Повесть о том, как я заебался

Тайлер открыл глаза и не узнает меня Каждый день в новой шкуре просыпаемся Он и я - мы не виноваты в обоюдном безумии. [*] Как же я заебался. Тайлер, ты и представить себе не можешь. Ты лежишь там. Ничего не видишь, никак не реагируешь. Но, наверное, всё же что-то чувствуешь, я надеюсь... Мне уже раза два или три сказали, что мне позвонят, если состояние улучшится, и что нет ровно никакого смысла таскаться сюда уже третий месяц подряд, ведь... ну... тебя нет... Так они сказали. Но хождение по знакомому пути стало своеобразной мантрой моей жизни. Кажется, если прервать круг, магия разрушится, и я больше не смогу сделать вдох или шаг. Больше не смогу жить. Никак. Поэтому я встаю каждое утро в 6:15, наступаю на кончик хвоста коту, но он уже даже не мяукает в ответ. Знает: я никак не отреагирую. По ночам он спит на моей груди. Это немного облегчает боль. За это каждое утро в 6:18 я иду его кормить. Такой вот симбиоз поддержания воображаемой жизни. Я не мылся уже недели две. Но почему-то, проходя мимо зеркала в спальне, я всегда останавливаюсь и смотрю на себя. В упор и не моргая. Как будто силюсь рассмотреть в поблёкших радужках ту силу, что заставляет меня вставать каждое утро и кормить моего кота. Смотрю и не нахожу её. Потому что там ничего нет. В моих глазах сплошная мгла и мусор. Как будто весь район Бумажной улицы загрузили в голову и душу, а глаза транслируют содержимое наружу, как два маленьких телекоммуникатора. Опускаю глаза в пол, встречаю взгляд почти таких же усталых, но намного более ярких зелёных глаз. Встревоженных и напуганных, ничего не понимающих. Но я не в силах объяснить. Да и какое дело коту? Эй, у тебя же есть еда, болванище. Иди ешь. А потом спи. А потом опять ешь. И умри сытым и довольным котом на моей кровати. Вместе со мной. А если нет, то тебе будет так же плохо. И кошачьи глаза говорят мне, что хуже уже не будет. Так что всё в порядке. И надо есть, а потом идти. Вернуться, лечь спать, выключив свет и голову. Потом проснуться в 6:15 и не забыть покормить меня... тебя. Нас. Поддерживать существование ради крошечной искорки света, что есть у нас, мелкий. Да, ты прав. Просто нет другого выхода, нет других шансов. У меня нет сил на то, чтобы убиться, а убить тебя я просто неспособен. Так что... нам придётся жить. И верить, что он вернётся к нам. Что однажды, когда я приду в больницу, открою дверь палаты, кивну медсестре и пододвину свой ставший уже родным и уютным коричневый стул поближе к койке, уставшие глаза с красными лопнувшими сосудами вдруг сдвинутся с нулевой точки, и моё сердце начнёт биться чаще. А кот в квартире радостно поймает и сожрёт свою первую весеннюю муху. А когда я приду, довольно заурчит и затрёт насмерть мои тощие ноги. Даже до того, как я скажу, что его хозяин наконец-то вернулся домой. *** Ну вот. Знакомый маршрут. Здесь налево, а там стройка уже почти два года. Мои пятки шкрябают по доскам, я дышу пылью и измельчёнными частицами стекловаты. В голове одна мысль: у кота заканчивается корм. И рыба. Он любит рыбу. На обратном пути мне нужно отклониться от привычного маршрута и зайти в магазин. И... да. Вот уже ворота. Чёрные, кованные. Как будто ты лежишь в чёрном замке. Охраняемый кучей стражи, а я должен пробраться на верхушку самой высокой башни и разбудить тебя... поцелуем, да. В последнее время я не нёс абсолютно никакой ответственности ни за свои мысли, ни за свои действия. Но, поскольку мне абсолютно не хотелось ни что-то делать, ни о чём-то думать, никакого вреда окружающему миру моя безответственность не принесла. А в моей голове болтались и плавали вот такие мысли, особых эмоций не вызывая, но всё же зачем-то же они приходили. Наверное, моё сознание пыталось выловить в наигранной романтике какое-то светлое слово типа любви и преданности. Сказать мне, что, мол, я люблю этого придурка, что за этим я хожу сюда, как одержимый демонами (может, я и правда ходил в больницу по воле какого-нибудь большого красного монстра из преисподней - кто знает?), что это помогает мне держаться... Но нет, им до меня не достучаться. Я глух и нем ко всем известным людям эмоциям. Я не приму их в себя. Только не сейчас. Иначе я иссякну напрочь. Если мне придётся чувствовать и разбираться. Я не смогу дожить до твоего пробуждения. Нет, не на этом сейчас надо сосредоточиться. Нужно купить корм коту и поесть. Самому что-то поесть. Я должен быть сильным, я должен ходить, разговаривать, снимать с карточки деньги. Я должен. Пока так надо. И я буду. Обязательно. *** Всё как надо. Пришёл, кивнул медсестре, пододвинул стул. Я - хороший мальчик. Сижу, а в голове что-то гудит. Какие-то звуки сирены, или стоны... или что-то наподобие того, как киты общаются между собой. Утробными сигналами. Как эффект Допплера. Туда-сюда в голове. Раньше не было такого. Наверное, пришло время мигрени... От этого меня избавит кот. Но только ближе к концу дня. А сейчас я просто сижу на стуле, молчу и не обращаю внимания ни на что, кроме бегущих ломаных линий на кардиомониторе... Жду. Рассеянно провожу взглядом по обшарпанным белым стенам, рассматриваю складки простыни, что покрывает твои ноги. То, как свет из окна ложится на твою кожу. Твоё лицо в тени, я специально поставил подушку так, чтобы солнечный свет не мешал тебе... спать. Да. Казалось, ты спишь, да и только. И стоит дотронуться - проснёшься. Улыбнёшься во все 32, хищно оскалишься, разомнёшь костяшки и побежишь навстречу ветру и закату. Унося с собой все мои печали и тревогу. Вернёшься поздно ночью с кормом для кота. Покормишь его, а потом будешь долго сидеть в кресле , чесать его за ухом, пить пиво и читать очередную статью о разбое твоих обезьянок. И тихонько жмуриться от удовольствия. Я выйду из спальни, когда уже будет поздно, часа в 3 утра. Выйду на приглушённый свет, отбрасывая неясную, дрожащую в свете лампы тень. Наткнусь на твой расфокусированный взгляд... и... я не знаю, что потом. Но я бы так хотел узнать. Что же там, после взгляда. Что будет, Тайлер? Что будет с нами? *** Так проходит ещё неделя. Очередная. Такая же, как и несколько десятков до неё. Такая же, как и несколько сотен последующих. Коту разонравился корм, и теперь я развлекаю себя поисками того сорта, что пришёлся бы ему по вкусу. А может, он просто заболел, и нужно бы и его сводить в больницу? Обязательно. Главное - не забыть. Магазин для питомцев в Икее работает с восьми до шести. А при нём вроде есть ветеринарная клиника. Я должен успеть. Хотя ещё никто и никогда не пытался выгнать меня из палаты Тайлера, я всегда приходил и уходил в одно и то же время. Ровно через три часа после привычного "Без изменений". Ровно тогда, когда от накрывающих воспоминаний начинает кружиться голова, и я забываю, как делается вдох. Так происходит всегда. Иногда я задаю себе вопрос: на сколько же может хватить этих воспоминаний? Кажется, будто я провёл с ним всю свою жизнь. И даже где-то там, ещё до неё, мы тоже были знакомы. И я как будто что-то вспоминаю. Но... ведь это невозможно. А может быть, всё только кажется, а мысли на самом деле движутся по кругу, не задевая сознания. И все мои воспоминания, на самом деле - одна большая иллюзия больного уставшего мозга. Да. Ещё немного, и меня самого запрут в больнице. Выгляжу я уж точно хуже Тайлера, которого кормят внутривенно. *** То ли стоны, то ли гул, то ли голубые киты никак не желали покидать мою голову. Даже кот не смог убрать их, хотя усердно старался, каждую ночь перекрывая мне кислород шерстяной подушкой на голове. Но они не мешали мне. Я привык. Я привыкал ко всему с поразительной скоростью и гибкостью. Наверное, если бы меня каждое утро на выходе из дома ждал удар плетью по заднице, ровным счётом ничего бы не изменилось. Из меня создали шаблон. Отклонение от нормы - ошибка системы. Да и зачем что-то менять сейчас? Кому бы от этого стало лучше... Ещё чуть-чуть, и меня даже всё это начнёт устраивать. Я записал кота в ветеринарку. *** Почти 5 вечера. Я сижу, каменный, как стена моего офиса, не шевелюсь, не думаю. А ведь надо вставать, куда-то идти, что-то делать. Но я не могу двинуть даже кончиком мизинца. Чувство такое... будто не нужно ничего делать, не нужно даже пытаться сопротивляться силе, что поработила меня. Бессмысленно и напрасно. Как будто всё уже кончилось, и дальше будет только покой. И ещё немного, и мы встретимся. Но не здесь - там. Я приду к нему. Наверное, так нужно было сделать это уже давно. Ведь он ждёт меня. Думает: болван Джек, никак не может додуматься, а ведь всё так просто. "Тайлер открыл глаза и не узнаёт меня" Нет, я этого не вынесу. Лучше умереть сразу. Чтобы не знать. Не видеть. Не чувствовать. Ещё немножко. Я уже иду, друг.