5 Шагов

Пять шагов. Краткое руководство для тех, у кого еще все впереди. Быть профессиональным идиотом тоже очень нелегко. Посвящение: всем интровертам, которым не повезло влюбиться, потому что...блин, и что мне теперь делать? Шаг первый: влюбись! (Кто знает, может это взаимно?) Я студент. Один из тех бедняг первокурсников, который занесло в университет в другом городе. Ничего не знаю, с пятого раза нашел свой подъезд, с десятого в компании из 20 одногруппников - нужную аудиторию. Задолбался знакомиться со всем потоком, в котором не много не мало, а 200 человек. Сегодня я шесть раз пообедал с разными людьми. Пока набивал желудок, отключился мозг, поэтому все имена страшно путались. Я впал в ступор, когда увидел 303 кабинет в расписании, потому что даже на двери на чердак максимум можно было увидеть табличку 72. Так, где здесь вход в пятое измерение? Мне на 12 этаж, а то его с улицы не видно. Я выскочил из универа как раз вовремя, чтобы успеть заметить пеструю толпу первокурсников, направляющихся (оказывается!) в другой корпус. Просканировав всех, я попытался найти хоть кого-то знакомого, нашел, хотел позвать по имени, понял, что забыл имя, но крикнуть-таки крикнул: "Эй, подождите!". Повернулись все, узнали некоторые, по имени помнил один: - Ринат! Тащись сюда, ты где застрял? Я смешался с толпой, сообщил, что я Ринат, кивнул паре человек, с которыми определенно знакомился. Парень, который узнал меня (Макс), решил, что новичка нужно срочно ознакомить с дружеской компанией на 45 человек. Втянув меня в центр круга, он принялся по очереди перечислять имена окружающей толпы. - Это Слава, Даша, вон тот ушастенький - Толик, а вон Аня (кто-нибудь отберите у нее чебурек, он был мой), дистрофан-переросток Денис, в розовой юбке - Никита, а нет это его сестра-близнец Лейла, всегда их путаю. Кстати, еще у нас тут Маша... С этого момента все оставшиеся имена для меня звучали как "Маша, Маша, Маша". До этого я пытался как-то взглядом следить за пальцем Макса, указывающим на однокурсников, но на этом моменте завис. Никогда не видел никого столь прекрасного. Никогда не видел таких серо-голубых глаз. Никогда не думал, что не смогу отвести взгляд. И да, я никогда не думал, что могу так страшно палиться. - Чувак, ты пропустил 25 последних имен, - просветил меня Макс. - Чем она тебя так зацепила? Вся толпа двинулась дальше, машинально и я тоже, потеряв серо-голубые глаза Маши. Макс повис на моем плече, дожидаясь ответа. - Ну, она красивая, - пробормотал я. - Поверь мне, одного этого мало! - философски заявил Макс, но с плеча слез. - Но все еще впереди. Спроси у меня кто-нибудь в тот момент, какая у нее была прическа или какого цвета было ее платье, я бы не ответил. Вообще не в курсе, была ли она в платье или в юбке! Память напрочь отшибло, я помнил только ее глаза. Вечером, натянув одеяло до подбородка, я пытался заснуть в своей съемной квартире, к которой еще пытался привыкнуть. Чтобы, наконец, отключиться, я пытался думать о хорошем, но вспоминались почему-то только Машины глаза. Неужели, я влюбился? Ну, супер, счастье просто через край. Где здесь лечат от нервных расстройств? Кажется, у меня был сложный переезд. Шаг второй: делай вид, что тебе все равно. (Потому что по логике жизни тобой интересуется тот, на кого тебе плевать) Итог месяца учебы: я и Маша на разных факультетах, всего у нас 0 совместных пар и 0 минут внеурочного времени, проведенных вместе. Соответственно, у меня 0 причин просто так подойти к ней в коридоре и предложить погулять. Зато я исправно стараюсь с ней здороваться, чтобы напомнить о своем существовании, но при этом делаю вид, что совершенно случайно ее заметил. Я был занят разглядыванием стен, поиском тетради в сумке, переключением песни на телефоне. Похоже, я сильно переигрывал, демонстрируя свое безразличие, потому что все чаще врезался в стены, спотыкался о шнурки, падал с лестницы. Но исправно говорил Маше привет, а потом сбегал. Я ведь был ой, как занят! Нужно ведь промыть разбитую в пятый раз за неделю коленку перекисью и придумать, наконец, средство, чтобы эти дурацкие шнурки перестали развязываться! Так вот, на днях я опаздывал на пару. Серьезно опаздывал, уже минут на 20. Я несся по лестнице, не смотря по сторонам, и врезался в кого-то, да так, что во все стороны полетели книги с тетрадями. - Прости, прости, я не хотел! - извинился я и принялся собирать вещи по коридору, а когда поднял голову, то увидел серо-голубые глаза Маши. - Ничего, - ответила она, принимая из моих рук свои вещи. - Ты куда-то спешишь? Язык мой - враг мой. - Да нет, у меня окно. Вот, засекал, за сколько секунд добегу с первого этажа до пятого. - О, я тоже свободна. Пойдешь пить чай? - С тобой? - уточнил я, оглядываясь в поисках дикой толпы сумасшедших друзей-экстравертов Маши. - Ты видишь кого-то еще? Если бы можно было, я бы завопил: да, да, ДА! В глубине души я осознавал, что собираюсь прогулять пару, а количество посещений напрямую влияет на мою итоговою оценку. Но если бы за каждую пропущенную пару, Маша пила бы со мной чай, я бы вообще в универ не ходил. Тем не менее, ответил я в типичной манере человека, которому все равно: - Ну, в принципе можно, пойдем. Чай не задался, потому что мой мозг напрочь отказался генерировать вопросы. Мы с Машей молча сидели друг напротив друга и, когда это стало совсем уж подозрительным с моей стороны неотрывно на нее смотреть, я достал из рюкзака первый попавшийся учебник и принялся делать несуществующую домашку. - Много задают? - поинтересовалась Маша, наблюдая за моими действиями. Я был ей так благодарен за этот вопрос! Потому что меня, наконец, прорвало. Мы обсудили наши общие предметы, разные специальности, универ, преподов. Я нервнопаралитически улыбался, три раза едва не разлил чай из-за трясущихся рук, в конце концов решил, что пить его не стоит. Это, конечно, была печаль всех печалей, что мне с Машей нечего и обсудить, кроме учебы, но, по крайней мере, мы не молчали. А потом приперлась эта, ЭТА Юля со своим чебуреком, размером со спутниковую тарелку и принялась им чавкать рядом с моим ухом. Маша тут же переключилась на нее, это ведь не скучный однообразный я! Тем не менее, я не шевельнул ни одним мускулом на лице, все также мило улыбался, даже чай ухитрился допить! Еще бы, мне ведь "безразлично". А потом закончилась пара и появились Машины друзья, которые смахивали на психов даже без грима. Они дергались, прыгали, визжали, ухитрялись заполнить собой все пространство. Во всем этом хаосе я нарочито медленно собрал свои вещи, отнес грязную посуду на специальный стол и вернулся за рюкзаком. Мне хотелось схватить дробовик и разнести тут все к чертовой бабушке, однако внешне я оставался просто образцом добродушия и безмятежности. Я попытался незаметно скрыться, но вся толпа вдруг пришла в движение. Да нет, вы издеваетесь! Дайте спокойно предаться меланхолии и вечному разочарованию, сгиньте, наконец, в противоположную от меня сторону! Обо мне вспомнили уже на улице: - Ты идешь в тот корпус? - спросила Маша. Я шел в тот корпус, оставалось еще две пары, и нужно было забрать проездной на автобус. - Нет, я домой, - ответил я. Демонстрировал полное безразличие. - А, тогда ладно. Еще увидимся. И Маша ушла, оставив меня топтаться на лестнице. А, к черту все, действительно пойду домой. Тем более, что идти в сторону, противоположную той, куда ушла Маша. Уважаемые граждане друзья, вы дико бесите, психи! Имейте совесть, исчезайте куда-нибудь хотя бы на время! Не все в состоянии терпеть ваше шумное пребывание, особенно скромные интроверты, наподобие меня. У вас никто ничего не отнимает. Просто. Сгиньте. На время. Пожалуйста. Дайте людям шанс пообщаться с теми, кто им нравится, а не со всем бесплатным приложением из двадцати друзей. Спасибо за понимание. Я предвидел, что вы ничего не примете к сведению. Шаг третий: опровергай все, что она говорит. (Если у вас полярные мнения, то вы противоположности, а противоположности притягиваются!) В конце октября у нас выдался выходной день. Но это не значит, что в универ можно было не приходить. Просто все пары переносились на улицу. Чего уж тут странного: ну, студенты, 50 человек на полянке обсуждают априорное и апостериорное знания под круассаны и кофе. С кем не бывает? Каким-то необъяснимым, непостижимым, невероятным образом в мою толпу затесалась и Маша. Естественно игнорила меня всеми способами, как будильник в семь утра. Я напросился на привет, а потом угомонился и вернулся в свой мир музыки и наушников. Мы устроились в парке. Скамейки, пеньков и даже собственного рюкзака мне не досталось, поэтому пришлось сесть прямо на жухлый осенний газон. Выходные дни выделялись тем, что никто особо не заморачивался лекциями, в основном занимались ерундой. Вот сегодня, например, был немецкий. Предодша разложила полсотни бумажных полосок, на обратной стороне каждой был написан вопрос. Его надо прочитать вслух и высказать свое мнение, а потом по идее должна разгореться жесткая дискуссия, но, так как никто думать, особенно на немецком, не хотел, то ограничивалось все лишь одним ответом. Мне попался вопрос: «Пошли бы вы на прогулку ночью?». Классический бред, я и ответил «Почему нет?». Гораздо интереснее стало, когда слово предоставили Маше. Она так вертела свой листок в руках, словно не хотела отвечать, что бы там ни было. В конце концов, просто не осталось желающих поделиться. - «Что чувствует человек, когда влюбляется?» - прочитала Маша. – Ну, эм, радость? - Радость и? – поторопила ее преподша. Напоминаю, все говорилось на немецком, который многие до сентября вообще никак не знали. – Учись говорить. - Не знаю, наверное, хочется веселиться. – Маша неуверенно пожала плечами, лишь бы от нее отстали. Со стороны могло показаться, что она просто не знает, как выразить мысль на немецком. - Что ты чувствовала? – допытывалась преподша. – Ты что, никогда не влюблялась? - Нет, то есть да. У каждого ведь по-разному. Мне просто хотелось петь и улыбаться. Я наблюдал за ней, не вмешиваясь, но, когда преподша решилась удовлетвориться ответом и перейти к следующему, я рискнул-таки вставить свое веское слово: - То есть, по-твоему любовь – это радость? Жаль тебя разочаровывать, но это весьма очевидный синоним слову «боль»! Маша тут же восприняла мои слова в штыки: - Жаль тебя разочаровывать, но если у тебя не получилось влюбиться взаимно, это еще не повод равнять всех остальных под себя! - А у тебя я смотрю все это сплошные ванильные слюни! В жизни не бывает так. Любовь – как свежая татуировка: красивая, но жутко болит. И если ты этого не понимаешь, то ты НИКОГДА этого не чувствовала! - А ты спец и знаток, да? Может стоит поменьше трагических книг читать? - Господа влюбленные, может, хватит? – вмешался Макс, сидевший тут же, неподалеку. – Мы все оценили ваше мнение, но у нас немножко немецкий и всего-навсего дискуссия, а не дебаты. Можно мне еще один вопрос? Мы с Машей не стали спорить дальше. Я через раз слушал всех остальных, разглядывая собственные колени. Так-то Маша права, фиг мне, а не взаимность, я всегда так и буду делать все однобоко, потому что смелости подойти и сказать все прямо не хватает: тут расклад 1 к 100, что меня вообще замечают, я ведь что-то вроде тени. Я вот что хочу сказать: всем взаимной любви, а еще теплый плед, чай и подоконник с унылым видом на улицу, чтобы вдоволь погрустить, когда она не случится. Шаг четвертый: теперь она тебя ненавидит. (Поздравления! Это уже не безразличие, а от ненависти до любви - всего один шаг) Чем ближе к сессии, тем больше проектов по учебе намечается. В конце ноября наш социолог решил устроить нечто грандиозное, собрав в одной аудитории половину всего потока. Ему взбрело в голову, что работая вместе со студентами других специальностей, мы сможем устроить ему более полноценные проекты, а чтобы мы не мечтали понапрасну, делить на пары он будет нас сам. Я откровенно скучал: все равно никто нормальный мне не попадется. Тут выбор не велик, либо страшный зануда, либо бесполезный лентяй. Лишь бы только не совсем тупой, а остальное я переживу. Честно, я совсем не ожидал, что мое имя окажется в паре с Машиным. Я даже как-то оживился, оторвав голову от парты, на которой до этого спал. Этого просто не могло случиться, шанс был примерно 1 к 107, что именно она окажется в паре со мной. А социолог продолжил зачитывать имена, пока не добрался до логического конца списка: - Все довольны своими парами? Может, есть какие-то пожелания? Секунд двадцать царила тишина, потом со своего места встала Маша. - Простите, у меня есть пожелание. Я не могу работать в команде с Ринатом, у нас совершенно противоположные взгляды на вещи, не думаю, что мы сработаемся. И она бросила на меня взгляд, означавший только одно: вызов. Ну что, хочешь еще поспорить? Я молчал, следуя шагу второму: безразличию. Пусть Маша думает все, что хочет. Внешне я ничем не выкажу, что мне есть какое-то дело. Хотя мне это нереально как важно! Нет, серьезно, я что, настолько плохой? - В том и смысл, чтобы найти подход к людям, - заявил социолог. - Пока мы еще только учимся, и я была бы очень благодарна, если бы меня определили в другую команду. Мне просто некомфортно с ним работать. Я демонстративно фыркнул. Отличное дело, как она может знать, каково со мной работать, если она даже не пробовала! Секунду тишины спустя я встал со своего места, демонстрируя всей аудитории такого плохого себя. - Да мне вообще-то все равно, - сообщил я. - Я и один проект сделаю, мне балласт не нужен. И я, собрав вещи в рюкзак, вышел из аудитории. Даже со всеми своими способностями к сохранению хладнокровности, в этот раз я решил не притворятся и сделал то, что хотел: ушел. Шаг пятый: а у нее, кстати, все отлично. (Ну, не повезло, такой уж ты неудачник. Можешь хотя бы порадоваться, что у других все налаживается) В университете, где учат немецкий, есть такой праздник, называется Рождество. Он проводится прямо во время сессии, что делает его только необычнее. Представьте только: сегодня вы гуляете до трех ночи со своими однокурсниками в одних рубашках и платьях по улице, обкидывая друг друга снежками, а наутро в десять нужно сдавать устный экзамен на 25 билетов, а горло болит и сопли ручьем. Романтика, ничего не скажешь, но все исправно ходят, берут напрокат шмутье, смокинги то есть. Парни приглашают девушек, все счастливые, носятся, радуются, обсуждают друг друга. Все действо называется Рождественским балом. Я шел исключительно в качестве рабочей силы: на мне висело освещение. Обычно я выше таких мероприятий: типичный интроверт, мне ближе дом родной, тишина и спокойствие, но тут попросили помочь. За день до бала я ждал результаты экзамена, прислонившись к стене, листая задачник по статистике и периодически поглядывая, как Маша и ее одногруппники наряжают елку в коридоре. Нравиться она мне не перестала, скрывать не буду. Кажется, я сильно палился, потому что, как только они закончили, Маша повернулась ко мне. - Помочь не хочешь или ты только смотришь? - Пожалуй, пять человек на одну худосочную елку и так слишком. - Завтра посмотришь на крутую пышную елку или подожди…ты ведь не идешь! - О, откуда такие сведения? Ждала, что я приглашу тебя? - Обойдусь, меня уже пригласили. - Сочувствую. Как осветитель, я попробую добавить в твой вечер хоть немного ярких красок, которые разбавят унылую серость твоего скучного типа. И я по традиции ушел, оставив за собой последнее слово. Я бы пригласил Машу, честно, но с тех пор, как она откровенно послала меня с проектом по социологии, наши отношения вышли на новый уровень неприязни и подколов. Я честно не хотел, оно само так получилось. А исправить все гораздо сложнее, я просто не представлял как это сделать, поэтому просто продолжал играть приевшуюся роль. Бессилие, вот как это называется. Еще мне хотелось старым добрым методом, запатентованным инквизицией, сжечь этого придурка на костре. Того самого, который посмел посмотреть на мою потенциальную будущую, а может и нет, в общем 50/50 девушку. Но потом я вспомнил, что никто не давал мне права считать, что я лучше, а тем более лишать Машу главного права в демократическом государстве: выбора. На Рождественский бал я скреативил и принес с собой то, что было в дефиците: плохое настроение. Помимо освещения на меня повесили почти всю аппаратуру, так что я был жутко занят, а когда официальная часть закончилась, просто улегся на стол. Все было относительно нормально, пока я не заметил Машу с МАКСОМ. Она офигенно красивая, особенно глаза! И так светится от радости! А Максу повезло, ничего не скажешь, все бы отдал, чтобы быть на его месте! А вместо этого плашмя валяюсь на столе. Вот так и заканчиваются неначавшиеся истории. А все почему? Я сам все порчу своей нерешительностью и долгими раздумьями. Пока я думаю, другие делают. Мои мечты - реальность для других. Пусть я интроверт, но что делать или не делать решаю сам. Вот это главное! Жизнь дала мне шанс, а я его упустил. Но я вынес для себя урок и, когда мне выпадет следующий, я буду действовать. Тут могла бы и закончиться моя история. Я отпустил бы всю ситуацию с Машей или наоборот показал бы ей, что она мне не безразлична, попутно растворив в кислоте Макса, чтобы не мешался. Но жизнь щедра на сюрпризы, особенно на Рождество. Шаг шестой: выполняй обещания. (Особенно, когда дал их себе) Я не хотел больше оставаться на балу, тем более что моя помощь больше не очень-то требовалась. Надев куртку поверх зеленой футболки, я, как единственный носитель джинсов на все здание вокруг, взял себе два стакана чая, чтобы греть руки на холоде, и направился домой. Но стоило мне выйти на крыльцо, как я безмерно удивился, увидев Машу. Обычно у девушек не принято торчать в двадцатиградусный мороз на улице. Я хотел по-тихому прикрыть дверь и испариться, но вовремя вспомнил, что поообещал себе меняться и действовать, а не думать, что бы было, если бы я сделал так и так. - Эй, - позвал я, приблизившись к Маше и протянув ей один стакан с чаем. - Не отравлено. Я был уверен, что Маша скажет что-нибудь язвительное, но она просто взяла чай. - А где Макс? - Подкатывает через меня к моей подруге. - Эм, - только и удалось выдавить мне. Маша обернулась ко мне с усмешкой на губах: - В этом и был план. Парни иногда такие нерешительные. Ее глаза сияли даже в темноте. Не могу выразить словами, как много я теряю, не смотря в них каждый день - Кстати, ты был прав. Любовь - это боль. - Только невзаимная. Поэтому права ты. - Я отпил из стакана, не зная, стоит ли говорить дальше, но Маша смотрела на меня, ожидая продолжения: - Есть одна девушка, которой на меня плевать. - А я ее знаю? - Определенно, - кивнул я. Это ты. Но я не произнес эту фразу вслух. - Ты можешь понравиться, Ринат, - неожиданно заявила Маша. - Ты можешь быть веселым и непосредственным, но ты очень много притворяешься. Тебя настоящего трудно понять. Может когда-нибудь ты и мне откроешься. Не ожидал такого. Вот серьезно, не ожидал. - Спасибо. За то, что у тебя есть мнение обо мне. - Вот опять. - Что? - Ты притворяешься! Говоришь не то, что думаешь. - Я думаю, что должен сказать тебе что-нибудь в ответ. Но вообще-то мне хочется спросить: с чего это ты решила согласиться с моим спорным утверждением про любовь? Маша улыбнулась, хотя тщательно скрывала это, делая вид, что пьет чай. - Ты тоже притворяешься, - заметил я. - Не скажешь, кто нравится тебе? - Только после тебя. А "одна девушка" звучит весьма расплывчато. - Я его знаю? - Может быть, - кивнула Маша, резанув меня по желудку невидимой бритвой. Как-то разом расхотелось пить чай. - Вот сейчас мне правда интересно узнать, кому повезло. - Чудом мне удалось выдавить улыбку, я умею притворяться. - Скажу сразу после тебя. - Тебе не понравится мой ответ, так что давай поменяемся последовательностью. - Давай одновременно, на счет три. Я хотел ответить нет. Вообще-то я хотел сбежать, потому что разговор тек не туда, куда хотелось мне. Не верилось, что мы с Машей можем просто так о чем-то беседовать. Просто, без подколов и язвительности. - Давай, - сказал я. - Отвернись! - Маша положила руки на мои плечи и развернула меня лицом в сторону дороги. - Когда не видишь лица, гораздо проще в чем-то признаться. Признаться. Да, действительно, не поделиться душевными страданиями, с целью получить поддержку, а признаться. Ей. Что она мне нравится. - Так лучше? - поинтересовалась Маша. Она тоже стояла спиной ко мне, хоть я и не видел ее, зато четко ощущал присутствие, тепло как раз за лопатками. - Да, пожалуй. Теперь я говорю со снегом. - На счет три мы оба скажем, кто нам нравится, - ответила Маша. Мы считали вместе. С каждой новой цифрой мой язык становился все тяжелее, сорок раз я успел передумать, но все имена одногруппниц "на замену" вылетели из головы. Я обещал действовать! Что я теряю? После цифры три воцарилась секундная пауза, а потом я крикнул так громко, что выпустил весь воздух из легких: "ТЫ!" И услышал эхо собственного голоса в Машином. - Что? - я резко обернулся. - Ты сказала? - А что сказал ты? - Ты назвала меня! Ты сказала, цитирую "ты!". - Может, мне послышалось, но ты сказал то же самое! - Да! И я еще сто раз повторю! - Почему ты не сказал? Да ты вообще меня игнорировал! - А ты была очень красноречива! - Так кто из нас парень? - Ты сказала, что я «может быть» его знаю! - Ну, знаешь, порой, тяжелее всего узнать именно самого себя! Я перевел дыхание, собираясь с мыслями. Каким-то образом я оказался внутри своей самой нереальной мечты. - Маша, ты хочешь быть моей девушкой? - спросил я тихо. - Зависит от того, как ты целуешься, - пряча улыбку, сказала она. Я смотрел ей прямо в глаза несколько секунд, пока Маша не ответила на мой немой вопрос: - Только попробуй еще что-нибудь спросить. Я пообещал себе действовать. Действовать, а не спрашивать. Я наклонился веред и поцеловал Машу. Ее губы были теплыми, несмотря на мороз. По моему телу пробегали электрические разряды, которые ни с чем не сравнимы. - А теперь? - улыбнулся я. Моя ладонь была на ее щеке. - Ты будешь моей девушкой? - Определенно да. Тебе есть, чему поучиться. Я притянул ее к себе и снова поцеловал. Лучшее в мире чувство: осознавать, что мечты сбываются, особенно в тот момент, когда они действительно важны. Доработанное правило пяти шагов, выведенное на основе жизненного опыта, проверенное на собственной шкуре и запатентованное разработчиком. Шаг первый: влюбись! Шаг второй: действуй. (Не стоит стоять в стороне и изображать безразличие. Твое счастье само собой не построится.) Шаг третий: Действуй! (важны не только слова, а в первую очередь поступки) Шаг четвертый: ДЕЙСТВУЙ! (готовь меняться сам и менять других. Главное верь: все получится!) Шаг пятый: теперь ты добился своего, делись счастьем и опытом! Не упускай то, что попало к тебе в руки, не переставай действовать! И все получится. Обещаю. А я научился держать обещания. P. S. Могу заметить, что мои первые пять шагов тоже не лишены смысла. Я ведь добился своего! В конце концов, я создал себе некую изюминку, все лучше, чем выглядеть скромным влюбленным интровертом. Но лучше себя не обманывать: любое действие лучше бездействия. И порой лучше сделать шаг и вляпаться в лужу, чем продумать двадцать и ни на каплю не приблизиться к цели! По себе знаю.