Я не умею прощаться

Солнце уже клонилось к закату, и поезд, стоявший в ожидании вот уже тридцать минут, наконец, тронулся. На открытой платформе собрались родственники и друзья, провожая уходящий поезд, в одном из купе сидел мальчишка, замерев с простым карандашом в руках. Клавиатура его потрепанного ноута очень скрипела от прикосновений пальцев, чем раздражала соседей, но если делать это карандашом, то ужасный звук пропадал, он так и провел эти полчаса, то набирая сообщения, то смотря в окно. Парень радовался и был огорчен одновременно, так как он уехал очень далеко от Бейкон Хиллс, и его провожала, чуть ли не половина города, ведь он сын шерифа, но один человек, которого он ждал больше всего, так и не пришел. Питер Хейл, который несколько месяцев назад признался в своих чувствах к Стайлзу, даже не написал sms, чтобы попрощаться. Поезд свернул на соседний путь, проезжая мимо частных домов, втиснувшихся между искусственно созданным лесом. Значит, скоро он будет на месте. Небольшой австрийский городок, куда ехал Стайлз был почти как Бейкон Хиллс, но лишь с одним исключением - никаких оборотней. Судя по каталогу и долгим разговорам по телефону, здесь проживали в основном деятели искусства, уставшие от городской суеты, а также, туристы, решившие ненадолго поселиться в этой стране. Сначала самолет, потом поезд, а теперь Стайлз уже вышел из автобуса и остановился напротив небольшого коттеджа, который снял у пожилой австрийки. Она любезно улыбалась, дала ему ключи и на беглом английском с поистине ужасным акцентом рассказала о положении дел. Сама она жила через два дома от этого коттеджа, напротив жил американец, который имея совершенно удивительный сад, полный экзотических цветов, совсем за ним не ухаживал, рядом жила семья из Италии, которая не говорила ни на немецком, ни на английском и так постепенно Стайлз узнал о всех жителях, с которыми так или иначе была знакома хозяйка. Пусть итальянцы и не знали английского, но то, что Стайлза приглашают на партию в теннис, он понял. Пару раз мяч залетал в сад соседа и милые на вид итальянцы напрочь отказывались за ним идти, поясняя жестами, что тот малость не в себе. И когда мяч упал в заброшенный сад третий раз, за ним опять пошел Стайлз. На пятый день лазания в соседний сад, парень почти полностью изучил его, но сейчас никак не мог найти этот проклятый мяч. Он довольно долго бродил среди заросших цветов и поваленных деревьев, пока не решил поискать около самого дома. Он не прошел и полметра, как кто-то кинул в него этот самый мяч. В дверях стоял хозяин особняка: -Всегда любил наблюдать за тобой издалека, - сказал знакомый насмешливый голос. - Неужели не скучал по мне, Стайлз? - старший Хейл довольно прищурился. -Думал, что больше не увижу тебя, волк, - Стайлз шел прямо по дороге, ведущей к дому - Почему ты не пришел проводить меня? - говорил он, обнимая вервольфа. - Я не умею прощаться, - ответил Хейл, приглашая войти.