О чистой и светлой любви

      - Я люблю тебя, мистер Креветкинс, - с придыханием изрекла Адель Боччолинни.       Мистер Креветкинс во все глаза уставился на неё. Да и было на что посмотреть - огромные сияющие глаза, точеная фигурка, миниатюрная, однако, как говорят, "с формами".       - Э... н-не знаю д-даже, что вам о... ответить, - запинаясь и заикаясь выдавил Огюст Креветкинс. - Вы... ты... красивая, очень! Н-но...       - Ах, Огюст! Не делай те же ошибки, что и другие! - раздраженно повела плечами мисс Боччолинни. - Все вы так - распускаете хвост только из-за этого!       С этими словами Адель расстегнула верхнюю пуговку и без того откровенной блузки.       Мистер Креветкинс что-то невнятно забулькал, во все глаза пялясь Адели чуть ниже бриллиантового ожерелья.       Женщина с жалостью посмотрела на его потуги сохранить цивилизованный вид.       - Не старайся, мистер Креветкинс. Как жалко... - пробормотала Боччолинни.       - Ммм... Эээ... Чт-что?...       - Жалко тебя убивать.       Адель Боччолинни достала из бюстгальтера крохотный пистолетик и выстрелила мистеру Креветкинсу прямо в середину лба. Он дёрнулся и откинулся назад. Глаза Огюста Креветкинса, разделенные струйкой крови, изумленно взирали на потолок.       - Покойся с миром, - сказала мисс Боччолинни и вышла в дверь.       Это был двести тридцать шестой раз, когда она разочаровалась в чистой и светлой любви.