Эксперимент как наказание

      В коридоре раздаются шаги. Крадущаяся девушка замирает, прислонившись к стене у поворота. Пока она скрыта от посторонних глаз, но надолго ли? Шаги продолжают приближаться. Вот-вот и уже…. Но идущий не выворачивает из-за угла, что было ожидаемо, а проходит в открывшуюся дверь. Удача пока на стороне затаившейся и прижавшейся вплотную к стене девушки. Осторожно выглянув из своего укрытия, замечает, что пока чисто. Никого. Надолго ли? Неизвестно. Медлить нельзя, но и сильно торопиться тоже – мало ли на кого или что наткнёшься в спешке.        Пройдя до конца коридора, Джилл осторожно приоткрывает дверь, выглядывает. В полутёмном помещении вроде нет посторонних. Заходит, тихо притворив дверь за собой. Вдох-выдох, снова глубокий вдох и выдох. Начало побега проходит вроде бы гладко, однако волнуешься и за это короткое время. Вновь слышен за дверью, сзади, шум – это местный сотрудник. Возвращается, судя по равномерным шагам, обратно, то есть сюда, в эту комнату.       Паника немедленно проникает в мысли. Куда? Как? Взгляд быстро окидывает комнату, хаотично ища выход. У дальней стены составлены ящики. Насколько возможно бесшумно, беглянка приближается к ним и, - о, удача! – за ними можно спрятаться. Медленно, боком, протискивается, скрываясь от скорого постороннего взора, пригнувшись, оказывается во временном укрытии. Между стеной и ящиками на удивление чисто, да вот это мало сейчас волнует. Спрятаться и не выдать себя ничем – вот что упорно не покидает мыслей. Дверь хлопает, пропуская рабочего. Несмотря на стоявший в висках гул от участившегося сердцебиения, Джилл отчётливо слышит шаркающие шаги, шумное дыхание, какое-то монотонное бормотание. Вновь хлопок двери, но уже с другой стороны: человек ушёл.       Переждав некоторое время, девушка выходит из укрытия и подходит к другой двери. Прислушивается. Кроме собственного сердцебиения, отдающего в виски, ни звука лишнего. «Надо успокоиться!». Утихомирив своё сердце и учащённое от кратковременной паники дыхание, решает двигаться дальше. Вновь действует по старой схеме, и крадётся уже в следующем коридоре, тоже с боковыми дверьми, но уже в прямом, в который недавно вышел служащий. Как назло, слышит вновь шаркающие шаги. «Да, чёрт бы тебя побрал, будь ты неладен!», - в сердцах подумала беглянка, быстро оценивая ситуацию. Пути назад нет – слишком близко шаги, только вперёд. Или же в сторону. Быстро дойдя до ближайшей двери, не забывая про осторожность, выходит из злосчастного коридора. В новом помещении царит полумрак.       Глаза различают составленные в ряд ящики, какой-то грузовик, ещё несколько грузовых машин и людей. Девушка замирает, но, на благо, никто её не заметил. Возможно, они её и не услышали даже. «За грузовик!» - мелькает мысль в мозгу в то время, пока тело уже выполняет эту команду. Так не будет видно Джилл для нежданных наблюдателей. Выглянув, оценивает ситуацию. Шесть охранников, все вооружены. И никак не пройти мимо! Как они её ещё не поймали? Но пути назад нет, да и далеко идти, чтобы вернуться обратно, в свою комнату.       Однако выход находится почти сразу: незаметная поначалу дверь, но под неустанным взором одного из охранников. Глубоко вздохнув, Валентайн сжала кулаки, проверяя свою силу. С момента пленения она стала сильнее, но хватит ли её сейчас? Разумеется. Подкравшись сзади, быстро хватает мужчину за горло одной рукой, ладонью второй зажимает рот, чтобы ни звука лишнего не проронил. Быстрые движения, в процессе которых находится ямочка между ключицами, резкое и глубокое нажатие, противник ослабевает и начинает падать. Взметнувшиеся было руки уже медленно опадают, а хладнокровная в данный момент пленница с силой вновь сжимает горло, уже на сонной артерии – на всякий случай. Окончательно добитый противник мёртвой тушей оседает на пол. Джилл тихо подкрадывается к двери и, - «если она закрыта, то это конец!», - дёргает за ручку… щёлчок!       «Чтоб тебя…!!!», - паника накрывает волной сознание. Дверь, однако, оказалась открыта. За ту долю секунды, чтобы протиснуться в проход, беглянка успевает оглянуться. Видит, как охранники поднимают пистолеты и…. Пули ударяются в металл. А Джилл уже бежит по новому коридору, не особо соображая, куда. Забегает в другие, на деле петляя. Главное – скрыться. Но её обнаружили, а это сильно осложняет дело. Заворачивая за угол, сталкивается с сотрудником организации. Тот от столкновения падает, роняя планшет с каким-то кейсом. Но Джилл это мало волнует. Она хватает столкнувшегося за ворот, одним рывком поднимая и крепко держа.       - Где выход?! – зло шепчет ему, потому что сказать это громко – ей кажется, привлечёт внимание преследователей.       - Что? – «от этого куска мяса толку мало».       - Выход?! – повторяет шёпотом, желая в данный момент свернуть шею непонятливому пареньку.       - Вам…вам нельзя! – взвизгивает, после чего бывшая сотрудница «АПБТ» точно выверенными движениями устраивает ему «собачий сон», пережав сонную артерию.       Зло отталкивает бесполезного от себя и бежит мимо. Невзирая на тщательно изученные планы эвакуации, висевшие на стенах, она всё-таки заплутала в нескончаемых коридорах, ибо те были похожи как две капли воды. «Не надо было паниковать и бежать сломя голову…» - упрекнув саму себя за безрассудные действия, Джилл с лёгкого, почти бесшумного, бега перешла на шаг. Как на зло, больше таких полезных табличек нигде не наблюдалось. Оказавшись в одном из помещений, видит вентиляционную шахту. Банально, но выхода нет: позади стал слышен топот ног, а другая дверь так некстати оказалась заперта.       Ударом ноги преследуемая врагами сшибает решётку, но открывшаяся с грохотом сзади дверь возвещает о гостях. А гостям следует по правилу этикета уделить внимание. Следующий удар попадает в цель – не в решётку, а в грудь подбежавшему. Охнув, тот отшатывается назад, но загнанная в угол беглянка отчаянно продолжает нападение. Вторая атака вырубает неудачливого навсегда, слышен хруст шейных позвонков. Быстро переместившись за спину второго посредством прыжка, резко дёргает за подбородок в сторону и к себе – мёртв. Несмотря на наличие оружия, остальную группу преследователей ждала та же участь, ведь обе стороны не желали просто так сдаваться.       Оглянувшись, Джилл видит пустоту коридора через распахнутую дверь. Ни сотрудников-учёных, ни охраны. Вновь переводит взгляд на трупы и глубоко выдыхает – не ожидала такого от себя. И свершилось всё быстро. Было ли это обычным состоянием для боя или же нет, но ловкостью и силой она значительно превосходила саму себя, бывшую полтора года назад. Чем её напичкал Вескер? Неизвестно. Однако возросшая скорость и сила говорили сами за себя, что, наиболее вероятнее, каким-нибудь вирусом. Или ещё какими-либо препаратами.       «Поэкспериментировать на мне решил, да?», - гневно решила тогда в первый день своего пребывания здесь. Точнее, в первый день после того самого падения из окна особняка и последующей реабилитации, когда осознала, полностью оправившись ото всего, что с ней произошли изменения. Не стоит упоминать последующее «лечение» и ещё всякие «процедуры», выполняемые над нею почти ежедневно.       Тряхнув головой, Джилл отгоняет от себя невовремя явившиеся воспоминания. Не время для этого. Подходит ко второй двери и метким ударом ноги вышибает дверь, отчего та с силой стукается о стену и ручка отлетает в сторону. Там, в коридоре, никого, но пусть другие преследователи думают, что ушла она сюда. Возвращается к снесённой решётке и проникает в вентиляционный ход. Прислоняет решётку обратно, дабы было незаметно. Хотя кого она обманывает? Ну, а вдруг, да вновь свезёт? Передвигаться по ходу было более-менее удобно: ширина и высота позволяли ползти на четвереньках, при желании, наверное, можно было бы развернуться назад, но так экспериментировать беглянка не желала. Обойдя несколько помещений поверху, надеясь, что обманет погоню, выходит в одной из комнат. В прилегающем коридоре открыта двойная дверь, за которой, виден свет. Бесшумно подбежав, прислонившись к косяку двери, Валентайн осторожно выглядывает наружу. Данное помещение, к её огорчению, оказалось лабораторией. Мысленно выругавшись насчёт сбитого курса побега, медленно поворачивается назад, но, - ей уже, наверное, так кажется, - вновь слышит отдалённые шаги. Или ей уже мерещится? В любом случае, рисковать нельзя. Путь назад отрезан.       Глубоко вздохнув, вновь выглядывает из-за укрытия – людей в этом помещении лаборатории пока нет. Продвигаясь дальше, женщина окидывает любопытным взором столики. Кроме всяких склянок, в коих находятся разнообразные жидкости, ничего интересного она пока не видит. В следующем помещении было так же тихо и скучновато. Монотонные переходы по коридорам, постоянный бег всё же утомили Джилл, а надежда сбежать из этого проклятого места угасала с каждой минутой.       «Раз не побег, то хоть раздобыть информацию попробовать. Чем там занимается этот ублюдок? Сейчас узнаем», - безрадостные мысли были развеяны этой стоящей идеей. И, войдя в другую лабораторию, неудавшаяся беглянка наткнулась, в прямом смысле этого слова, на находку. Папка, бывшая в красном оформлении, одиноко лежала на рабочем столе, на самом видном месте. Да так и манила к себе. Название гордо гласило: «Проект «Уроборос»». Из двух слов её заинтересовало больше «Уроборос». «Мифологический змей?», - из знаний в области мифологии о данном змее Джилл вспомнила только об олицетворении «созидания и разрушения».       «Если знать Вескера, то смысл скорее просто «разрушение». Не нравится мне это…», - краткое описание проекта, разнообразные характеристики, ход исследований лишь подкрепили мысли. Говорилось там и о подопытных людях, самом вирусе, разновидностях созданного «существа», подробных описаниях. Всё это привело к пессимистичному выводу – коль такое биоорганическое оружие вырвется на свободу, то несдобровать людям.       Оглянувшись, внимательно прислушавшись, с большим подозрением девушка отмечает про себя, что в лаборатории тихо. Даже очень тихо. Ни шагов, ни отдалённых голосов. Вымерли, что ли? Было чувство, что кто-то специально всё это придумал и сейчас следит за ней из-за угла и тихо смеётся. Нарочито громко бросив папку на стол, девушка напрягает слух и зрение. Обводит внимательным взором лабораторное помещение, оглянулась. Ничего. «Может, у них выходной?» - эта мысль была тут же отметена другой, - « У Вескера, наверняка, большие планы, и давать отдых всем сотрудникам в лаборатории сразу?» Смутная догадка, что это из-за её побега, тоже не обрадовала Валентайн. «Что это за западня?»       Пройдя через очередной коридор, видит в новой лаборатории большие сосуды, располагающиеся в ряд, бывшие высотой от пола до потолка. «А это тоже уже что-то». Одного взгляда на первый «экспонат» хватает, чтобы слабо передёрнуться от омерзения: за стеклом в спиртовой жидкости застыл чёрный комок, состоящий из чего-то, напоминающего по своей форме червя. Большого, чёрного и склизкого. Но рядомстоящая колба тоже не прибавила приятных ощущений. За стеклом точно так же был заспиртован человек, оплетённый этими червями, на коих в некоторых местах были покрасневшие узлы, словно верёвками, проникающими под кожу. В других сосудах видна была почти одинаковая картина: чёрный клубок червей-щупалец оплетал несчастного, проникал внутрь подопытных или же просто был отдельным фрагментом, увеличенный или же удлинённый до разных размеров. Надписи на сосудах с образцами гласили, какой это номер, разновидность подопытного, стадия, другие физические данные. И везде «Уроборос».       В стене же было огромное стекло, за которым можно было видеть сам образец в его непосредственной жизнедеятельности. Нечто чёрное копошилось, образуя знакомый клубок, непрерывно ползая по полу клетки. Повнимательнее разглядев, девушка замечает, что, несмотря на отдельные части червей, комок в своём движении не распадается. А чёрные фрагменты словно имеют коллективный разум, действуя сообща, как единое целое.       - Вижу, ты заинтересована, - этот, казалось бы, лишённый ранее эмоций голос заставил наблюдательницу вздрогнуть и резко обернуться. Никто иной, как Альберт Вескер был с ней в этой комнате. Невозможно было понять, смотрит ли он на беглянку или же на то, что было за стеклом. Он подошёл ближе, а за очками не было видно глаз, но Джилл знала, что сейчас эти змеиные глаза либо с довольством взирали на чёрный копошащийся Уроборос за стеклом, либо с некой усталостью и разочарованием на неё саму. Почёму? Порой учёный был просто недоволен своей подопечной, а она своим поведением давала немалые основания для этого.       - И как давно ты узнал? – имея ввиду неудачный побег, женщина в мыслях предсказывала ответ новоявленного собеседника. Собеседника, который словами мог ранить намного сильнее, нежели если бы бил в полную силу. Уголки губ мужчины приподнялись в лёгкой ухмылке:       - Кажется, я уже научился чувствовать, когда ты собираешься притворить свои планы в жизнь. Вы довольно предсказуемы, Джилл Валентайн.       -Да? – единственное, что нашла в ответ, - И ты следил за мной. Давно?       - Если пришёл бы раньше хоть на минуту, то поймал бы в дверях твоей комнаты, - начал краткое повествование, - Найти было нетрудно. По крайней мере, для меня. Должен сказать, что выдали тебя шаги, - казалось, теперь мужчина был явно недоволен. – В дополнении, следить за тобой не так уж и сложно. Вентиляция? Любой мой сотрудник без труда проследовал бы по всем комнатам, где есть решётки вентиляционной шахты, что, собственно, я и сделал.       - Всё понятно, - внутренне поникнув, Джилл прервала повествовательную речь своего врага, вновь повернувшись к нему. Её выдали шаги. Как же! Для этого нечеловека с острым слухом всё намного легче, чем ей, несмотря на новообретённые силы. За тёмными стёклами очков теперь слабо видны глаза, но их выражение никак не понравились ей – мол, просто так не отделаешься. А последующая фраза предзнаменовала малоприятное событие.       - Но раз ты в моей лаборатории, то позволь поближе познакомить. Это, - тут собеседник, охотно возвещая, указал рукой на копошащийся комок за стеклом, при этом приобняв подопечную за плечи другой рукой, - как ты уже поняла, Уроборос. Точнее, первичный результат от самого вируса. Только посмотри, - Вескер явно гордился созданным вирусом, и был доволен возможностью продемонстрировать сиё творение бывшей и, спустя время, уже и нынешней подчинённой, - как он поглощает органику. Да, кстати, я подготовил для тебя ещё несколько… сюрпризов, несчитая этого маленького представления.       Тут в клетку поместили целый выводок жирных лабораторных крыс через открывшуюся сбоку дверцу - в соседней комнате явно были исследователи. Сидели всё это время тихо, или же просто пришли по приказу безумного учёного. Спокойный до этого комок червей встрепенулся, на миг замер и быстро охватил жертв своими щупальцами-червями, удлинившимися в это короткое время. Поймав несчастных животных, комок набросился на них, втягивая несчастных крыс в себя. Пол клетки оросился каплями крови, но через минуту и их не было – всё впитал в себя прожорливый Уроборос. Закусив, комок преобразился. Теперь это был уже ком хитросплетённых между собой толстых как верёвки червей, непрерывно извивающихся, хищно рыскающих по уже малой клетки в поисках новой пищи.       -Для хорошего роста надо много есть, - прокомментировал мужчина, произнеся данную фразу с неким злорадством, словно уже предвкушая, как данные экземпляры вируса будут поглощать людей.       От увиденного к горлу подступила лёгкая тошнота, и Джилл отвернулась, дабы унять свой организм. Почувствовала, как ладонь мужчины ободряюще похлопала её по плечу.       - Зрелище неприятное для многих, соглашусь, но что касается эффективности…, - тут учёный словно призадумался. Девушка вновь повернулась, но уже не к стеклу, а к собеседнику. В её глазах понемногу зажигался огонёк ненависти. Этого и дожидался мужчина. Удовлетворённо хмыкнув, он продолжил свою ставшую пламенной речь:       - Что касается эффективности, то питаться он может не только падалью, как мог на ранней стадии разработок, а уже живыми организмами, не исключая людей, конечно. Не злись так, Джилл, со временем ты поймёшь всю красоту процесса создания идеальных организмов…       - Ты так наивен? Идеальные организмы?! Чем они, по-твоему, идеальны?! – злость закипала в девушке.       - Наивен? Конечно, сейчас они не идеальны, а вот стоит доработать и...       - Ничего из этого не выйдет! – вновь прервала пламенную речь блондина, отчего тот недовольно хмыкнул.       - Думаешь? Собираешься меня остановить, отважная пленница? – словно издеваясь, прокомментировал незавидное положение офицера «АПБТ». – Считаю иначе. Этот вирус во многом преобразит наш мир. В частности, среди людей пройдут немалые изменения…       - Ты просто решил всё уничтожить, - сделала единственно точный и верный вывод.       - Можешь считать и так, - опасно приблизившись, биотеррорист снял очки. Устало потёр переносицу, словно разговор его утомил, и взглянул оппонентке в глаза тяжёлым взором.       Джилл решила стойко выдержать взгляд, на деле бывший отвлекающим манёвром. Ухватив беглянку за талию, прижимает к себе. От такой неожиданности девушка резко выдыхает, но, вновь набрав кислорода в лёгкие, немедленно делает попытки освободиться. Ладонями упёршись в грудь, пытается отстраниться – не помогает, пытается расцепить руки у себя за спиной. Бесполезно. Железная хватка Вескера не даёт никакого шанса. Гневно глянув в глаза своему врагу, замечает в них насмешку, а противная ухмылка дополняет этот несложный букет эмоций. Ответно усмехнувшись, Джилл предпринимает последнюю попытку, но и она остаётся безрезультатной.       Раздражённо выдохнув, продолжает смотреть Вескеру в глаза. Он тоже не прерывает зрительный контакт, отчего, спустя некоторое время, пленной становится уже не по себе.       - Вескер, - в этом произнесённом имени звучит лишь ненависть.       - Слушаю, - как ни в чём не бывало, ответил.       - Отпусти меня, - просьба. Девушка знает, что спорить со злодеем бесполезно, а иногда даже опасно для жизни. Да и устала она от всего этого, если честно.        - Не отпущу. Вдруг предпримешь ещё одну попытку убежать, - рассмеявшись, что было редко, мужчина склоняется ближе, отчего Джилл становится ещё более «не по себе». «Он так близко!» - паническая мысль мимолётно оставила свой отпечаток.       - Куда уж тут бежать, - зло буркнув, она попыталась отстраниться, но сильные руки не позволили, а лицо ненавистного было всего-то в нескольких сантиметрах от её, чем ранее. Да ещё этот непонятный блеск в его глазах.       - Правильно. От меня не убежишь. Я намерен тебе показать нечто большее, чем просто мелкий экспериментальный образец, - накрыв губы жёстким поцелуем, мужчина сильнее прижал к себе сопротивляющуюся девушку.       Джилл пыталась уйти от столь «нежной» ласки, но все попытки тут же пресекались. Вескер продолжал терзать губы несчастной и, когда она в очередной раз не прекратила своих тщетных попыток освободиться, чувствительно куснул в губу, до крови, отчего захваченная врасплох приоткрыла рот, чем немедленно воспользовался биотеррорист. Ловкий язык, не упустив шанса, проник в горячий рот, начиная с любопытством первооткрывателя исследовать новое пространство. Как ни странно, но порядком утомившаяся Джилл решилась и слабо ответила на поцелуй, ей даже начало нравится происходящее, несмотря на то, что она страстно желала убить негодяя. И это уже не первый раз, когда он так грубо захватывает её губы. Правда, до этого он был не так зол, что чувствовалось в его движениях. Руки, ранее упёршиеся ладонями в грудь наглецу, плавно перешли на плечи, слабо приобнимая: девушка была не до конца уверенна в своих действиях и стыдилась их.       - Довольно неплохо, Джилл. Как считаешь? - наконец-то он отпустил её губы из плена. Часто дыша, девушка постаралась отойти назад, но мужчина не позволил, рукой надавив на талию.       - Я не…. Что ты хотел этим сказать? – застигнутая врасплох, она не сразу нашлась, что ответить.       - Так и знал, что моей пленнице Валентайн придётся и этот поцелуй по душе, - глаза биотеррориста горели каким-то огоньком, наблюдая за пойманной.       - С удовольствием свернула бы тебе шею, - на самом деле она сильно сомневалась в реальности сказанного, ведь Вескер намного сильнее её, да и в теле после этого обезоруживающего поцелуя появилась некая слабость. Мужчина обладал неким природным магнетизмом, на что Джилл и попадалась, в последнее время попадая в плен его цепких рук. Но, как же офицеру АПБТ везло, что дальше поцелуев-укусов и объятий не доходило.       - Хм. Маленькая лгунья, но смелая и упорная, чем и радуешь меня, - слабая ухмылка стала шире, а её владелец крепко схватил собеседницу и, устроив пальцы на сонной артерии жертвы, произнёс:       - Но представление только начинается….       И Джилл, обмякнув в сильных руках, провалилась в чёрную пустоту.       Очнулась она от холода. Раскрыв глаза, первое, что увидела, был белый потолок с лампами. Зажмурившись от показавшегося ярким света, спустя несколько секунд вновь раскрыла веки. Оглядев себя, с неудовольствием заметила, что лежит привязанная на большом лабораторном столе. Каждый ремешок крепко фиксировал руку или ногу, не позволяя высвободиться, впрочем, шевелить конечностями можно было, но не так уж свободно, как ранее. Руки и ноги были разведены в стороны. Ещё же одна малообрадовавшая деталь заключалась в том, что привязанная лежала абсолютно нагая. Лишь тонкая простынь укрывала её тело, спасая от лабораторного холода. Лежать голой и распятой на большом столе, где при желании можно было бы уместить и четыре таких как Джилл, было не очень-то и удобно. Благо хоть поверхность стола оказалась мягкой, как на больничной кушетке в кабинете осмотра, что хоть как-то радовало, несмотря на царившую прохладу.       Оглядевшись, пленница замечает человека, чьё присутствие обнаружила только сейчас. Молодой лаборант возился с какими-то микстурами. Затем, видимо отыскав нужную, воткнул в неё иглу шприца и начал медленно набирать жидкость. Связанная притворилась спящей, чтобы, по возможности, не торопить события. Закончив своё нехитрое дело, по-прежнему не обращая внимания на девушку, достал ещё пару шприцов и приготовил их, также наполнив препаратами. Затем вышел из помещения через двойные двери. Джилл, до этого спокойно лежавшая с чуть приоткрытыми глазами, приступила к активным действиям. Руки были крепко связаны, но ослабить ремешок, если сильно постараться, можно было. Слабые попытки продолжались, но пальцы упорно не могли достичь цели, а крепкая кожа пут не позволяла тщетным попыткам освобождения притвориться в жизнь. Со вторым ремешком также. Дёргать их было делом бесполезным. Максимально приблизившись к путам на правой руке, пленница попыталась дотянуться до застёжки зубами, но внезапно за дверью послышались шаги. С горечью девушка поняла, что шанс был упущен. Да и дотянуться зубами невозможно.       В комнату вошёл всё тот же лаборант, но не один, а с Вескером. На нём тоже был длинный белый халат, впрочем, единственная деталь в облике бывшего капитана никогда не меняется. Это очки. Тёмные солнцезащитные, они находились на своём привычном месте, словно приросли уже. Не удивительно, ведь с ними владелец почти не расстаётся, может быть, никогда. Лаборант что-то шёпотом, словно боялся подслушивания со стороны привязанной, сообщил начальнику, затем удалился. Остался только Вескер и его пленённая жертва.       - Вижу, ты уже проснулась, - непринуждённым тоном констатировав очевидный факт, приближается к столику, рассматривая, по всей видимости, приготовленные шприцы и препараты.       - Само собой, разумеется, - ответ был с нотками недовольства, словно её только что разбудили, а она всё ещё хотела спать. На деле же желала, чтобы данная картина оказалась сном.       - Знаешь, зачем ты здесь? Впрочем, отвечу сам. Как помнишь, с первого месяца твоего пребывания я сразу предупредил, чтобы не было попыток к побегу. И вот, вчерашним днём ты ослушалась меня. Я несколько расстроен, Джилл. Мне не очень-то хотелось причинять тебе неудобства, но что поделаешь. Теперь же всё будет иначе, - взяв один из шприцов, мужчина проверил его на пригодность, пустив пару капель через иглу.       - Что… ты задумал? – невольно сглотнув появившийся комок, Джилл всерьёз испугалась за свою жизнь.       - О, не волнуйся. Ты останешься жива, - словно угадав её мысли, подошедший биотеррорист ответил на незаданный вопрос, - в отличие от некоторых моих подопечных, с которыми ты расправилась.       Свободной рукой он ухватил край белой простыни и сдёрнул её, предоставив своему взору нагое тело подопытной. Джилл попыталась сжаться, стать меньше, лишь бы уйти от этого изучающего взора, который она очень хорошо чувствовала на себе. Сдвинуть вместе ноги не удалось – проклятые ремни держали. Вескер мягко коснулся её плеча, призывая расслабиться. Не найдя альтернативы, девушка покорно успокоилась, на что мужчина ласково погладил ей бок, будто поощряя, хотя лицо его не выражало ни эмоции.       - Умница. Полагаю, уже поняла, что сопротивляться - себе хуже делать. Не волнуйся, лёгкий укол тебе не повредит, - дойдя до ягодиц, Вескер поставил назначенный укол, введя неизвестную пациентке жидкость. – Осталось немного подождать и…, - вместо слов он улыбнулся самыми краешками губ.       - И? – недосказанная фраза вызвала тревогу. Джилл повела плечами, словно пытаясь сбросить покрывало лабораторного холода, но тот не исчез. Учёный сел напротив своей подопытной, и, взглянув на настенные часы, начал выжидать время.       - Терпение, мисс Валентайн, терпение и вы всё узнаете, - довольная усмешка озарила его губы.       - Хотя бы скажи, что это?       - Эксперимент, - был единственный ответ, вполне предугаданный.       - И… в чём же он заключается? – не сказать, что девушка горела желанием знать, но уж лучше разбавить чем-то тишину, и отвлечь себя от мыслей, что этот злодей без всякого стеснения разглядывает её тело.       - Если я скажу, это будет уже не так интересно, милая. Но дам подсказку. Это… наказание, - «милая» в его устах прозвучало снисходительно, да и вся фраза звучала, как адресованная ребёнку. А вот «наказание» ничего хорошего не предвещало. В последующих несколько минут тишина не нарушалась ничем. Мужчина также продолжал рассматривать тело, лежащее перед ним, а Джилл упорно разглядывала стену, отвернувшись от наблюдателя.       Пленённая Валентайн вздрогнула, когда к ней вновь прикоснулись. Пальцы, скрытые под латексными перчатками, вызвали неоднозначные ощущения. Холод латекса и, одновременно, горячие пальцы побудили волну мурашек пройтись по телу. Взглянув на исследователя, девушка словно задала этим жестом немой вопрос «Что?». Вескер мотнул головой – «Ничего». Но руку убрал.       - Думаю, надо ускорить процесс, - учёный уже набирал в новый шприц ту же странную жидкость из бутылька. Тщательно отмерив дозу, Вескер возвратился к девушке и, окинув распростёртое перед ним тело внимательным взором, приступил к уколу. Опять те же нарочито ласковые пальцы, огладившие ягодицы и ногу, пробуждающие волну мурашек. После укола – выжидание чего-то.       Джилл погрузилась в размышления. Поначалу мысли пролетали быстро, но вот неожиданно начали становиться медленными, тягучими как кисель. Словно туман накрыл пеленой сознание. Казалось, тело начало наливаться некой тяжестью, дыхание стало чаще и, как бы ни старалась связанная, но унять это не было возможным. А все чувства обострились. Глаза хотелось закрыть, что пленница и сделала, отвернувшись к стене. «Сейчас…надо…успокоиться», - мысли с трудом воспринимались, а воплотить их было ещё сложнее. «Сколько времени прошло? День? Или ночь сейчас? А зачем мне…».       - Джилл, - донёсся сквозь пелену некого тумана знакомый голос. Она не сразу догадалась, что это биотеррорист. Спокойствие разрушило прикосновение холода, ставшего вмиг горячим. Распахнув глаза, девушка непонимающе, словно впервые увидела, глядела на Вескера, который продолжал легкими движениями оглаживать её бок. Каждое его движение воспринималось теперь с особой остротой, отчего дыхание стремилось прерваться, и кровь учащёнными потоками бежала по сосудам, сердце отдавало гулом в виски. Прикосновения Вескера были приятны, - чего скрывать? - даже желанными.       Постепенно пальцы с бока перешли на плечо и на шею. Сама того не осознавая, Джилл с охотой подставлялась под ласковые касания пальцев, а лёгкая улыбка озарила её лицо. Усмехнулся и сам провокатор. К левой руке присоединилась ещё и правая, орудуя уже у другого бока. С боков на грудь, отчего Валентайн тихо простонала. Учёный склонился над ухом подопытной. - Тебе нравится? – горячий шёпот, казалось, проник до самой глубины души девушки, затронув все тёмные уголки таинственного омута человеческой сущности. Такие же горячие, как и шёпот, губы злодея мимолётно коснулись уха, побудив простонать тихое «Да», после чего сомкнулись на мочке, чуть оттянув.       - Я не слышу, повтори, - пальцы щипнули розовые соски, отчего несчастная повторила свой предыдущий ответ громче.       - Да...       – А так? – живот был ещё одним лакомым кусочком.        -Да…       - Здесь тебе должно быть лучше…, - пальцы злодея прошлись по внутренней стороне бёдер и достигли заветной точки.       - Да.. Ах.. Вескер,… прекрати…, - Джилл стала извиваться, стараясь уйти от ловких пальцев врага, но он не позволил, прижав одной рукой пленную к столу, несмотря на кожаные ремешки.       - Прекратить? Но, Джилл, мы только начали…, - он откровенно забавлялся, оценивая всю ситуацию. – О, ты уже готова?       Его подушечки пальцев были более чем влажными.       - Но ты заслужила большего, чем просто мои прикосновения, верно? – в этой фразе слышался явный подвох, а то, что Вескер произнёс это своим особенным голосом, с коим мог озвучивать свои небезвредные задумки, укрепило тревожные мысли девушки.       -Нет…Вескер…, - но досказать только начатую фразу ей не дали, заткнув рот поцелуем. Грубовато, но сейчас и это смогло вконец пробудить неудовлетворённое желание, основанное на древнем инстинкте. Подавшись, пленная ответила на сию ласку, позволяя терзать себя.       Послышалась щёлканье – это учёный освобождал пленную от пут кожаных ремешков. Но вместо того, чтобы ударить злодея или ещё как-либо воспротивиться, Джилл, самозабвенно целуя бывшего Капитана, обвила руками его крепкую шею, притягивая ближе. Его горячие ладони бродили по нагому телу, изучая с интересом первооткрывателя.       - Так хочешь меня, милая Валентайн? – этот обманчиво-мягкий тон, словно бархат, охватил всё существо девушки, заколдовывая, заставляя вздрогнуть, замереть, чтобы в следующую секунду вновь прильнуть к этим безумно горячим губам мужчины, терзающего с искусством палача мягкие уста.       - Вескер…, - теперь это имя было произнесено без былой ненависти, лишь на выдохе с тихим стоном.       Горячие губы перешли на ключицы, а руки биотеррориста ласкали стройные ноги подопытной, всё ближе приближаясь к заветной области действий.       - Вескер…, - уже умоляюще.       - До чего же.. чудно. Стоит ввести тебе пару раз нужный препарат, как ты уже желаешь меня, - тот же низкий голос с бархатными нотками, но Джилл не понравилась эта фраза. Смысл сказанного медленно доходил до затуманенного сознания, но интуитивно она поняла – этот учёный доволен произведённым результатом и готов на большее. В добавок ко всему ирония происходящего забавляла мужчину, а Валентайн мечтала забыться, провалиться куда-нибудь, лишь бы не быть здесь и сейчас.       - Что ты… Ах…, - пальцы исследователя всё же добрались до нужного места, незамедлительно приступая к интимной ласке. Наглая и одновременно довольная ухмылка блондина, удивительно гармонирующая с тёмными очками, достигли взора подопечной. Он ликовал.       Попытка отстранить этого ненормального от себя не дала результатов, а нога, метившая в грудь мужчине, была поймана и крепко стиснута.       - Не дёргайся, - нечеловеческие глаза блеснули огнём. Джилл предпочла послушаться. В таком состоянии она не могла дать должного отпора.       Биотеррорист буквально нависает над девушкой. Лёгкая дрожь проходит по телу, и это не остаётся не замеченным. Действуя уже не пальцами, губами, повторяет нехитрый путь по нагому телу. Шея, ключицы... .       Пылкие губы сомкнулись на соске, и Джилл выгнулась навстречу, простонав. Эти действия Альберта Вескера сводили с ума в прямом смысле. Былая ярость словно испарилась, уступив место желаниям и похоти. Он знал, как сделать ей приятно, как довести до края, как заставить хотеть себя…. И всё это было его мастерством искусителя.       Цепочка поцелуев спустилась ниже. И медленные влажные касания приходились уже на живот.       - Нет…не надо…, - низ живота лизали, отчего по всему телу прошла сладкая истома.       Когда язык достиг своей цели, подопечная старалась изо всех сил не дать вырваться тихим стонам наружу, но блондин действовал весьма умело, из-за чего вскоре был вознаграждён. Пальцы разлохматили светлые короткие волосы, гладя и всячески поощряя. Джилл постанывала, чувствуя внутри себя умелый язык , истинно наслаждаясь происходящим. Не доведя своё дело до конца, мужчина отстраняется и на недовольство подопечной отвечает знойным поцелуем, словно давая испробовать запретный плод. Пробуя с чужих губ собственный вкус, Джилл невольно задалась каверзными вопросами. «Почему она отвечает взаимностью? Разве она не поклялась уничтожить врага собственноручно? Но что делать, если этот враг оказался таким искусителем?».       - Мы заигрались, пора бы и к эксперименту вернуться, - мужчина с явной неохотно высвободился из объятий и вышел из комнаты, предоставив связанную и беспомощную жертву самой себе.       Впрочем, отсутствовал он недолго. Двери распахнулись и в комнату, торжественно вкатив малую тележку, вошли Вескер и уже знакомый лаборант. Пока мужчина занялся привезённым грузом, лаборант без всякого стеснения стал рассматривать обнажённую и возбуждённую Джилл, уже мысленно лапая её во всех местах. Недолго ему было так размышлять. Мощная оплеуха отбросила работника к стене, а внезапно разъярившийся биотеррорист навис над ним, всем своим видом выражая угрозу и давая понять, что нешуточная расправа ждёт неудачливого в случае ослушания.       - Иди отсюда, - ледяным тоном изрёк приказ.       Неловко поднявшись, сотрудник быстро выскользнул из комнаты, стараясь лишний раз на бросать взор на стол. Мужчина вернулся к тележке и скинул ткань с привезённого груза. Это оказалось что-то наподобие аквариума, как смогла увидеть девушка. Блондин заинтересованно оглядел содержимое, а потом перевёл взор на офицера «АПБТ».       - Знаешь, ведь я ставил разные эксперименты над вирусом «Уроборос». И скажу тебе, что добился не только одного результата, но и несколько… другие экземпляры у меня хранятся. Например, этот. Поверь, нацелены они на разные направления.       Девушка мысленно приготовилась к худшему. Уроборос и эксперимент? Разумеется, с её участием. Ничего хорошего, совсем ничего.       - Джилл, не бойся. Тебе понравится. Это я гарантирую. Ты мне не веришь? Думаю, твоё мнение после измениться кардинально. А ты что на это скажешь, моё создание? – судя по последней фразе, учёный обращался уже непосредственно к Уроборосу. «Моё создание» - было произнесено с такой заботливостью, как будто это милый котёнок. Тьфу!       - Я… и не сомневаюсь, - сарказм. А чем ещё ответить? Да и мысли, как назло, разбегаются или же тянутся еле-еле в мозгу.       - Да, кстати, насчёт твоего состояния. Надо же было тебя как-то подготовить, - смех Вескера разбавил зловещее затишье, что прибавило малоприятного в корзину впечатлений от приключений.       Послышалась какая-то возня, стук стекла, тихий шёпот безумного учёного. Джилл закрыла глаза, надеясь проснуться в другой комнате, где временно проживала. Вдруг это кошмар? Но прикосновение разогнало эту мысль. И ещё воздействие препарата полностью охватило тело, заставляя жар рекой разливаться по кровеносным сосудам, будто заражая собой весь организм. «Что на этот раз? Опять будешь трогать меня? Ну-ну, ещё пощупай везде, сволочь!» Однако через несколько прошедших секунд поняла – это не Вескер её так желанно трогает. Медленно открыв глаза, узрела типичного Уробороса. Его щупальца-черви неспешно касались ног. Блондин же, посадив чёрный комок на край стола, с ухмылкой наблюдал за подопытными.       - Подожди. Сейчас всё начнётся. Советую тебе не сопротивляться – он не любит этого, - довольно сообщил безумный учёный, с интересом исследователя продолжая следить за ходом начавшегося эксперимента.       Тем временем «черви» уже обвили одну ногу, медленно продвигаясь вперёд. Но, вопреки ожиданию подопытной, существо не стремилось её умертвить, сожрать или свершить ещё какое-либо страшное действие. Из-за введённого препарата, да и медленных, по-своему приятных, движений конечностей-верёвок, любое касание влажного чёрного отростка приносило слабое наслаждение, эхом отдававшее в низ живота, из-за чего появлялась тяжесть.       - У…Убери…это…, - слова сейчас как никогда трудно давались беззащитной девушке. Пошевелить ногами или руками, дабы согнать Это, она не решалась из страха за свою жизнь.       - Расслабься. Вижу – тебе начинает нравиться, - просьба была отклонена. Вескер же накрыл ладонью правую грудь Джилл, несильно сжимая. Предоставленная ласкам мужчины и не до конца понятного существа, от которых явно не ожидала добра, несчастная всячески старалась скрыть свой стыд, а также и слабые стоны, вызываемые этими самыми ласками вкупе с последствием препарата. Как бы ни хотелось признаваться, но всё происходящее почему-то начинало нравиться. Виною всему этот препарат!       Верёвкообразные конечности пытливого Уробороса уже добрались до плеч подопытной, по пути оплетя грудь и живот. Но как бы ни приятны были его действия, жертва попыталась воспрепятствовать полной свободе действий сего существа. Недовольный ёрзаньем своей потенциальной цели, чёрный ком засуетился и конечностями оплёл женскую шею, слегка сдавив.       - Джилл – Джилл - Джилл, - словно ослушавшемуся ребёнку, начал втолковывать Вескер, - предупреждал же: «Не сопротивляйся». Как теперь быть? – притворно вздохнув, медленно погладил почти молчаливую собеседницу по голове, стремясь успокоить и как-то ободрить.       Джилл послушно замерла, ведь чувствовать захват, - не слабый, между прочим, - на своей шее весьма неприятно. Удовлетворившись своим результатом, копошащийся Уроборос продолжил своё чёрное дело. Конечности задвигались и, исследуя тело, касались его в разных местах, вызывая иногда непроизвольные стоны у подопытной. Кончики чёрной «верёвки» затронули затвердевшие соски и одновременно сжались вокруг них. Не выдержав, девушка вскрикнула от неожиданности, но, впрочем, этот вскрик был заглушён глубоким поцелуем, который решил подарить своей подопытной мужчина. Его горячие губы терзали мягкие уста, а язык смело вторгся в чужое пространство, вытворяя всё, что придёт его хозяину в голову. Рука исследователя надавила на плечо, призывая лечь, а не полусидеть на неудобном столе, отчего мышцы испытуемой уже начинали ныть. Словно прочувствовав ситуацию, а также и состояние жертвы, получив некое разрешение, Уроборос приступил к более активным действиям. Теперь щупальца-отростки не только сжимали грудь, но и ласкали бёдра, низ живота, а также и промежность горевшей в неге офицера Валентайн. Она охотно, но всё же с неким страхом перед неизведанным поставляла самые чувствительные лакомые места под прикосновения влажных конечностей твари и под ладони Вескера. Блондин, склонившись над своей подопечной, украшал её шею красными следами от укусов-поцелуев, сжимая в своих сильных руках хрупкие на вид длани девушки. Отчего-то сейчас мужчина был грубоватым, нежели ранее. Его горячее дыхание обжигало нежную и особенно чувствительную сейчас кожу, а покусывания дополняли производимый эффект, не позволяя ни на минуту расслабиться. Что касаемо третьего участника, то его верёвкообразные щупальца добрались до самых интересных мест, но большее воплотил он, когда проводил по чувствительной паховой области. Джилл застонала громче, когда почувствовала, как в её тело вторглись. Ритмичные, неожиданно мягкие, движения вызывали новую порцию стонов, а грубоватые укусы блондина, перешедшего к ключицам, добавляли ощущений. Тварь, вопреки поджидаемому, не старалась причинить вред, что немало радовало.       - Давай же, Джилл, Покажи себя, - наглый и издевательский тон низкого голоса вызвали было недовольство, но оно потонуло в пелене тумана, а вместо вменяемого ответа подопечная еле простонала:       - Вескер,… прекрати… это безумие… Прошу…, - и ведь это и было безумием для неё.       - Да, мисс Валентайн, - его губы растянулись в ухмылке, а в голосе так и сквозило довольство от текущего опыта. – Я вас внимательно слушаю, - прошептал у самого уха.       - Пожалуйста…Ах.., - произнесла со стоном отчаявшаяся в пленница ситуации.       Сейчас она абсолютно не могла соображать нормально. Вместо бессвязных мыслей о данной ситуации последовали другие, такие же бессвязные, но с уклоном всё к тому же неудовлетворённому желанию, кое мог исполнить единственный в комнате мужчина. Ответа её мольбе не последовало.       Движения Уробороса участились и теперь Джил стонала во весь голос, изгибаясь в чёрных щупальцах-верёвках, бесстыдно двигаясь навстречу дарящему удовольствие затрагиванию чувствительных зон на её теле. И если ранее чёрные черви-отростки были слегка влажными, то теперь словно выделяли некую субстанцию, больше похожую на лубрикант. Верёвки скользили по гибкому телу подопытной, ритмично сжимаясь, обхватывая грудь, лаская, а толчки в области бёдер стали особенно сильны. По прошествии некоторого времени Джилл громко протяжно застонала, тут же ослабевая в чёрных отростках, оплетших почти полностью её тело до плеч.       Дыхание заставляло тяжело вздыматься и опадать грудь. Пленённая офицер Валентайн тщетно пыталась привести своё состояние хоть в какую-то норму. Действие препарата ещё не прошло, заставляло лишь снова хотеть…. Хотеть своего заклятого врага, который откровенно забавлялся над несчастной. Похотливое желание постепенно вновь овладевало разумом, но всё же не так быстро, что дало хоть какую-то передышку измученной девушке.       Уроборос же, видимо, тоже получив некое удовлетворение, слабо шевелился, будто бы тоже отдыхал, свернувшись обратно в огромный ком, но по-прежнему обхватив бёдра и ноги. Взглянув на него, Джилл заметила пару красных расцвётших бутонов, да и само существо как будто стало больше. «Он получил свою пищу» - догадка была ясна. Но как можно питаться… желанием? Непонятно. В поле зрения девушки появился блондин. Только теперь он был полуобнажён до пояса. Лишь накинутый поверх тела халат да тёмные брюки были на учёном. Схватив и отлепив от женского тела чёрные верёвки конечностей, Вескер убрал Уробороса обратно в аквариум, наспех запихав существо, дабы оно не успело вырваться, и закрыл.       Теперь же внимание блондина переключилось непосредственно на прекрасное своей природной красотой тело, лежавшее перед ним на столе. Медленно подойдя, так же непринуждённо стал оглаживать чувствительный живот.       - Тебе понравилось? – мужчина снял очки и, потерев переносицу, взглянул на свою подопечную.       - Нет, - резко ответила, даже не пытаясь вникнуть в двойственную суть заданного вопроса.       - Врать так и не научилась. Джилл, - его ладонь, уже нескрываемая латексом перчаток, прошлась неспешно по внутренней стороне ноги, поднимаясь выше, к бёдрам, - а так тебе приятно?       По выражению его лица нельзя было сказать, какие эмоции он при этом испытывает – оно было серьёзно, впрочем, как и почти всё время. Ухмылка – тоже вполне привычный жест. А вот глаза…. Эти змеиные глаза, хищно взиравшие на беззащитную жертву, выражали различные чувства, уловить которые и понять было проблематично. Но что точно было понятно – в них играли огоньки похоти. Альберт откинул в сторону свой халат и, немедля, подтянул за ноги к себе Джилл, да так, что её ноги оказались раздвинуты. Сей факт не ускользнул от взора потенциальной жертвы уже второго хищника, на что она попыталась лягнуть злодея, но такая слабая попытка была пресечена.       - Знаешь, а с этого ракурса ты выглядишь аппетитнее, - тихий зловещий смех не предвещал ничего хорошего.       - Отпусти, ублюдок, - она знала, что слова не возымеют должного эффекта, но надеялась оттянуть время. Оказавшись ближе к блондину, её всё-таки охватила тихая ярость, вылившаяся в эти слабые протесты. Внутренняя борьба разума и инстинктов, пробуждённых введённой жидкостью, была неравной и, казалось, предрешённой.       - Меньше глупостей, Валентайн! – строго пригрозил мужчина, не без интереса исследовавший уже в который раз пальцами лежащее тело.       Джилл тщетно попыталась сдвинуть ноги, стараясь перекрыть тем самым доступ к паховой области, но сильные руки вновь раздвинули их, а пальцы нагло вторглись в горячую и влажную тесноту. Тихо простонав от чувственного движения, девушка слабо выгнула спину, позабыв про всякое сопротивление. Вторая рука тут же обхватила талию и прижала к голому торсу мужчины. Невозможно было не отметить, что тело давнего врага было в идеальной форме. Крепкое, с мощными мышцами, становившимися видными даже при малейшем движении, отличным сложением тело заставляло невольно любоваться представителем мужского пола. Что, собственно, и сделала Джилл. Не удержавшись, провела ладонью по прессу, стараясь очертить каждый кубик. Длань двинулась дальше, на крепкую грудь, но была накрыта другой, уже мужской десницей.       - У тебя будет время изучить моё тело подробно, Джилл. Поверь мне, - его лёгкая, но многообещающая слабая улыбка говорила о далекоидущих планах. Дополнил же ответ азартный блеск нечеловеческих глаз. Стойко выдержав взгляд, подопечная позволяет вновь притиснуть себя к горячему телу. Его умелые пальцы прекратили свою пытку.       Уткнувшись в шею мужчине, вдыхает его запах. Чувствуется одеколон, слабый запах волос и его кожи. Слегка проведя языком по ключице, Джилл получает лёгкий укус в плечо. Разум твердил, что пора остановиться и хорошенько врезать Вескеру, а вторая половина, владевшая сейчас телом, говорила, что непрочь бы и вновь расслабиться. Но каким бы сильным не было желание, а просто так Джилл не была намерена сдаваться. Ладонь упёрлась в крепкую грудь мужчины, призывая остановиться. Недовольно глянув на воспротивившуюся и неудачливую беглянку, блондин зло впивается в притягательные губы, в процессе неслабо покусывая их, чтобы знала, как противиться. Но вслед за этим последовала пощечина, метко залетевшая по щеке биотеррориста.       Змеиные глаза недобро блеснули своим огнём, и мужчина, сжав запястья несчастной, толкнул её на стол, заставляя лечь, при этом прижав своим телом к поверхности мебели.       - Бунтарка, какой и была, - констатировав этот факт, Вескер впился засосом в открытую шею. Незамедлительно заёрзав под мужчиной, пойманная попыталась вновь высвободиться, но тяжёлое тело лишь сильнее прижало её. Укусы заставляли вскрикивать от неожиданной боли, а раннее использованный препарат усиливал ощущения, но с несколько уклонённым эффектом – боль была... сладкой? Даже так жертва получала своё. Теперь же, держа одной рукой запястья, но при этом крепко сжав их, второй блондин потянулся к собственным брюкам, дабы их приспустить. Услышав вжиканье замка, Джилл задёргалась сильнее.       - Нет, не надо! Прошу тебя, Вескер! – пытаясь хоть как-то уйти от него, пленница наконец-то высвободила одну руку и вкупе с ногами начала с новой силой лягаться и даже попала кулаком по ключице врагу. Разумеется, это ему не понравилось, и, ухватив за горло, сжав, остановил жалкие и тщетные попытки жертвы уйти от задуманного.       - Расслабься и получай удовольствие, - зло рыкнув, рывком вторгся в женское тело.        Закрыл глаза, принимая новые ощущения. Что касается пленницы, то она испытывала смешанные чувства. Боль и наслаждение…. Как это можно так сочетать? По-видимому, можно. Хриплый стон слетел с искусанных губ, а сама жертва неосознанно подалась навстречу мужчине. Хватка на горле ослабла, что позволило уже свободно вздохнуть, насыщая лёгкие кислородом. Усмехнувшись реакции Джилл, Альберт усилил свои движения, рывками вбиваясь в желанное тело. Грубо, причиняя, вероятно, боль, но взамен получая немалое наслаждение.       - Ах… В…Вескер.., - судя по характерным стонам, то и Джилл уже начала получать лакомый кусочек. Тем более, учитывая введенное в её тело вещество, ей должен был нравится сей процесс.       Выгибаясь навстречу своему заклятому врагу, тая от его грубоватых ласк, укусов, Валентайн понимала, что в данный момент падает вниз, в пучину, из которой впоследствии не представляла как выбраться. Но именно в данный момент она желала отдаться мужчине, сломившему её волю. Почему-то сейчас, так некстати, в её мыслях всплыло имя напарника, Криса. И мысли, мигом пролетевшие в затуманенной голове, причинили некую… боль? Нет, разочарование. В самой себе. За то, что так сдалась. И продолжала падать в глубокую пропасть, в кою заманил её Вескер. Принимаясь целовать губы злодея, Джилл высказывала свою неприязнь и страсть к данному человеку, - человеку ли? – неистово и точно также кусая его жёсткие губы, оставляя ногтями красные кровоточащие царапины на его спине, плечах, а добираясь в очередной раз до шеи, стискивала так, словно пыталась задушить. Но тело противника было куда крепче тела обычного человека, а на столь нежные ласки он отвечал всё той же грубостью в движениях, злым рыком, а жёлтые глаза предостерегали.       Обхватив блондина ногами за поясницу, словно стремилась прижать своего партнёра ближе, на что он лишь сильнее вбивался в податливое тело жертвы, пыталась вымолить таким образом большего, внутренне желая умереть в этот миг. Но единственный, кто здесь должен был подчиняться – была Джилл Валентайн. Мужская ладонь, до этого бывшая возле головы блондинки, быстрым движением метнулась за загривок хозяину и, поймав в плен женскую, прижала её к столу, переплетаясь пальцами. Испытывая особо сильные ощущения, биотеррорист сильно сжимал тонкие пальцы, чем причинял боль. Джилл, вскрикнув, незамедлительно впилась зубами в запястье мужчины, гневно глянув ему в глаза. На что ответом послужил тихий рык, последующий укус в шею, особо грубый толчок. Отступив, пленница бросила укоряющий взор, но в ответ пришёл лишь полный силы, превосходства и всё той же звериной опасности взгляд. Все самовольные действия быстро пресекались опытными движениями, так что Альберт Вескер быстро показал Джилл, кто здесь главный. Ещё раз, чтобы знала.       Всё так же резко двинувшись вперёд, мужчина застонал и замер, излившись в любовницу. Волна наслаждения накрыла его разум, но и не только его. Подопечной тоже было хорошо, иначе как объяснить то, что в момент завершения действа она крепко обняла своего мучителя, напоследок подарив кроткий, но полный страсти поцелуй. Но она сильно ошибалась, надеясь на завершение этого представления. Не дав путём передохнуть, мужчина незамедлительно перевернул её на живот, приподнял бёдра….       - Тебе всё ещё мало?! – измученно поинтересовалась перед тем, как вновь почувствовала твёрдую плоть партнёра в себе. Застонала, приняв партнёра. Выгнулась, когда он огладил ладонью бок, очертив пальцами полушарие груди. Безмолвное согласие с действиями предводителя.       - Ты надеялась на меньшее? – с насмешкой, - Глупая Джилл….       Ухватив зубами кожу возле шеи, медленно наслаждался каждым движением. Пальцы предусмотрительно вцепились в женские бёдра, не позволяя отстраниться или попросту выскользнуть - всё благодаря эксперименту с Уроборосом, оставившим за собой следы. Шипя от боли и всё от той же нарочитой грубости Вескера, его партнёрша попыталась ослабить цепкую хватку на своих бёдрах, на что незамедлительно почувствовала боль. В наказание он крепче сжал пальцы.       - Аккуратнее, - мало надеясь на то, что её просьбу выполнят, Джилл двинулась навстречу мужчине. В качестве вознаграждения за такое послушание он чуть расслабил пальцы.       Чувствовать тяжесть его тела на себе было не очень, но относительно спокойные движения и нрав биотеррориста оставляли желать лучшего, а также более мягкие ласки оставляли желать лучшего. Горячие губы неспешно касались женских плеч, спины, шеи, словно извиняясь за грубость хозяина. Лёгкие покусывания чуть ниже лопатки буквально заставляли Джилл теряться в ощущениях – одна из самых эрогенных зон на её теле. Размеренные теперь движения приносили немалые ощущения, на что ответом служили тихие стоны….       - Ненавижу тебя... Вескер…- простонала, в очередной раз подставляя шею для губ упомянутого, одновременно подаваясь назад, к его чрёслам.       - Я тебя тоже «люблю», - с сарказмом подметил оппонент, выдыхая в ухо подчинённой девушке. Горячий язык ласково коснулся нежной женской кожи.       Бывшую тишину кабинета наполняли тихие стоны и звуки соединяющихся тел….       - Было… неплохо…, - решившись первой нарушить тишину, произнесла отдышавшаяся Валентайн, прижимаясь к своему ненавистному любовнику. После бурного эксперимента, когда разум был уже чист от всякой ерунды, холод всё же достал, и не только её одну. Лежавший рядом мужчина потянулся за простыней, нехотя разрывая согревающие объятия, накрыл ей себя и партнёршу. Долгожданного тепла прохладная ткань не принесла. Валентайн в этот момент вспомнился вес тяжёлого тела, налёгшего сзади, и жар, исходивший от него. Открыв глаза и чуть мотнув головой, прогоняет морок из прошлого.       - Неплохо? Тогда не желаешь поучаствовать в… подобных мероприятиях? – хитро прищурившись, мужчина глянул на соперницу, лежавшую у него на груди.       - Мероприятиях? Хоть предупреждал бы, что задумал. Ненавижу тебя, - недовольно ответила, вспомнив похотливого Уробороса и то, что над ней сотворили. Жаль, силы иссякли, а то бы ответил за всё. Наверное….       - Ха. Эксперимент? Мне понравилось твоё предложение, но я о другом, - его похотливый взгляд сразу дал понять верный путь суждений. «Наказание, да?»       - Ни за что! – сразу же, только услышав фразу с предложением о таком времяпровождении.       - Не понравилось? – учтиво поинтересовался.       - Совсем. Посмотри, - тут она продемонстрировала расцветающие на запястьях и ягодицах синяки, - что это, по-твоему?       - Лёгкие гематомы, - как ни в чём небывало.       - Лёгкие? Не говоря уже о укусах, мог бы быть хоть чуточку нежнее, - размышляя на тему, когда сойдут неприятные последствия их нежной «любви», несмотря на более ускоренную регенерацию, Джилл наблюдала за Уроборосом. Тот слабо шевелился к аквариуме, лениво обследуя уже привычное местообитание своими отростками.       - Значит, если бы я был нежен, то ты осталась бы более довольной? – с интересом. Переведя взор с Уробороса на своего бывшего капитана, встретилась с внимательным взглядом жёлтых глаз. По-прежнему ни одной видимой эмоции на лице. Сдержан, как и всегда. «Почти…», - отмечает про себя Джилл, вспомнив, как он простонал её имя на самом пике, - «Всё же у него осталось кое-что и от человека». Лишь жёлтые змеиные глаза давали какую-то подсказку, да и редкие ухмылки.       - В любом случае, я предпочла бы другого, - отвернувшись, отвечает. И зачем она затеяла этот разговор?       - Кого же? – данная ситуация откровенно забавляла учёного, хотя он этого и не показывал, продолжая медленно гладить живот недавней любовницы, - Уробороса? Ммм, а, может, Криса?       - Хотя бы его. Криса, - поправилась, чтобы биотеррорист понял правильно. «Крис…. Ты не сможешь простить, если узнаешь», - в груди как-то похолодело, но нельзя дать понять Вескеру, что его слова достигли цели.       - Посмотри мне в глаза, Джилл, - но она не послушалась. Ухватив тонкий женский подбородок сильными пальцами, Вескер заставил её посмотреть на себя. – А теперь скажи правду. Тебе понравилось со мной?       - Да, - тихо, поняв, что лучше правда, чем солгать, ответила Джилл.       - Обещаю, в следующий раз я буду «нежным». Разумеется, не совсем. Это в том случае, если ты опять что-то задумаешь, - вставая, он укутал любовницу в простыню, сам же неспешно оделся.       - И напоминаю: никаких побегов. Последствия ты уже знаешь, какие, - бросив предупреждающий взор на свою пленницу, получает лёгкую улыбку. «Она так просто не сдастся», - удовлетворённо отметил про себя. – О, чуть не забыл! - притворно вздохнув, Альберт потянулся к тележке, за аквариум, после доставая ранее невидимую Джилл коробочку, - У меня подарок для тебя….       «Подарок» не спешили извлекать из упаковки, а напряжённая девушка нутром чуяла – ничего хорошего не жди. Держа в одной руке коробочку, злодей принялся пальцами второй ощупывать пленницу в районе груди, приспустив простыню. Как будто вымеряя для себя что-то. Наконец, он прекратил это, по-видимому, удовлетворившись таким осмотром. И вот белая коробочка раскрыта, а из мягкой упаковочной обёртки мужчина извлекает какое-то устройство. Механический жук с красным сосудом во всю спину. Интересно.       Прежде, чем Джилл успела хоть что-либо произнести, как Вескер точным и быстрым движением прижал жука к груди. Неприятная боль пронзила девушку – это жук впился своими лапками в плоть, незамедлительно что-то впрыскивая. Чувствуя, как неизвестный препарат разносится вместе с кровью по сосудам, офицер АПБТ легла плашмя на стол, вмиг ослабев. Как будто высосали все силы. Но вот, не зная как, она вдруг резко поднимается и становится прямо перед своим мучителем. Довольный результатом, Альберт Вескер сообщает:       - Джилл, вот и ещё одна чудесная часть моего плана. Я и не думал, что ты мне в дальнейшем принесёшь пользу, однако твоя воля к жизни и введение препаратов показали, что ты не просто так оказалась у меня. Разумеется, теперь ты полностью в моём распоряжении. Не подумай, что я тебя так наказал, это было давней задумкой. Но благодаря побегу ты предоставила немало оснований использовать этот чудесный аппарат, - тут он с ухмылкой указал на жука, «присосавшегося» к груди.       Хотевшая возразить столь пламенной речи, Джилл хотела было двинуться, но с ужасом поняла, что не может. Ранее подвластное тело не слушалось её. Она…пленница в собственном вместилище души. Делая попытки, поняла, насколько сложно преодолеть барьер, который возвело устройство вместе с неким препаратом. Но еле-еле преодолев эту преграду, - пока она была недостаточно крепка, - произносит:       - Вескер,… ты… ублюдок…, - и тут она поняла, что сил на большее не хватит.       - Знаю, моя непослушная Джилл. Именно поэтому ты будешь свидетелем всех моих деяний.       В следующую секунду после окончания диалога офицер Валентайн ласково гладила злодея по щеке, при этом смотря прямо в его неестественные глаза. И когда она накрыла его губы поцелуем, уже не по своей воле, а по воле учёного, Джилл Валентайн отвечала ему взглядом, полным ненависти и обещанием…. Обещанием смерти, медленной и мучительной. Теперь только глаза были ей подвластны.