный силуэт отца, а в голове сразу звучит: – Уйди. Я отмахиваюсь, и призрак сразу исчезает. – Что я сделаю? О, поверь мне, мало тебе не покажется. Напугала. И кажется, я знаю, что делать. Пока они сверлят меня взглядом, я осторожно шевелю пальцами. Большая ваза позади них взлетает и в ту же минуту выплёскивает на них несколько литров воды. Они орут, а я разворачиваюсь. Но только хочу уйти, как одна из них хватает меня за левую руку повыше локтя. Спасибо, что хоть не за татуировку ещё раз. – Слушай сюда, тварь ты… Я резко разворачиваюсь и хочу её ударить, но из руки вылетает яркий луч. Ударившись об пол, из него начинают вылезать ледяные шипы. Теперь меня от них отделяют острые глыбы льда. Я разворачиваюсь и быстро ухожу. Не надо, Клэр, дальше будет только хуже.***
Тяжело дыша, я ложусь в кровать, натягивая одеяло на голову. Страшно, хочется плакать. «Почему ты меня не послушала?» Голос отца в голове проносится быстро. Стоит просто подумать. Но я не хочу. «Я знаю, ты меня слышишь.» Не отвечу. «Хорошо. Завтра разберёмся. Будь осторожна.» Хорошо, пап. Хорошо.