All I wanted was you

All I wanted was you - Paramore

      Томас долго боялся раскрывать эту записку. Он не знал, чего хочет от него Ньют. Он не знал и боялся узнать. Вдруг, там что-то, что полностью перевернет его жизнь? Вдруг там что-то такое, что он больше не сможет нормально спать. Вдруг там что-то ужасное? Но, возможно, там ничего такого нет. Возможно, все намного лучше, чем кажется. Томас колебался. Он медленно достал записку. Провел по ней сухими, как песок, пальцами. Бумага была испачкана и помята. Она явно хранила в себе что-то такое, о чем не стоило знать. Томас глубоко вздохнул. Сейчас или никогда. «Подумай обо мне, Когда ты где-то, когда ты где-то там. Я буду умолять тебя, стоя на коленях, Когда мир с тобой слишком справедлив, Жаль, что я — это сон» - значилось в первых строчках. Ньют написал ему стихи. Томас не мог в это поверить. Что он хотел этим сказать? Почему не обычные слова? Что за чертовщина? «Всё, что мне было нужно — это ты» - у Томаса защемило сердце. Душа ушла в пятки, дрожь в руках возросла. Еще немного, и он упадет в обморок. Но, тем не менее, Том должен был дочитать все до конца. Он обещал. «Пройдусь по комнате пару раз И засну на диване, И проснусь рано от черно-белых воспоминаний, Что срываются с моих губ» - Томас побледнел. На лбу появилась испарина. Теперь он не сомневался, что счастливого конца не будет. «Я бы последовал за тобой, Чтобы прожить заново начало, Может, тогда бы мы научились ценить Наши любимые мгновенья» - стало трудно читать. Дыхание участилось, кислорода не было достаточно. Глаза затуманила пелена слез. Ком в горле разрывал юношу изнутри. Сердце по-прежнему болело. Болело так, будто в него вонзили пару тысяч иголок, пропитанных ядом. «Всё, что мне было нужно — это ты» - Томас плакал. Плакал, совершенно не стесняясь своих чувств. Он прикоснулся к своим губам, желая почувствовать на них губы Ньюта. Он рыдал и всхлипывал, словно маленький мальчик. В тот момент он был больше всего уязвим. В тот момент, он хотел сброситься с крыши или что-то вроде того, главное – не чувствовать эту боль, этот камень, что тянет его ко дну. Он боялся признаться себе, что любит Ньюта больше жизни. Он боялся сказать об этом, пока тот был жив. Он трус, он всего лишь жалкий трус. Так зачем ему жить, если все вокруг бессмысленно? Зачем жить, если нельзя было вернуть время вспять и забрать пистолет у Бренды? Зачем жить, если твоя единственная любовь исчезла? Зачем? Томас не мог успокоиться час. Он сел на полу и безудержно плакал, в отчаянии понимая, что Ньют больше никогда не вернется, как бы он этого ни хотел.