сборник

Чувствовать, как дождевые капли стекают по телу, и думать о том, что душевная боль уходит вместе с ним. Понимать, что плачешь, но никто не видит слез, будучи уверенным, что это все дождь. Стоять и мерзнуть, ждать, что подойдет любимый и набросит на плечи свой пиджак. Но ничего не происходит, она по-прежнему одна. Неужели это конец? Эзра смог сделать так, что она полюбила себя. Он открыл ей мир, заставил увидеть свою внутреннюю красоту. Когда -Э был беспощадней обычного, он был рядом, помогал тем, что нежно нашептывал на ухо свои теплые фразы. И она была уверена, что он никогда ее не оставит. Так почему же все не так, как хотелось? Ее проблемы доконали его, он смог мириться с присутствием в ее жизни -Э. Ему нужны были отношения, в которые не лез бы докучливый аноним, готовый разрушить все в любой миг. Ему надоело ждать, когда же наконец -Э сделает последний ход, и долгие ожидания превратили его в параноика. Эзра научил Арию летать, поддерживая ее, чтобы она не сорвалась вниз. И они были счастливы в своем выдуманном мирке. Вот только он, не научив ее держаться самостоятельно, отпустил, и она с криком упала, разбиваясь на мелкие кусочки. Из ее души сделали пепельницу, все дерьмо находилось в ней. И никто не соизволил убрать, а грязь успела накопиться. Уже было поздно менять что-нибудь, Ария рассыпалась окончательно, издав последний звук, и это было имя Эзры. Пытаясь согреться в холодных объятиях ночи, она смотрела их совместные фотографии, читала книгу, подаренную им. Она ходила в его майке, не желая стирать любимого из памяти. Эзра был самой большой ее ошибкой, которую она бы повторила вновь. Воспоминания цветными повторами появлялись вновь, она не могла дышать без его позволения. Приходит время, и она снова кричит без звука и плачет без слез. Ее душа опустошена, ей необходимо наполнение, которого девушка все никак не дождется. Даже -Э оставил ее в покое, не желая убивать Арию. С ней еще можно поиграть, когда она окрепнет. Ее идеалы канули в лету. Ее жизнь внезапно потухла. Будто на автомате она выполняла поручения матери и общалась с друзьями. Она не могла здраво мыслить. Она просто умирала самой страшной смертью.