Врунишка.

      - Ну ладно, я пошел, - бубню себе под нос.       - А ну стоять!       И тут передо мной возникает абсолютная копия парня, который сейчас сидит за столиком. А может, глюки? Бросаю косой взгляд в сторону…       СИДИТ!       А этот стоит…       ТАК ИХ ДВОЕ?!       Так, спокойно.       Ну вот, уже даже коленки дрожат, и зубы стучат. Черт, черт, черт! Мало того, что их двое, что они близнецы, так еще и… ТЕ САМЫЕ ПАРНИ С ФОТОГРАФИИ, КОТОРУЮ Я РОМЕ ОТПРАВИЛ! Вернее, на фото-то был один парень, а сейчас их двое. Двойной попандос, товарищи.       - Я это…       - …Тоша ты, знаем, - и тут тот, который стоит, с легкой усмешкой складывает руки на груди, начиная меня рассматривать.       - Андрей, - шепотом произносит второй, вставая из-за столика, - мне кажется, мы его напугали. Причем конкретно так, - и подходит ко второму.       Все внимание персонала этого заведения сейчас на нас. Еще бы, два офигительно красивых и сексуальных парня стоят рядом со мной – невзрачным очкариком. А я сам что? Стою, трясусь, как суслик, уже мысленно перебираю всевозможные варианты, что они сейчас со мной сделают.       - Тош? – выхожу из своих раздумий, поднимаю лицо, встречаясь с двумя парами глаз. Только вот у одного они ярко-голубые, а у второго карие, почти черные. Вот так диковинка.       - Тош, ты не думай, - начинает кареглазый, - мы ни капли не злимся из-за фотки.       - А с чего вы взяли, что я То… Кхм, что я Антон? – да, бредовые вопросы переполняют мой мозг.       - Да брось, - влезает в разговор голубоглазый, - ты здесь видишь еще кого-то?       Отрицательно мотаю головой. С одной стороны я рад, что сейчас мне не станут считать ребра, но с другой стороны, что я теперь должен делать-то? Уйти вот так просто мне явно не дадут.       - В общем, меня зовут Рома, - кареглазый широко улыбается, приобнимая за плечи своего брата. – А это Андрей, - просто неземная улыбка касается их губ, а я застываю, как статуя. – Извини, что не признались сразу, что нас двое. Пугать не хотели.       - Хорошо, здорово. Ну, я пойду? – только хочу обойти эту парочку, как Андрей выставляет ногу, мешая тем самым.       - И куда это ты? – судя по характеру, Андрей более дерзкий, нежели Рома. И это начинает пугать.       - Домой. Извините, что так подшутил с фото. Больше не буду. Урок усвоил.       - Ты смеешься? – Рома подходит уже ко мне вплотную, обвивая руками мою талию.       Эх, отпусти меня, чудо трава! С чего вдруг меня сейчас обнимает такой красавчик? Кстати, а чего это он меня вообще обнимает?       - Ты нас с самого начала еще зацепил своим общением, - с другой стороны подходит Андрей и тоже кладет руки на мою талию. Тело пронзает молния, а сердце уже готово выскочить из груди. – И вообще, мы почему-то сразу не поверили в твой рассказ. Таким тебя и представляли. Да и пару раз ты как-то прокололся во время нашего общения. С обычным качком не поговоришь о различных книгах, которые вообще знают единицы, о фильмах, которые смотрят тоже единицы. Ты начитанный, любознательный, умный. Это все было видно в твоем общении, - поднимаю взгляд на Андрея, а тот подмигивает мне и широко улыбается.       Как это прокололся? Где хоть? Вроде бы внимательно читал всегда сообщения перед тем, как отправить. Надо бы полистать нашу гигантскую переписочку!       - Ну, бывает, - робко пожимаю плечами, а сам уже чувствую, что не только щеки горят и краснеют, а вообще все тело. Знаете ли, ко мне еще вот так никогда и никто не прикасался. А уж тем более такие красавчики.       Парни, и правда, прекрасны. Высокие, стройные; в меру накачанные тела. У обоих красивого рыжего цвета волосы, рваная челка, спадающая на глаза. Красивые черты лица, припухлые губы, огромные глаза, тонкие брови, чуть вздернутые носики. Да они просто само совершенство, по сравнению со мной. Представляю, как сейчас выглядит все это со стороны.       - Похоже, тут до кого-то слишком туго доходит, - Андрей тихо смеется и бросает взгляд на брата.       - Ты теперь наш, Тош, и только наш, - ставит меня перед фактом Рома.       У меня рот открывается, глаза округляются, будто вот-вот из орбит выскочат. Я даже сказать ничего не могу. Только стою, открываю и закрываю рот, попеременно глядя на близнецов. Нет, это как понимать, что теперь я их? Вот так вот взяли и оба решили все за меня? Да и вообще, где это видано, чтобы у пассива было сразу два актива? Такое, конечно, может, и бывает, но как это? Это же мне придется с ними обоими… сразу? Одновременно, что ли?       Паника подскакивает молниеносно. Не моргая, стеклянным взглядом пялюсь в пол перед собой, чувствуя, как лицо уже становится красным.       - Нет, сейчас мы с ним нормально не поговорим, - Рома неожиданно закидывает меня на плечо и направляется в сторону выхода. Андрей, широко улыбаясь, шагает сзади.       Покидаем кафе, идем в сторону дороги, где припаркованы машины. Открывается дверца, и меня аккуратно закидывают в салон.       - Р-ребят, а отпустите меня, а? – подаю жалкий писк с заднего сидения.       Тут оба парня оборачиваются. Прищурившись, чтобы рассмотреть их глаза, вижу, что за рулем сидит Андрей, а Рома на втором пассажирском.       - Слушай, ты чего такой пугливый? Мы ведь не требуем от тебя ничего такого вот прямо сразу.       - Такого? – снова вспыхиваю от смущения, испуганно глядя на Андрея.       - Ром, - парень переводит взгляд на брата, - похоже у нас тут проблема, связанная с общением с людьми.       - Ага, - вздыхает второй, улыбаясь.       Я же просто молча краснею, отводя взгляд. Андрей заводит машину, и мы куда-то едем. А может, припугнуть их? Скажу сейчас, что накатаю на них заяву за похищение. И все, отстанут. Стоп. А стоит ли? Вообще-то я не хочу, чтобы они от меня отставали. Это покажется странным, но они первые, от кого я не хочу бежать с дикими воплями и криками о помощи. Неужели, это любовь? Да не-е-е-ет! Какая любовь? Знаю-то их всего несколько минут. Блин! Но они такие классные! И что мне делать? Я, конечно, не против посвятить свою жизнь им обоим. К тому же они первые, кто оценили мою внешность положительно и не стали издеваться, обзывая всевозможно, и задирать. Но с другой стороны. Как я буду с ними обоими… Ну, того… Да что я, как ребенок! Как я буду с ними обоими сексом-то заниматься?! Мне от одного слова больно, а тут ведь на деле будет. Да еще и два…       - Фа-а-ак! – воплем на всю машину прерываю свои мысленные взвешивания «за» и «против».       Машина резко тормозит, и оба парня испуганно переводят на меня взгляд.       - Тош?       Убираю руки от лица, глядя на близнецов. На их лицах сейчас так и светится переживание. Неужели я им, и правда, так нравлюсь? Даже Андрей сейчас сидит без извечной улыбки, а серьезно смотрит на меня.       - Да ничего-ничего, - отмахиваюсь рукой, широко улыбаясь. А голос-то так и дрожит. У-у-у-у, предатель!       - Мы приехали, кстати, - ставит меня в известность Рома.       - Куда?       - К нам, - синхронно произносят.       - Но я не могу! Я не хочу! – выкрикиваю, когда Андрей силой вытаскивает меня из машины. – Меня папа дома ждет!       - С папой договоримся, - убеждает меня Рома, уже открывая дверь подъезда.       Все мои потуги освободиться проваливаются. Меня просто нагло тащат на нужный этаж, заносят в квартиру и усаживают на мягкий диван. Взгляд тут же забегал по комнате. Сочетание белого и фиолетового. Обожаю фиолетовый цвет. Обстановка строгая, но имеется все необходимое. Видно, что мебель и многие детали интерьера явно не из дешевых.       - А теперь поговорим, - спокойно произносит Рома и садится вместе с Андреем на маленький диванчик, что стоит прямо напротив меня.       - Дай телефон свой, - Андрей протягивает ко мне руку.       - Зачем? – изо всех сил изображаю подозрение.       - Надо, давай.       Отрицательно мотаю головой, упорно стоя на своем.       - Я не понимаю, у тебя там порнуха, что ли?       - Нет! – испуганно выкрикиваю, залезаю в карман, бросаю тому телефон, и Андрей его успевает поймать.       - Вот и отлично. Твоего папу беру на себя, - с этими словами парень покидает гостиную.       - Тош, кушать хочешь или пить? – отрицательное мотание головой. – Тошик, мы тебя не похитили. Не обидим. Просто ты действительно для нас тот самый маленький идеал. Такую пару мы себе и представляли.       Я вот думаю, мне сейчас им сказать, что у них осталось шесть дней до моего дня рождения или все-таки вообще не говорить? Это что же тогда, я не только теперь папу, но и их расстрою? Или их нет?       - Но вас же двое.       - Так тебя это смущает? – Рома делает акцент на слове «это».       - Как бы да. По сравнению с вами я мелкая букашка. Да и вообще, - опускаю глаза на сцепленные между собой пальцы рук, - я одиночка. У меня нет друзей, нет даже знакомых. В универе все только задирают вечно. Я ботан, не красивый совсем. И к тому же…       - К тому же что? – мои слова прерывает Андрей, стоя в дверном проеме.       Нет, не буду говорить. Да и как я им скажу, что боюсь обычных прикосновений, а уж секса…       - К тому же хочу пить, - тон сменяется более уверенным, но каким-то фальшивым. Андрей странно прищуривается, глядя на меня, затем все же отвечает:       - Пойдем на кухню. Кстати, папа у тебя классный. Поэтому первое время ты будешь здесь с нами жить, он разрешил. И из дома тебя не выпустим, а то сбежишь. И еще, твой папа пожелание выдал - ему, пожалуйста, двоих внуков.       Снова впадаю в шоковое состояние. Это я что же, словно Кавказская пленница, что ли? Тьфу! Еще и все старые фильмы сейчас ведь вспомню. Как пуганый зверек плетусь за ребятами.       В итоге весь день проходит за знакомством. Я более-менее отхожу от шокового состояния и ото всех событий, что произошли утром. Нет, с ними весело, интересно, и они мне уже начинают нравиться, но как партнеров своих я еще их не готов принять! Нет, нет и еще раз нет.       - Эй, куда? – непонимающе смотрю на парочку.       - Спать, - в один голос вылетает ответ.       - Вот уж нет! – признаюсь, при них я начинаю себя вести немного свободнее, но скорее это инстинкт самосохранения. – Я не лягу с вами обоими!       - Ну, Тош, мы устали и уже не в силах разложить тебе диван.       - А и не надо. У вас же есть еще спальня. Я видел.       - Блядь, - шепотом вылетает из уст Андрея, а мои губы машинально кривятся в улыбке.       - Спокойной ночи, - усмехаюсь и покидаю комнату близнецов.       Поудобнее устраиваюсь на большой кровати, предварительно сняв с себя всю одежду, кроме боксеров; откладываю на тумбочку очки и уже через пару секунд засыпаю. До дня рождения шесть дней…       - Доброе утро, малыш.       Захожу на кухню под синхронное приветствие своих «похитителей». И как им удается вот так в один голос и одновременно всегда? Заранее, что ли, договариваются?       - Доброе, - бросаю смущенный взгляд на Рому, который сейчас стоит возле плиты, а вид его просто выбивает все разумные мысли. Спортивные штаны на бедрах, голый торс, прикрытый лишь маленьким фартуком. Господи, дай мне сил!       И тут вдруг Андрей подходит ко мне, неожиданно за талию притягивает к себе и только хочет меня поцеловать, но облом. Мне на помощь успевает Рома, который, как следует, бьет лопаточкой для готовки брата по голове.       - Я же сказал, не переборщи! – пока те начинают препираться, быстренько ретируюсь в комнату и запираюсь! Ишь, чего захотели. Я живым не сдамся. А-а-а-ай, опять трясусь, как лист осиновый!       В итоге весь день просидел я в комнате голодный. До дня рождения четыре дня…       - Тош, ну тебе такие очки, и правда, больше идут.       Эти засранцы силой затащили меня в оптику, убеждая, что мне нужны более современные очки. Видите ли, даже их дедушка уже не носит очки в такой оправе, как у меня. После часа уговоров согласился, а что мне остается? Иначе Андрей опять бы силой потащил на плече.       - Хорошо-хорошо, я согласен!       Близнецы самодовольно улыбаются. Тут уже Рома подходит ко мне вплотную, как-то плотоядно улыбаясь. Только склоняется ко мне, вытягивая губы трубочкой, как получает в ответ:       - Я тебе сейчас так тресну по твоим фаберже, что ты у меня до конца жизни будешь разговаривать на повышенных нотках в голосе!       - А наш малыш меняется на глазах. Как меня заводит его дерзость!       Бросает мне в спину уже Андрей, а я злой, как никогда, покидаю магазин, направляясь к машине. До дня рождения два дня…       - Как же хорошо, - расслабленно сижу себе в ванне, как вдруг дверь открывается, и заходят оба голые близнецы. – Да вы шутите, - взгляд невольно падает на их достоинство. От этой картины все мои мысли, что между нами что-то все-таки возможно, моментом отпадают.       - Только попробуй нас выгнать! – с рыком слетает с губ Андрея, и они забираются ко мне в джакузи. – Мы устали, как будто на нас пахали. А всего-то отцу помогли в компании.       Я решаю тактично промолчать, руками быстренько забирая себе всю пену, дабы прикрыть назревающий стояк. Да от их вида никто не удержится, хочет того или нет! И я вот тоже не железный.       Только я блаженно прикрываю глаза, как спустя пару минут чувствую, что кто-то меня усаживает на себя, обнимая со спины. Открываю глаза, но с меня тут же снимают очки.       - А ну верни! – кричу во весь голос, но мое лицо за подбородок чуть запрокидывают назад, и моих губ касаются чужие губы. Первый в жизни поцелуй, такой нежный, не требовательный. Чувствуется привкус сигарет. Значит это Андрей. Из близнецов только он курит, хоть и редко.       Спустя пару секунд уже Рома начинает бережно ласкать мое тело спереди. Покрывает грудь легкими поцелуями, вырисовывает незамысловатые узоры языком, начиная ласкать соски. Обе его руки скользят по моим бедрам. Рывком тянет на себя, и я чувствую, как его эрегированный член трется о внутреннюю часть бедра. Только Андрей собирается проскользнуть языком в мой рот, как я чувствую, что что-то твердое упирается мне в колечко мышц. Тело само начинает реагировать, и я, подскочив, едва удержавшись на ногах, с силой отталкиваю Рому. Быстро выбираюсь из джакузи, молча выбегая в коридор. До дня рождения один день…       - Как думаешь, сейчас опять тебе прилетит подушкой, а мне с ноги? Или сегодня наоборот? – сквозь сон слышу тихий бархатистый шепот Ромы.       - Я вас обоих сейчас с балкона спущу, - резко подпрыгиваю на постели, закутываясь в одеяло, и прожигаю злым взглядом близнецов. – Вы какого лешего опять в моей постели делаете?       И вот так каждый день. Каждое утро, пока живу у этих верзил, я просыпаюсь, а они сладко сопят рядом. Один с одного бока, другой с другого.       - Антош, - словно с мольбой в голосе произносит Андрей, - мы пять дней уже за тобой ухаживаем, заботимся о тебе. Ты вроде бы даже принимаешь нас, как партнеров, а спать вместе все еще не разрешаешь!       - Да знаю я вас потому что! Мне хватило того, как мы вместе ванну принимали, - Рома краснеет, виновато опуская глаза. – Что, стыдно? А вот тогда вам, видимо, было не стыдно, раз вы так смело меня зажали между собой и кое-кто, - снова бросаю грозный взгляд на Рому, - хотел мне вставить! Вы же знаете, что я даже само слово «секс» боюсь произнести, а уж заниматься им тем более!       - Произнес! – весело восклицает Андрей и тычет в меня пальцем.       - У-у-у-у-у-у, достали, чертовы кролики!       Спрыгиваю с постели, все еще прикрываясь одеялом, как вдруг:       - А ты ничего сказать нам не хочешь, Тош? Например, что завтра тебе исполняется восемнадцать?       Оборачиваюсь и одновременно с Ромой устремляю удивленный взгляд на Андрея. Видимо, папа сдал меня, когда близнец с ним по телефону разговаривал! Ну я ему устрою!       - Блин. Да, я хочу вас! Я хочу в будущем детей! И, черт возьми, я хочу измениться! Но вас двое. И именно этого я боюсь.       - Тош, - Рома начинает меня заманивать пальчиком, чтобы я вернулся к ним на постель, - мы же любим тебя и уже не раз тебе в этом признавались. Мы будем очень нежно, и больно не будет. Хотя, вру, будет…       - Вот! А я о чем?! Смерти моей хотите?!       - Да хватит тебе! – похоже, Андрей начинает злиться. Упс, – первый раз всегда больно, всем. Но один раз стоит потерпеть ради дальнейшего удовольствия.       - Я сказал нет! – хлопнув дверью, покидаю комнату.       Весь день я просидел один в гостиной. Близнецы периодически проходили мимо. То на кухню, то в ванную, то на балкон. Но при этом ни один из них даже не взглянул на меня. Неужели обиделись? Бойкот мне объявили, значит? Ну хорошо. Будет так!       - А вы куда? – надеваю очки, услышав шуршание в коридоре.       - Гулять, - грубо и холодно произносит Андрей, а Рома вообще молчит и взгляд отводит.       - Но ведь уже поздно, - встаю с дивана, начиная теребить рукой край футболки Ромы, что еще днем стащил у него.       - И что? Тебе разве так важно, где мы, что делаем и так далее? Мы уже неделю носимся за тобой, в любви признаемся, а в ответ только и получаем пощечины, удары всем, чем только можно их нанести, и бранные слова-оскорбления. Надоело, блин. Ром, пошли.       Рома бросает на меня украдкой грустный взгляд и уходит. Дверь закрывается. В квартире наступает тишина, и я остаюсь стоять посредине комнаты.       И почему я плачу вдруг? Рукавом футболки начинаю смахивать непрошеные слезы с щек, усаживаясь все на тот же диван. Неужели я все-таки влюбился в них? Если нет, то почему внутри так больно от слов Андрея? Вот же дурак. Сам просто взял и оттолкнул их. Да тут даже думать нечего! Я хочу быть с ними. Хочу, чтобы они стали моими партнерами на всю жизнь. Только моими. И я действительно очень хочу их! Решено. Сейчас напишу им, они вернутся, и беру инициативу на себя. Хватит уже строить из себя пай-мальчика и тихоню. К тому же с ними я становлюсь совсем другим человеком.       Начинаю набирать сообщение Андрею. Отправлено. Вдруг, наверху раздается мелодия. Ты серьезно? Быстро строчу смс Роме. Отправлено. И снова мелодия на втором этаже играет. Значит оба телефоны оставили? Неужели настолько злятся? Вот блин…       Время приближается к полуночи. За дверью слышатся какие-то разговоры и шорохи. Подпрыгиваю с дивана, распахиваю дверь, и тут меня настигает бешеная злость. Эти амбалы стоят прямо возле двери и зажимают какого-то парня. Тот, судя по всему, очень даже рад, что такие парни сейчас его лапают.       - А ну-ка, - хватаю за запястья обоих и со всей силы тяну на себя. Те, словно только и ждали этого, покорно подходят. – Прости, милый, но эти близнецы МОИ! – последнее слово особенно выделяю интонацией.       Разворачиваюсь, заталкивая в квартиру сначала Рому, а следом и Андрея. Те только издают тихие смешки, начиная снимать с себя верхнюю одежду и обувь.       Не выдерживаю, резко разворачиваю к себе Рому, хватая того за ворот рубашки, и тяну на себя, заставляя чуть нагнуться. Не даю тому сказать и слова, впиваясь в его губы поцелуем. Обвожу их контур, прикусываю нижнюю, чуть посасывая. Его руки оказываются на моей талии, и он прижимает меня к себе. С моих губ слетает тихий первый стон, когда Андрей горячо выдыхает мне на шею, начиная кончиком языка скользить от мочки уха до самого основания шеи.       - Неужели решился? – со смешком интересуется Рома, обрывая сладкий поцелуй.       - Да, - произношу неуверенно, но понимаю, что теперь назад дороги нет.       Андрей привычно подхватывает меня на руки, и мы втроем идем в одну из комнат. Снова близнецы зажимают меня между своими телами, и я даже не замечаю, как наша одежда оказывается на полу. Подтолкнув меня, Рома кивает в сторону постели. Залезаю, усаживаясь у изголовья, подтягивая к себе дрожащие коленки.       - Не бойся, - шепотом произносит Андрей, когда они оба ложатся рядом.       Рома поворачивает мое лицо к себе, даря новый и уже более чувственный поцелуй. Скользит кончиком языка по ряду зубов, по небу, смело сплетаясь с моим языком. Андрей начинает руками исследовать мое тело. Касается плеч, груди, тонкие пальцы игриво скользят по впалому животу, вырисовывая какие-то узоры. Когда его губы начинают ласкать соски, невольно вздрагиваю, испуская новый более громкий стон наслаждения.       - Иди ко мне, - Андрей ложится на спину, утягивая меня за собой. Секунда – и я уже сижу на нем. Щеки окутывает заметный румянец, смущение вмиг дает о себе знать.       Рома устраивается сзади. Его теплые руки, обжигающие кожу прикосновения заставляют в один миг потерять рассудок. Голубоглазый запускает пальцы в мои волосы, притягивая меня к себе. Страстный поцелуй, сминающий губы до боли, первый крик, когда Рома вводит в меня один палец. Больно, больно и непривычно.       - Тише, малыш, - склонившись, шепчет мне кареглазый. – Я достаточно смазал. Сейчас станет легче.       Свободной рукой Рома надавливает мне на спину, заставляя полностью лечь на Андрея. Подчиняюсь, и снова давлюсь вскриком, когда в меня вводят еще два пальца. Рома замирает, давая привыкнуть. Но боль такая, что меня вот-вот вывернет наизнанку. Чтобы отвлечься, сам завлекаю Андрея в долгий поцелуй. Кареглазый начинает медленно растягивать, до тех пор, пока боль не отходит на второй план. Страстные поцелуи, обжигающая тело ласка – все начинает медленно сводить с ума. Я хочу этого. Хочу так же, как и они.       Подаюсь вперед, соскальзывая с пальцев Ромы. Приподнимаясь, сам подставляю возбужденную плоть Андрея к колечку мышц и с тихим шипением начинаю медленно насаживаться. Андрей с рыком запрокидывает назад голову, когда его член оказывается полностью во мне. Упираясь ладонями в его грудь, приподнимаюсь, затем снова насаживаюсь. Одна рука голубоглазого ложится на мой член, начиная скользить по всему стволу. Рома, придерживая меня за талию и помогая двигаться, чуть поворачивает мою голову, склоняется и накрывает мои губы нежным поцелуем. Но мне этого мало. Проталкиваю язычок между его приоткрытых губ и с очередным стоном, начиная целовать его долго, жадно, словно это наш последний поцелуй. Одна рука Андрея по-прежнему ласкает мой член, когда вторая с силой, до боли сжимает ягодицу. Он начинает подмахивать бедрами. Смущение уходит, оставляя волю желанию и безграничному удовольствию. От нахлынувшего удовольствия прикусываю Роме нижнюю губу, когда первый оргазм накрывает с головой. Грубый толчок – и Андрей с протяжным стоном, что воедино сливается с моим, кончает в меня.       - Продолжим, - губы Ромы кривятся в улыбке, когда они с Андреем встречаются взглядом.       Не намереваясь выходить из меня, Андрей снова прижимает меня к себе, заставляя лечь. Снова приятный холодок от смазки вокруг ануса.       - Он же… - как только могу громко выкрикиваю, когда уже и Рома начинает медленно в меня входить.       - Потерпи, хороший мой, - шепчет он, войдя наполовину.       Новая порция боли. Более жгучей, сильной. Такое чувство, будто сейчас внутри все разлетится на мелкие куски.       - А-а-ах, - утыкаясь лицом в шею Андрея, тихо вскрикиваю, чувствуя, что кареглазый уже вошел полностью. Такое чувство наполненности. Боль, смешанная с удовольствием. Неужели такое возможно?       Неожиданно Рома тоже склоняется, искоса смотрит на меня, и его губы касаются губ Андрея. От такого зрелища у меня глаза лезут на лоб. Нет, меня это не смущает, меня это заводит еще сильнее. Когда их поцелуй обрывается, они синхронно начинают двигаться. Тело пронзает мелкая дрожь, комната наполняется криками-стонами. Их губы исследуют мое тело, оставляя на нем засосы, укусы. Боль утихает окончательно, когда близнецы чуть ускоряют темп, насколько это позволяет положение. Череда резких и грубых толчков, оглушительные стоны, приятные мурашки по всему телу, и я снова кончаю, пачкая белесыми каплями себя и Андрея. Толчок, еще один – и близнецы одновременно кончают, изливаясь внутрь своим семенем.       Еще на минуту мы застываем, молча слушая биение сердец. Рома осторожно выходит из меня, а за ним следует и Андрей. Обессилено падаю на кровать, а эти двое ложатся по обе стороны от меня.       - Мы любим тебя, - снова синхронно и снова эта их любимая счастливая улыбка.       - И я вас люблю, - глядя то на одного, то на второго, тихо посмеиваюсь.       - И, кстати, с Днем Рождения, малыш.       Приподнявшись, Рома нежно целует меня. То же самое проделывает и Андрей.       - Что такое? – с улыбкой интересуюсь, когда близнецы, глядя на меня, как-то подозрительно улыбаются.       - Ну я ведь сейчас опять! – смеюсь и закрываю лицо руками, когда эти дурные снова начинают целоваться. Теперь, чувствую, от одной лишь мысли об их поцелуе буду возбуждаться.       Одновременно целуют меня в обе щеки, заваливаются рядом, крепко обнимая, и мы погружаемся в сладкий сон.

***

      - Офигеть!       Сквозь сон слышу восторженный возглас Ромы. И чего им не спится в такую рань? Открываю глаза, и тут же встречаюсь с двумя парами любимых глаз. Близнецы внимательно рассматривают меня. Глядя на них, начинаешь думать, что только слюней им, капающих изо рта, не хватает.       - Вы чего?       Андрей молча указывает мне в сторону зеркала. Точно! Совершеннолетие! Резко поднимаюсь с кровати, но теряю равновесие, падая на пол.       - Вот блин, - боль в пояснице такая, что хоть вой. Бросаю исподлобья взгляд на этих двоих, а те отворачиваются, типа не при делах такие. У-у-у-у, гады! Отомщу!       Кое-как доползаю до зеркала и прихожу в восторг. Мое преображение внешнее произошло именно так, как я и мечтал. Нет больше в отражении того унылого и серого ботана. Сейчас я вижу парня с длинными волосами цвета корицы; рваная челка спадает на правый глаз, почти прикрывая его. Тонкие брови, пушистые густые ресницы, слегка припухлые губы розоватого оттенка. А самое главное – глаза. Всю жизнь мечтал, чтобы у меня были именно такие глаза. Правый - небесно-голубого цвета, что прикрывают концы челки, а левый - карий, почти черный.       - Да, придется привыкнуть к такому. Ты же теперь как часть нас, - близнецы садятся рядом со мной на пол. Смотрю в отражение и нет слов. Ведь мои мальчики именно такие – один кареглазый, а у второго глаза голубые. Вот она, судьба.       - Только, Тош, - Рома откидывает с плеч пряди волос, и моему взору является кольцо-узор вокруг всего основания шеи.       - Я убью вас! Клянусь! – забыв про боль, подпрыгиваю и со всех ног бегу за близнецами, что бросаются врассыпную по первому этажу.       - Тошенька, ну ведь все будет хорошо. Ребеночек – это радость.       - Андрей! – перевожу дыхание, стоя возле лестницы. – Это радость, но не когда ты на первом курсе! Вы что, не могли резинки использовать?       - Да, а когда бы мы успели?! – возмущается Рома. – Ты на нас так накинулся, что мы и забыли совсем.       - Значит так, дорогие вы мои, я буду учиться, а вы будете в няньках! Иначе убью обоих!       - Ром, мы из скромницы сделали тирана, - звонко смеется Андрей, и тут его смех подхватывает Рома.       - Идиоты, - не сдерживаясь, уже начинаю сам смеяться.