Cat Troubles

Ночные страхи… Говорят, нечто ужасное скрывается по ночам в темных переулках и заброшенных зданиях. Нечто, чьё существование не поддается логическому объяснению и заставляет испуганных людишек трепетать от страха. Место, где с наступлением темноты никто не смел ступить и шага – Марк Туан называл его «домом». Там он скрывался от тех, кто представлял для него потенциальную угрозу. Там он прятался от окружающей действительности. Туан родился не таким, как все. Отличался от большей части людей, населявших Землю, и, едва ли, на всей планете мог сыскаться хотя бы один процент существ, похожих на него – гибрид человека и животного. Кошачьи черты украшали внешность Марка: например, пушистый темно-коричневый, почти черный, хвост и пара забавных ушек, которые делали его лицо ещё более очаровательным. Положа руку на сердце, Марк был совершенно безобиден, однако, люди относились к нему с опасением и даже какой-то ненавистью, одаривая его неприятными взглядами, закидывая тухлыми яйцами и, порой, размахивая в воздухе палками. Черный кот, притягивающий несчастья. У него не оставалось другого выбора, кроме как скрываться в том месте, куда практически не захаживали прохожие. Только там он мог чувствовать себя в безопасности, и ему было комфортно там, даже несмотря на то, что все стены его вынужденного жилища были изрисованы мрачными граффити, и пыль покрывала всё вокруг. Иногда ему удавалось украсть что-нибудь из еды или обнаружить что-то съедобное в одном из мусорных контейнеров, но всё чаще приходилось голодать; его одежда была дырявой и рваной, а его единственным домом служила большая картонная коробка, спрятанная в глубине грязного переулка. С наступлением сумерек, человек-кот выбирался из своего убежища и, закрыв импровизированную дверцу коробки, отправлялся бродить по ночному городу. Холодными ночами ему приходилось плотно обхватывать руками свое тело, чувствуя, как ледяной ветер пробирается под одежду, заставляя сердце беспокойно биться. Марк закрывал глаза и, устроившись неподалеку от какой-то забегаловки, слушал доносящиеся оттуда звуки песен «Grim Reaper» - так проходили практически все его ночи. Возвращаясь домой под утро и ложась спать, он чувствовал себя ещё более уставшим и голодным, чем прежде. В этот день, он проснулся с ощущением слабости во всем теле. Он был болен и, несомненно, ночные прогулки по городу не шли ему на пользу – от них состояние Марка лишь ещё более ухудшалось. Его волосы были растрепанными и запутанными, лицо - перепачкано грязью, а тело - покрыто длинными темно-бордовыми ранами, оставленными ветками колючих кустов несколько дней назад. Туану было действительно очень плохо. Его губы давно потрескались от ветра, а желудок урчал от голода – Марк был на пределе. Сколько? Сколько ещё ему осталось бороться со смертью, видя, как она подкрадывается к нему всё ближе и ближе? Если бы только беспощадное общество могло одуматься… «Мир жесток» - подумал Марк. Он прижался спиной к картонной стене, тонкими пальцами касаясь своего впалого живота, и прикрыл слезящиеся глаза. У него совершенно не было сил, чтобы подняться на ноги и отправиться на поиски пищи или, хотя бы, воды. Тонкий солнечный лучик пробился между закрытыми клапанами коробки в тот самый момент, когда кошачьи уши поникли, хвост нервно дернулся, а с его губ слетело отчаянное мяуканье. Парень желал, чтобы кто-нибудь услышал его мольбу. Он ощущал, как стенки его желудка пронзает острая пульсирующая боль и молился, чтобы пошел дождь… Хоть несколько капель дождя… Несколько капель воды… Мягкие рыдания срывались с дрожащих губ, когда он, обхватив себя руками, свернулся в клубок; многие умирали от голода и отчаяния, и Марк знал, что однажды эта же участь постигнет и его. В один прекрасный день. Из последних сил, Марк подполз к краю своего дома и толкнул картонные створки головой, заставив их распахнуться. Перевернувшись на спину, он лежал, вглядываясь в бесконечное лазурное небо, по которому плыли, подгоняемые ветром, большие пушистые облака цвета слоновой кости и понимал, что отчего-то в его груди начало зарождаться непонятное чувство тревоги. Кот даже забыл на миг о своей боли, учуяв запах зажженной сигареты. Нос Марка совершенно случайно уловил в дуновении ветра этот аромат, и парень, почти сразу, вытянул шею, осматриваясь по сторонам, в ожидании опасности. И в нескольких метрах от своего убежища Марк смог разглядеть человеческий силуэт – он даже не сразу понял, ему потребовалось ещё несколько мгновений, чтобы осознать, что в его переулок действительно забрел незнакомец. И этот незнакомец, определенно, шел в сторону Марка. - Нет, - на грани слышимости прошептал Марк. Его глаза расширились от испуга. Запаниковав, он закрыл картонные створки и забился в самый дальний конец своей коробки, трогательно сжавшись в углу и выглядывая наружу через небольшую трещинку, через которую свет просачивался внутрь. Марк слышал быстро приближающиеся шаги, звук которых становился всё громче и быстрее, так же как и звук его собственного сердца, которое стучало так сильно и часто, будто грозилось вот-вот проломить его грудную клетку. Затем незнакомец остановился. Было слышно, как чужая рука скользнула по поверхности мятой картонной коробки Марка, прежде чем резко открыть её. - Не бейте меня! – вскрикнул испуганно Марк, в защитном жесте выставляя руки перед своим лицом и сильнее вжимаясь в угол. Он впервые чувствовал себя настолько беспомощным, оказавшись застигнутым в своем собственном логове этим странным человеком. Кстати, о человеке… Марк решил, что он выглядит довольно пугающим в этом стильном черном костюме, со сжатыми губами и складкой между бровей. Марк даже не решился посмотреть ему в глаза, ощущая, расползающуюся во все стороны, энергию этого парня – яркую, насыщенную и харизматичную, которая так сильно отличалась от его собственной. И без того застенчивый Марк, рядом с этим парнем, почувствовал себя по-настоящему жалким. - Что? Зачем мне тебя бить? – озадаченно произнес незнакомец. Марк удивился, услышав его шелковистый голос с экзотическим акцентом, который звучал почему-то заботливо. Неужели случилось чудо, и ему, в самом деле, улыбнулась удача? Марка захлестнула волна облегчения, но он всё ещё не мог себе позволить расслабиться полностью; люди - они наделены огромным талантом предательства и злобы. - Потому что все так делают, - кратко ответил Марк, всё же встретившись взглядом со спокойными глазами незнакомца. Тот вопросительно приподнял бровь. - Почему? Я думаю, что ты... удивительный. Я никогда не встречал никого похожего на тебя, - такие сладкие слова, они шокировали Марка - это был первый раз, когда он получил комплимент; Марк уже собирался ответить, однако, внезапная головная боль напомнила ему, что всё это время он боролся со смертью. Перед глазами все поплыло, он попытался встать, но пошатнулся и, непременно, упал бы, если бы не хорошая реакция незнакомца, который, одним резким движением, подхватил его на руки. - Черт, ты такой легкий, - Марк слабо усмехнулся в ответ, мысленно обидевшись на незнакомца за то, что тот обращался с ним, как с девчонкой – это вызывало сильное желание отказаться от помощи этого парня, но он понимал: если не довериться этому человеку, то кому тогда?

***

Когда Марк открыл глаза – он с удивлением обнаружил, что находится не в своем убежище. Он лежал на большой удобной кровати, накрытый тонким пледом, и наслаждался освежающе прохладным ветерком. Спальня была исключительно огромной, или Марку лишь так казалось? Возможно, сказался контраст жутких воспоминаний о жестокой и холодной атмосфере картонной коробки, которая ещё недавно служила для него домом, и это не шло ни в какое сравнение с этим просторным светлым помещением, мягким постельным бельем и пружинящей кроватью. - Тебе уже лучше? – приблизившийся к кровати человек, выглядел знакомым. Точно, это же тот парень! Неужели он принес Марка домой, невзирая на его физические недостатки и рваную перепачканную в грязи одежду? Туан был бесконечно благодарен незнакомцу; он энергично сел в кровати и одарил стоящего напротив парня улыбкой, такой яркой, что она вполне могла затмить солнце и луну, вместе взятые. - Спасибо Вам. Вы спасли меня, - робко произнес он. - Меня зовут Джексон Ван, - решил всё же представиться парень, - И тебе не обязательно говорить со мной формально. Кстати, ты выглядишь гораздо лучше, это здорово, - Марк кивнул в ответ. Это было очаровательно, как глаза Джексона изогнулись в форме полумесяца, когда он улыбнулся Туану. У Марка чуть не случился сердечный приступ, когда Ван дружелюбно потрепал его по голове, а затем и вовсе почесал за ухом. Это было лучшее, что случалось с ним в жизни. - Я принес тебе кое-что, - Марк приподнял бровь из любопытства к тому, что Джексон имел в виду, и через секунду перед его лицом появилась кружка настоящего теплого молока. Это выглядело комично и очаровательно, когда Марк, пыхтя, вылакал половину кружки, и остановился лишь тогда, когда заметил легкую усмешку на губах Джексона. Он смутился и мило покраснел. Даже его уши порозовели, частично от смущения и частично от дымящегося молока… Марк и сам не был уверен от чего больше. Неожиданно Ван нагнулся и, протянув руку, коснулся пальцем верхней губы Марка, заставив того замереть от неожиданности. - Что? Я просто вытер молоко! – и Джексон спокойно продемонстрировал ему молочную каплю, прежде чем облизать палец. С другой стороны, кот был потрясен, ведь только что они вроде как поцеловались. Косвенно. Не напрямую, а через палец. Но… Это же можно считать поцелуем? - Я и сам мог это сделать. Нужно было просто сказать мне, - нервно пробормотал Марк, заставив тем самым Джексона рассмеяться. Туану понравился его смех – мелодичный и заразительный. Джексон не сразу заметил, что его мир отчего-то засиял всеми цветами радуги. Что-то незримо поменялось в его жизни, и эти перемены казались восхитительными. Долгое время перед этим он задавался вопросом «В чем смысл моей жизни?» и теперь он неожиданно нашел ответ. И этим ответом было простое слово из четырех букв. Марк. Ван уже долгое время не испытывал таких мощных всплесков радости и потому, принял решение оставить Марка у себя, ведь домашние питомцы, как правило, снимаю стресс и дарят своим хозяевам радость. Однако это конечно не было единственной причиной. Марк был милым, и его реакция на Джексона была бесценной для Вана и не могла его не радовать. Он выглядел таким невинным, как ангел, что делало его полной противоположностью Джексону. Ван думал, что вместе они похожи на Инь и Янь, и ему это нравилось. Всё это было причиной того, что Джексон хотел единолично владеть Марком. - Эй, Джексон! – голос Марка выдернул его из размышлений и Ван понял, что он смотрел на человека-кота всё это время. - Что? – ответил он. Марк склонил голову набок, чувствуя необходимость в том, чтобы спросить, где его старая одежда, ведь как он только что заметил, на нём была надета огромная футболка и мешковатые шорты. - Я всё выбросил, - ответил Джексон, - Эти вещи тебе великоваты, но, в любом случае, они смотрятся лучше, чем то, в чем ты ходил раньше. Вместо того, чтобы спорить, Марк был озадачен внезапно посетившей его мыслью. - То есть, ты переодел меня, пока я спал? Джексон застенчиво переступил с ноги на ногу и картинно развел руки в стороны, пробуя оправдаться. - Ну… Я пытался не смотреть… - Ты не должен был раздевать меня! – щёки Марка залились ярким румянцем, а его губы обиженно надулись. Он выглядел невыносимо милым. - Прости, - сказал Джексон, едва сдерживая приглушенные смешки. Он забавлялся, видя, как хвост Марка раздраженно метался.

***

Наступил вечер этого странного дня, когда Марк был спасен от голодной смерти Джексоном Ваном. Его раны были продезинфицированы, он больше не мерз от холода и был досыта накормлен; но, закрывая глаза, он все равно испытывал страх того, что может не проснуться следующим утром. Джексон только что пожелал ему спокойной ночи и отправился в свою комнату, а Марк так сильно боялся умереть во сне, что не мог заставить себя поспать. Большая прекрасная комната пугала его, и даже тени на полу, отбрасываемые уличными деревьями, выглядели злыми и угрожающими. Паника бушевала в его голове, раны снова начинали болеть, а мозг всё прокручивал в голове время, проведенное с Джексоном. И Марку казалось, что это были самые счастливые мгновения в его жизни. Туан понял, что боль и страхи вернулись к нему лишь тогда, когда Джексон вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. И Туан понятия не имел как адаптироваться к новой обстановке в одиночку. Марк не мог заставить себя лечь спать, он вообще не мог больше ни секунды находиться в одиночестве в этой просторной и чудесной спальне, поэтому он отбросил в сторону бежевый плед и, присев на кровати, опустил ноги на холодный мраморный пол. Он на цыпочках выбрался из комнаты и, не включая свет, отправился исследовать дом. Марк обнаружил гостиную и кухню, используя только приглушенный лунный свет, проникающий сквозь открытые жалюзи. На самом деле он легко ориентировался в темноте – это было одним из его преимуществ, неотъемлемой частью жизни кошек. Кот все ещё был напуган, отчего его дыхание сделалось рваным. Он искал комнату Джексона. - Почему эта квартира такая огромная? – прошипел он. Когда Туан наконец нашел нужную ему дверь, он пошатнулся на дрожащих ногах и потерял равновесие, едва не рухнув на пол. Он испустил раздосадованное шипение, с шумом впечатавшись в дверь. Это было действительно громко. Джексон как раз надевал пижаму, прокручивая в голове моменты, проведенные с Марком. Неожиданный грохот удивил его, а, в следующее мгновение, дверь его спальни распахнулась. Бог определенно испытывал его. - В чем дел… - Ван не сумел заставить себя произнести фразу до конца, когда Марк ворвался в его комнату и плотно прижался к нему, сотрясаясь от страха. Джексон лишь обернул свои руки вокруг талии Марка, чувствуя, как дыхание того постепенно выравнивается. - Я испугался, - тихо прошептал Туан. Парню всё ещё было неловко признаваться в своей слабости, но он был напуган до потери рассудка. Ему казалось, что тьма специально окружила его, а Смерть вот-вот попытается навсегда забрать его душу. - Теперь ты в порядке? – Джексон понял, что не сможет оставить Марка одного в пустой темной комнате, поэтому теперь они вместе лежали на кровати Вана. Это было верным решением – отправиться на поиски Джексона, теперь Марк убедился в этом. Ему понравилось, как Джексон обнимал его, утешая, как хозяин, которого он никогда не имел, будучи наполовину кошкой, наполовину человеком. Марк понятия не имел кем он являлся в большей степени. - Прости… Я доставил тебе кучу неприятностей, верно? – Туан подтянул колени к груди, состроив виноватую мордашку. - Ну, с домашними любимцами всегда много хлопот, - пошутил Джексон, и его рука опустилась на голову Марка, чередуя успокаивающие поглаживания с ласковым чесанием за ушками. Мурлыкая от неожиданной ласки, Марк придвинулся ближе к Вану и опустил свою голову ему на грудь, слушая ритмичные удары его сердца. Уже засыпая, Марк тихонько пробормотал: - Но я не домашний питомец. Я – бездомный кот. И мне на самом деле очень-очень нужен дом… Джексон улыбнулся и, осторожно отодвинув упавшую на лицо Марка прядь темных волос, нежно прошептал: - Я буду твоим домом.