Признание Цветущей Вишни

      Время уже перевалило за полночь, а красавица с длинными розовыми волосами и большими зелеными глазами, сидела на мягком диване около огромного аквариума и пила вино из бокала, внимательно наблюдая за тем, как экзотические рыбки плавали в толще воды и весело пускали пузыри.       — Так вот ты где спряталась, — вдруг раздался над ее ухом тихий и такой приятный для ее слуха шепот мужчины.       Обладательница изумрудных глаз от неожиданности дернулась на месте, при этом чуть ли не выронив бокал и не пролив красное вино на свое новое платье.       — Какаши? — удивленно произнесла его имя Харуно, посмотрев на него, и тут же заалела, но благо тусклое освещение спасало ее от пронизывающего взгляда Хатаке.       «Что мне делать? Что?»       — Знаешь, — обойдя маленький столик, начал говорить он, — ты подкинула мне пару проблемок, сбежав со своего же, как я замечу, праздника, — продолжал говорить мужчина, присаживаясь на другом конце дивана.       — Извини, — тихо произнесла певица, опустив голову, чтобы не видеть его осуждающий и рассерженный взгляд (так она думала). — Но я…       Харуно спрятала глаза своими длинными волосами, которые за долгое время пребывания в этой комнате, оказались распущенными. Заколка, что держала всю прическу, спокойно лежала на столе рядом с бутылкой дорогого вина.       — Ты решила побыть одной, — закончил он за нее, на что девушка кивнула головой, подтверждая его слова, но все так же боялась посмотреть на него. После случившегося, кстати, именно по ее инициативе, знаменитости, было, неловко находится в одном помещении с ним, тем более вести разговор.       «Ведет себя так, словно ничего и не произошло между нами…» — от такой мысли, которая возникла в ее голове, девушке стало как — то обидно и неприятно.       — Я даже знаю причину.       — Знаешь? — от такого прямого заявления ее дыхание замерло, как и сердце в груди.       — Да, — просто сказал он, обратив свой взор вперед себя, стараясь не смотреть на столь милое и завораживающее создание подле себя. — Мне Мио все рассказала.       — Все?       Хатаке лишь кивнул головой, сомкнув руки в замок.       — А что… — запнувшись, Сакура продолжила дальше свою прерванную реплику, — именно она тебе рассказала?       Не заметив, а может, сделав вид, что не заметил паузу в ее фразе, он бесшумно встал и подошел к маленькому шкафчику, что стоял не далеко от мягкой зоны. Взяв другой бокал, он так же тихо вернулся на место и налил себе красного вина, что до этого пила его «звездочка» и сделал маленький глоток.       — Что ты перед выступлением несколько ночей не спала, готовясь изо всех сил к фестивалю и, особенно к его завершению.       — А… что еще?       — С чего вдруг тебя это так заинтересовало? — отпив еще чуть — чуть, задал интересующий вопрос Какаши, взглянув на Харуно изучающим взглядом.       — Просто так, — и певица вновь спрятала свои глаза под челкой. — Не бери в голову, — уже тише добавила она.       — Я понимаю, что ты очень устала за сегодня, да и вообще, но, — спустя минуты тишины вновь заговорил мужчина, — так больше не делай. Я все же волнуюсь за тебя и переживаю.       — Извини, — только и произнесла девушка, уткнувшись в подушку мягкого кожаного дивана.       — Я прощаю, но…       — М-м-м…       — Впредь меня предупреждай, что хочешь побыть одной. Хорошо? Я, тогда хотя бы смогу приготовить что — нибудь в ответ на расспросы твоих друзей.       — Хорошо, — и именно в этот момент ее мобильный телефон зазвенел приятной и звенящей мелодией, в туже секунду прервав разговор между ними, и оповещая свою хозяйку о том, что она кому — то сильно нужна в столь поздний час.       Осторожно поставив бокал на столик, певица наклонилась вперед, чтобы его достать из маленькой сумочки. Именно этим, на ее взгляд безобидным, действием она привлекла все внимание рядом сидящего человека. Какаши, кинув свой взор на декольте знаменитости, тут же ощутил, как по всему его телу прошлась волна дикого и необузданного желания. <i>«Нельзя!»</i>       Через силу оторвав взгляд, мужчина, сжимая кулаки, отвернулся в другую сторону, лишь бы только не смотреть на нее, не смотреть на свою любимую «звездочку». Он и не думал даже, что разлука в три с половиной месяца так сильно и так кардинально изменит девушку, конечно же, в лучшую сторону. Если говорить начистоту, то он морально не был подготовлен к этому стечению обстоятельств и такому подарку Судьбы. И потому, когда он сегодня вечером увидел ее в столь прекрасном и божественном одеянии, первое, что ему хотелось сделать так это крепко, но в тоже время нежно, обнять ее и поцеловать. Так как только может он: нежно, трепетно, любяще. Но, он все же смог побороть свои желания, хотя, сознание просило поддаться им, поддаться вперед и насытиться этим прекрасным созданием сполна.       Наконец — то отыскав рукой свой вибрирующий телефон, Харуно первым делом взглянула на дисплей. Улыбнувшись, она провела пальцем по экрану, тем самым ответив на вызов.       <i>«И кто может звонить ей в столь поздний час? — вдруг задался вопросом Какаши, изредка посматривая на счастливую девушку. — Если только не… — и дальнейшие мысли мгновенно разозлили его».</i>       — Наруто?! — то ли спросила, то ли воскликнула она. — Что — то случилось?       «Если только не…ее парень», — закончил свою незавершенную до этого фразу мужчина.       И от осознания того, что его Сакура, его «Богиня» нашла себе парня, нашла себе дорогого и любящего человека, в груди неприятно кольнуло, а сдержанные эмоции, что до сего момента были подвластны ему, начали вырваться наружу.       «Постойте-ка, — вдруг осенило мужчину, когда все же вспомнил, где слышал это имя, — Наруто?! Тот самый парень, что приходил сегодня на ее концерт?»       — Нет, со мной все в порядке, — усмехнувшись, произнесла она, обратив свой взор на плавающих рыб в аквариуме.       — Угу, — улыбка так и не сходила с ее лица, а изумрудные глаза, которые были чуть застелены пеленой, также ярко светились изнутри. — Наруто, — как — то слишком нежно и слишком любяще произнесла певица его имя, — спасибо тебе за то, что смог приехать на фестиваль. Для меня это было очень важно.       «А мой приезд был не таким уж и важным выходит что — ли?»       — И я люблю тебя, Наруто, — напоследок сказала Харуно. — Спокойной ночи!       Какаши, который до сего момента смирно сидел рядом (старался, по крайней мере), и который очень внимательно слушал весь разговор, пытаясь вникнуть в саму его суть, вздрогнул всем телом.       «Любит?»       Именно в этот момент он испытал то давнее, то забытое (как он считал) ощущение, словно одновременно тысячу молний пронзают его тело, испепелив все на своем пути. Сдерживаясь из последних сил, он ожидал, когда девушка уберет телефон в сторону. И когда Сакура выполнила то, что он мысленно хотел, нет, желал, мужчина, не давая отчета своим действиям и поступкам, задал вопрос, который терзал его весь сегодняшний день.       — Парень? — голос получился намного угрюмее, чем этого он желал на самом деле. И потому Хатаке не был удивлен ответной реакцией со стороны его «звездочки».       — Что? — переспросила Харуно, наконец — то подняв свой взор на него.       — Я спрашиваю, — голос был твердым, можно даже сказать сердитым, — парень звонил?       — Да, — не понимая, что творится с ее любимым человеком, знаменитость решила сразу дать ответ на его вопрос, считая, что дальнейший диалог поможет ей разобраться в сложившейся ситуации.       — А почему молодой человек звонит тебе в столь поздний час?       — Какаши, что с тобой?       — Я задал вопрос, Сакура, — сказал, как отрезал. — Имей уважение, отвечай, когда тебя спрашивают.       От такого резкого, можно даже сказать, строгого тона с его стороны, Харуно оторопела. Она даже на мгновение забыла, как дышать.       «Да что с ним такое творится? — задалась вопросом певица, всматриваясь в нахмуренное лицо любимого человека. — То мило со мной общается, не вспоминая сегодняшний инцидент, то теперь накидывается, словно я лань, а он лев. С чего вдруг такая резкая смена настроения?»       — Какаши, — глубоко вобрав воздух, а потом, выдохнув, вновь решила заговорить знаменитость, — успокойся, пожалуйста.       — Сакура! Отвечай, кому говорю? — ударив кулаком по столу, выкрикнул мужчина, срывая всю свою злость на Харуно.       — Д-да… что с тобой? — подскочив на месте после не слабого удара, спросила девушка.       — Прекрати мямлить, Сакура!       Гнев вспыхнул мгновенно в ее организме от столь не приятного для нее тона, потому, сильно сжав руки в кулак, она вскочила с дивана, злобно смотря на него.       — Какаши! Ты что себе позволяешь? Кто тебе давал право говорить со мной в таком тоне? — прищурив глаза и втянув голову в плечи, выкрикивала певица в ответ. — Убавь свой пыл! И если так уж сильно хочется покричать на кого — то, найди себе другую «жертву» и выплескивай весь свой гнев на нее. Я же не потерплю такого неуважительного отношения к себе!       И после этих слов, она, развернувшись на пятках, намеревалась уйти из этой комнаты, но…       — Ты куда?!       В ответ тишина.       «Нужно покинуть это место как можно скорее… Я не хочу здесь больше оставаться!»       Харуно было больно, очень больно. Сердце болело от осознания того, что именно она (кто бы мог подумать) стала объектом его злости, его раздражительности. И она впервые в своей жизни видела его таким рассерженным. И потому, чтобы не ощущать всей этой угнетающей атмосферы, что витала подле них, окружив своим непробиваемым щитом, она хотела уйти… Хотела сбежать, надеясь где — то глубоко внутри, что Какаши все же успокоится и тогда… они смогут нормально поговорить. Да! Она именно так и считала. Но, все же неприятный осадок образовался на дне души.       — Я еще не закончил с тобой!       И мужская рука резко хватает ее на ходу. Не ожидав такого поступка со стороны Хатаке, девушка, не удержав равновесие (в который раз за день), поддалась назад. Мужчина, что так ловко ухватил ее, так же быстро поддался вперед, тем самым словив девушку на лету. Ничего не понимая и не осознавая, певица в следующую секунду ощутила резкий разворот, а потом, она оказалась зажатой между мягкой обивкой дивана и сильным мужским телом.       «Что за…?» — разнеслось по ее сознанию, как только ощутила теплые, но в тоже время напряженные губы Какаши.       Его сильные, мужские руки слишком крепко сжимали ее плечи, хотя, Сакура на это не обратила никакого внимания, потому как оно было занято им. Не контролируя свои действия, свой гнев, свою злость, свою… ревность… Он настойчиво углубил поцелуй, размыкая губы знаменитости языком. Действуя чисто интуитивно, Харуно начала проявлять признаки борьбы, чем вызвала тихий рык со стороны взрослого и несдержанного мужчины.       — Прекрати, — хриплым, но твердым голосом отозвался Хатаке, чем вновь удивил певицу.       «Да что с ним?»       Вздрогнув всем телом, Сакура попыталась вырваться из тисков, потому как внутри нее начала просыпаться паника, но мужчина прервал все ее затеи на корню.       — К-какаши… — тихо позвала его певица, да только никакого эффекта этого не принесло. Мужчина лишь усилил свою хватку, дабы не дать ей сбежать.       Сильнее вдавив ее в диван своим крепким телом, он продолжил целовать свою запретную любовь по пылающим щекам, мягким губам, изящной шее, соблазнительным ключицам, наслаждаясь ее бархатной кожей, вдыхая ее дурманящий аромат, который вскружил голову мужчины окончательно. Сначала Какаши хотел лишь одного, чтобы она осталась, чтобы они продолжили разговор, но…       …, но потаенные чувства, что он скрывал глубоко внутри, вызвали совсем иной, обратный эффект и теперь он не мог остановиться, потому как столь сладкий и запретный плод наконец — то в его руках, в его крепких объятиях.       Губы розоволосой были мягкими, и благодаря красному вину, что она до этого пила, еще и сладкими. Но эта сладость, этот вкус запретного для него удовольствия, казался Хатаке приятным, хотя, если быть на чистоту, он не любил лакомства, но именно ее съел бы с огромным удовольствием.       Девушка вздрогнула всем телом, чувствуя, как электрический заряд прошел вдоль ее позвоночника, оставляя за собой внутреннюю дрожь и заставляя тело пылать от горячих и чуть грубоватых касаний мужчины. Это чувство волной пронеслось от макушки до кончиков пальцев, а потом, сделав несколько пробегов, сконцентрировалось где — то внизу живота, растекаясь приятным теплом внутри. Дышать было тяжело, воздуха катастрофически не хватало и потому, Сакура хватала его ртом. Певица не сразу сообразила, что должна была оттолкнуть от себя ревнивого Хатаке, но ее тело отказывалось выполнять хоть какие — либо функции, которые противоречили ее истинным желаниям. Ее мысли в один момент спутались, стоило Какаши прикусить ее мочку уха, а потом, словно прося прощения за свои действия, провел по невидимой ранке языком.       Когда его руки медленно начали опускаться вниз, забирая за собой лямки платья, тем самым припуская их, чтобы можно было и дальше довольствоваться нежной и бархатной кожей, девушка очнулась, словно ее окатили из ведра холодной водой. И потому, в следующую секунду она вновь принялась извиваться под ним, вырываться, но ее любимый не желал обращать на ее слабые попытки хоть какое — нибудь внимание и чтобы вновь обездвижить ее, Какаши в очередной раз прильнул к ее губам, грубо кусая, а потом следом зализывая языком.       Подловив момент, Харуно смогла все же повернуть голову в сторону, чтобы вновь вдохнуть желанный воздух и наконец — то вразумить мужчину. Отвлекшись на ее оголенные плечи, ревнивец в туже секунду приступил их покрывать нежными поцелуями и именно в этот момент знаменитость, освободив одну руку, ударила его по лицу.       — Какаши, черт тебя побери, да успокойся ты, наконец — то! — сорвалась Сакура, а по ее щекам скатилось пару слезинок, которые тут же оставили за собой влажные следы.       Мгновение. Еще одно. Ничего не происходит. Певица уже не обращала внимания на мужчину, она лишь прикрыв свои глаза, тихо лила слезы, которые стекали по ее горячим щекам и терялись в волосах.       Нависнув над хрупким созданием, Хатаке смотрел лишь в одну точку вперед себя, не видя никого и ничто вокруг. Его правая щека горела так сильно, что он невольно протянул руку и прислонил ее к месту удара. Складывалось такое впечатление, что к коже прислонили раскаленный утюг, который забыли выключить.       «Что произошло?»       Осознание совершенного не сразу заполонило плывущее сознание мужчины, но тихие всхлипы девушки под ним, привели Какаши в чувства. Взглянув на нее сверху — вниз, и увидев плачущую звезду, в груди защемило от нестерпимой боли.       «Черт! Что же я наделал?!»       — С-сакура, — тихим шепотом обратился он к певице, которая все так же продолжала тихо плакать под ним.       — Сакура, — тверже и громче вновь обратился он, но и в этот раз никакого ответа не последовало со стороны девушки, лишь всхлипы стали тише.       «Идиот! Ну почему я не смог сдержаться? Ведь столько времени у меня это прекрасно выходило, а именно в сегодняшний день я не смог удержать дикого зверя внутри…»       — Сакура, — не спеша и аккуратно Хатаке дотронулся до ее трясущихся ладошек, что закрывали заплаканное лицо, — посмотри на меня, — на что она лишь помотала головой из стороны в сторону несколько раз, тем самым говоря, что не сделает то, что так хочет от нее мужчина.       Медленно, но Какаши все же понимал, к каким последствиям приведет его опрометчивый шаг. Он осознавал, что после всего этого Харуно не захочет с ним разговаривать, да что там уж разговаривать, она его видеть не захочет, будет всячески избегать, и он не удивится, если Сакура откажется от него. И в этом он был уверен на все сто процентов.       И от осознания этого дикая злость охватила мужчину, она начала давить на него с каждым вдохом все сильнее и сильнее. И что самое интересное… злость была на самого себя. На то, что к своим годам он так и не научился контролировать свои поступки и порой опрометчивые действия. Убрав руку, которая до этого слегка касалась ее кожи, мужчина резко привстал, а потом и вовсе соскочил с дивана, словно ошпаренный.       Из-за столь резкого движения со стороны Хатаке, Сакура замерла на месте, даже дыхание задержала, хотя ей удалось это с большим трудом, и внимательно начала прислушиваться к тому, что происходило в темной комнате.       «Все должно было быть не так… — начал размышлять Какаши, по пути подбирая свои вещи. — Да, я хотел поговорить с ней, хотел объясниться, но… — схватив упавший пиджак с пола, мужчина резко и быстро накинул его поверх рубашки, — не таким способом».       Кинув свой взгляд на диван, где лежала его «Богиня», он печально улыбнулся.       «Сакура теперь меня возненавидит…»       И на этой ноте он поспешил покинуть помещение, да только в тот момент, когда его ладонь схватилась за ручку двери, намереваясь открыть ее и уйти восвояси, другая ладонь, намного меньше его, но такая же горячая, как и его, схватила за ткань рукава, тем самым останавливая Хатаке.       — Не уходи, — тихий женский шепот раздался позади, — прошу…       Удивленно обернувшись к девушке, мужчина не смог подобрать ничего в ответ. Он лишь смотрел на хрупкое создание рядом, которое чуть содрогалось от прошедших рыданий. Какаши так же заметил, как по ее щекам все продолжали литься слезы, медленно скользя по шее и скрываясь под одеждой.       — Сакура?       — Не уходи, прошу… Не уходи, — словно некое заклинание она вновь и вновь повторяла эти слова, смотря в пол перед собой. — Не оставляй меня одну! — и именно в этот момент, девушка поддалась вперед, уткнувшись в него, крепко обнимая.       — Что? — удивления не было предела.       — Что такое любовь? — вдруг ни с того ни сего, задала она вопрос, на который мужчина не мог отыскать ответа в данный момент.       «К чему это она?»       — С-сакура… — но словно не услышав его, она теснее прижалась к нему.       — Так что такое любовь? — вновь задала Харуно предыдущий вопрос, но Какаши чувствовал, что будет продолжение, потому и молчал, дожидаясь его. — Всплеск гормонов? Химическая реакция на присутствие другого человека?       — Сакура…       — Что делают эти непонятные бабочки у меня в животе, стоит мне только подумать о…       — Сакура…       «Не нужно мне говорить об этом! Нет! Говори это своему парню…»       — … тебе?       «Что?»       — Почему я не узнаю саму себя? Почему хочу видеть только себя в твоих глазах? Почему?       «Мне не послышалось?»       — Сакура, — наконец — то он нашел в себе силы договорить свою незаконченную фразу, — что ты такое говоришь? Как это понимать?       — Какаши, — сколько себя помнил мужчина, с такой нежностью она его еще не называла, — я влюбилась в тебя, и не спрашивай почему. Я влюбилась в тебя и не спрашивай зачем. Я не могу не думать о тебе. От твоего присутствия в моей голове я не могу уснуть по ночам. Я люблю тебя!       — Но…       Переборов себя, девушка решилась взглянуть на него.       «Выслушай меня, прошу…»       Тот спонтанный и жадный поцелуй, те горячие прикосновения к ее телу подарили ей шанс… Хоть и маленький, но шанс. Надежду на то, что он все же что — то, да чувствует к ней. Ведь не стал бы он ее просто так целовать! И потому всего лишь от этой мысли, Сакура решилась открыться, решилась рассказать о терзавшем ее все это долгое время чувстве.       — Понимаешь, я никогда не верила в любовь с первого взгляда, пока… — отпустив его рукав, девушка отошла на пару шагов назад, не разрывая зрительного контакта между ними, — пока не обменялась взглядом с тобой.       «Это точно не сон?»       — Я хочу, чтобы ты поверил. Я хочу, чтобы ты меня пустил к себе. Ведь, — опустив голову, тем самым прикрыв лицо прядями, Харуно продолжила свое признание, — для любви все возрасты покорны?       «Боже, что же я творю?»       Какаши больше не было сил терпеть, и быстро сократив расстояние между ними, он обхватил ее руками, с нежностью прижимая к себе. Он никак не мог собраться, чтобы высказать, наконец — то, свое отношение к ней, чтобы признаться в своих чувствах, а она… Она собралась и произнесла это, сказала хоть и с трудом, но выказала свои чувства по отношению к нему.       «Неужели это правда?»       — Сакура, — тихо обратился он к ней, — что это?       — М-м-м?       — Насмешка или доказательство?       — Ка…       — Я боюсь… — признался он. — Я боюсь, что все это не правда, что это сон.       — Это не сон, Какаши, — так же тихо, как и он, дала ответ знаменитость, а потом мужчина завладел ее поцелуем, даря ей свою любовь и нежность.       Нежные руки взлетели вверх, тем самым теснее прижимаясь к нему. Сакура и подумать не могла, что ее неразделенная, как она до этого считала, любовь, испытывала такие же чувства к ней. Его ладони, еле касаясь, скользили по ее изгибам, еще сильнее будоража напряженное тело и вновь ускользающее сознание.       — Я боюсь, — произнес Хатаке, когда поцелуй прервался, но он был этому даже рад, потому как хотел тоже раскрыться перед ней, — закончить все, так и не начав толком.       — Двадцать с лишним лет это не разница, — понимая, к чему весь этот разговор, ответила певица, счастливо улыбаясь.       — Если понадобится, я найду миллионы доводов и миллиарды оправданий, но ты…

Только люби меня.

***

      — Сакура, — раздался мужской голос за приоткрытой дверью студии.       — Что? — только и проговорила певица, следуя за мужчиной, держась с ним за руки.       — А кто такой Наруто? — было слышно сразу, что этот вопрос дался Хатаке трудно, а все потому, что он жаждал узнать на него ответ еще с того момента, как только вернулся в страну.       — Эм… Наруто? — запнулась Харуно, пытаясь понять столь глубокий интерес к этой блондинистой натуре.       — Да, Наруто! Наруто Узумаки. Тот самый, что подарил тебе цветы, тот самый, который был с тобой на фотографии, то самый, что звонил тебе. Кто он?       — Это мой… — по голосу было хорошо слышно, что знаменитость запнулась, видимо для того, чтобы подобрать подходящие слова в ответ, — мой двоюродный брат, Какаши, — и через пару мгновений темный коридор наполнился звонким женским смехом, а все потому, что Сакура заметила ошарашенное лицо Хатаке.

У них жизнь только налаживается.