Райский Ад

Всегда знал о том, почему Бальтазар прекратил давать мне задания связанные с маньяками и самоубийцами, просто не люблю, когда меня пытаются так явно защитить. Тот случай изменил многое, и показал мне, что я далеко не со всеми проблемами могу справиться один, не прося помощи у другого демона. Я всегда работал в одиночестве. Даже когда был в команде, старался отделиться от группы, лишь бы сделать все одному. И даже когда пришел в этот отдел, отказывался от компаньонов, думал, что уж мне-то нечего бояться. Страх. Я уже давно забыл, что это такое. Я живу с ним каждый день, и он давно стал частью меня, но это не обычный страх, а лишь один из его видов, тот, от которого я беспокоюсь о своем будущем. Но это явно не тот страх, который бы я мог испытать на поле боя. Когда произошел раскол демонов на тех, кто остался в видоизмененном аду и тех, кто сбежал на Землю, оказалось, что мы будем постоянно воевать со своими же собратьями. Иных демонов это напрягало, меня лично – нет. Это даже забавляло меня, когда я расправлялся с теми, кто не считал такого демона, как я, достойным соперником. Многие судят о силе по рогам… Именно после мира, что был заключен между ангелами и демонами, те, кто скрылся в мире людей, занялись тем, что продолжают подговаривать людей на убийства. Это им куда больше нравится, чем что-то другое. Вот и когда пошел на очередное дело, я не ожидал, по своей глупости, что за человеком, методично совершающим убийства, стоит демон, скрывающийся от нас, тех, кто остался в аду. Он хорошо замел все свои следы, но был искушен чем-то и решил выйти из своего укрытия, желая не позволить мне убить его подопечного человека. Как сейчас, так и тогда я отличался дерзким нравом, бездумно следовал за своими желаниями, не предполагая, что когда-нибудь это может мне аукнуться огромными проблемами. Я не помню точно лица того демона, но рога его были длинными и чуть закручивались на конце, их цвет был черный, такой же как и у волос, туго заплетенных в косу. Поймал он меня в тот момент, когда я вел охоту на человека и сам стал жертвой, того еще не подозревая. Он был не менее дерзким, чем я: прижал к стене, лизнул щеку, будто я какая-то собственность, и этот демон имеет право на подобное обращение со мной. Мне повезло, что он сразу же не попытался разделать меня на куски, обманувшись моей внешностью, предположив, что со мной можно поиграть, прежде чем прожевать. Я ударил его, и, так же, по глупости своей, кинулся прочь, не добил, еще надеясь поймать человека, что уже начал резать очередную свою жертву. Чувствовал этот свежий запах невинной души, которую разделывают, как ягненка. Нет. Это не было желание помочь человечеству очиститься от грязи. Просто моя работа – ничего более. Но я никогда не пренебрегал своими обязанностями, и не желал в тот раз быть отчитанным за смерть невинного человека. К тому же на моем счету не было ни одного проигранного дела. Тогда я поплатился за свое решение тем, что этот демон смог застать меня врасплох. Он кинулся за мной следом, быстро очнувшись после удара об стену, а я не ожидал такого поворота событий, из-за чего на некоторое время лишился руки. Восстановить ее у меня не было в тот момент сил. Уставший за то время, когдя я запугивал маньяка, проектируя ему в мозг различные картины ожидающего его будущего, все, что я мог – лишь вернуть ее в кратчайшие сроки, пока не исчезла связь с левой рукой. А он смеялся, держал ее у себя в руках, будто у него появилась третья, и его смех я не забуду никогда. Вот в тот момент я испытал невыносимый страх, что буду не только с физическим изъяном, но и навсегда лишусь этой части тела. Пусть и не главная рука, но даже такое могло ужасным грузом упасть на весы моей состоятельности для отца, тогда бы я тут же потерял всякую возможность вернуться в семью. Черная, такая же гадкая жидкость, что и у всех демонов, вытекала из ровного среза на плече. Первое время боли не чувствовал, пока связь с рукой не начала теряться, и вот тогда в моем сердце, которого нет, засел такой страх, которого прежде там не было никогда. Я убил его. Убил того демона, но это стоило мне безумных мук, а так же первой и единственной невинной жертвы со стороны человечества, которая висит на моем счету как ошибка. Когда я вернулся в ад еле живым, Бальтазар не ругал меня, нет. Он даже не высказал и слова, что я и до этого подвергал себя такой опасности, просто в этот раз мне «повезло» встретить демона, стоящего за человеческим пороком. Бальтазар, не сказав ни слова, отправил меня в недельный отпуск, где я все больше корил себя за глупость, и трогал свою левую руку, ища хоть шрам или след, который напомнил бы мне об этой ошибке. Но я демон, и на коже не осталось и полоски от среза. Вернувшись на работу, я был прежним, а вот Бальтазар решительно отложил себе где-то в голове, что мне нельзя давать задания, связанные с убийствами. Вот и получаю уже долгое время лишь глупых педофилов. И даже сейчас, когда уже прошло так много времени с того события, Бальтазар почему-то переживает за меня, при этом я уже вроде бы и согласен работать с кем-нибудь в команде, но именно теперь он высказывается против этого. Можно ли предположить, что он ревнует меня? Глупые мысли засели в голове, иначе не скажешь. Но о чем еще можно думать, когда в клубе играет такая ужасно ангельская музыка, убивающая во мне эстета? А вот Бальтазар, идя вперед, как ледокол, заставляя расступаться демонов в стороны от него, явно наслаждается чем-то, и улыбка не сходит с его лица, даже когда он выводит меня в центр зала, а я начинаю усиленно себя ругать за это желание выйти сюда, где так прекрасно слышны все аккорды песни. О, Дьявол, дай мне сил выдержать этот рай, что я сам создал для себя. *от автора* Меня порадовали артами вчера. tomik-kaz http://vk.com/photo-33781768_284347575 - Бальтазар и http://vk.com/photo-33781768_284374180 - Юлиан Ира Кулешова http://vk.com/photo-33781768_284357929 - Юлиан