Ты - моя работа 2

На следующее утро я просыпаюсь от нежного поцелуя в губы. Медленно открываю глаза и вижу перед собой улыбающегося Бэка. Но меня не обманешь! Несмотря на безупречную улыбку, я вижу в его глазах грусть и отчаяние. А под глазами синяки – не спал всю ночь. Я знаю, муж пытается подбодрить меня, но это ни к чему. Я не успокоюсь, пока не увижу своего малыша целым и невредимым. Бэк знает это, но все равно надеется, что я перестану быть настолько замкнутой. - Джейд… - Не надо, прошу, - шепчу я, - не говори ничего. Давай просто полежим в кровати несколько минут, будто бы ничего не происходит. Он ложится рядом и прижимает меня к себе. Я утыкаюсь носом в грудь мужа и закрываю глаза. На несколько минут мне действительно кажется, что все хорошо. Что сейчас в спальню, весело смеясь, забежит сын. Что мы все вместе пойдем гулять… Увы, это просто воображение… - Мне звонил детектив Маркус. Он скоро будет здесь. Ты сможешь поговорить с ним? – заботливо спрашивает Бэк. - Да, - шепчу я, - думаю, смогу. - Еще мне нужно будет уехать на несколько часов. - Ты оставишь меня одну? – ужасаюсь я. Чего мне сейчас хочется меньше всего, так это оставаться дома одной. Рядом с мужем я стараюсь быть сильной, но оставь он меня в одиночестве хотя бы на час, я просто сойду с ума. - Нет, конечно. Я звонил Мэтту. Он приедет через час. - Это хорошо, - вздыхаю я.

***

Через полчаса у нас в гостиной уже сидит детектив Джонсон. Сказать честно, совсем не таким я себе его представляла. На вид ему было лет 45-50, точно не сказать. Ростом он был чуть выше среднего, и худощавый, как спичка. Черные, как смола, короткие волосы. Но в некоторых местах уже проскакивала седина. Маленькие глаза и очень тонкие губы. Знаете, говорят, тонкие губы только у злых людей. Что же, теперь я в этом полностью убеждена! Как по мне, так человек в форме должен вызывать доверие и быть толерантными. У этого же не получалось ни одно, ни другое. И вообще, он показался мне ужасным типом. Я не могу доверить этому человеку жизнь своего сына. - Миссис Оливер, Вы можете предположить, кто это сделал? – сотый раз спрашивает детектив. - Я же вам говорила, что нет. У меня нет врагов, а если бы и были, не думаю, что кто-то на такое способен. В голове сразу всплывает лицо того мерзкого типа, который похищал меня. Да, у него до сих пор есть зуб на брата. Но он в тюрьме, это я знаю наверняка. Поэтому сейчас я не собираюсь затрагивать больную для меня и Бэка тему. - А как же те письма? Да, в точку! Можно подумать, я до сих пор не знала, что похищение Джеймса связано с теми проклятыми письмами! Уже собираюсь съязвить что-то, но тут вмешивается Бэк: - Я же сказал Вам, что этим занимаются мои люди. - Ваши люди? – удивляется Джонсон. – Мистер Оливер, я уже говорил, что терпеть не могу в своих делах какой-либо самодеятельности. - Наш сын пропал, и это не «какая-либо самодеятельность», - холодно отвечает муж. - Вы сомневаетесь в моем профессионализме? Что? Какой, к черту, профессионализм?! Мой малыш пропал, а этот «детектив» просто сидит и препирается с Бэком, вместо того, чтобы искать Джеймса. - Послушайте, я такого не говорил. Просто сообщаю, нравится Вам это или нет, но я также буду искать сына своими методами. Я совершенно не буду Вам мешать, не волнуйтесь, - последние слова даются мужу с трудом. - Что же, я все узнал, - вздыхает Джонсон, поднявшись с кресла. – Спасибо, что ответили на мои вопросы. Если что-то вспомните, сообщите мне. До свиданья, миссис Оливер. Мистер Оливер, - кивает он и уходит. Бэк провожает его до двери, а затем возвращается в гостиную. - Ужасный тип, - говорит муж. - Я ему совсем не доверяю, - бормочу я. - Ну, у него хотя бы нет причин лгать нам. - Да, но есть причины не исполнять свою работу хорошо. Честное слово, я не хочу, чтобы он занимался делом о похищении Джеймса. - Джейд, я и без него все решу. Мы вместе с Мэттом и его людьми сейчас разбираемся с письмами. Я не успеваю ничего ответить, потому что раздается стук в дверь. Скорее всего, это Мэтт. Я открываю дверь и сразу же попадаю в крепкие объятия брата. - Как ты? – интересуется он, обнимая меня за плечи. - Бывало и лучше, - шепчу я, но нахожу в себе силы слабо улыбнуться. - А как Кэт? Вы были у нее сегодня? - Да, - отвечает Бэк. Заметив мой удивленный взгляд, быстро объясняет: - Я был в больнице, когда ты еще спала. Не хотел тебя тревожить. Кэт уже намного лучше, и это очень хорошо. Правда, она сильно волнуется за Джеймса. Если хочешь, мы можем завтра поехать к ней, - отвечает Бэк, а затем смотрит на часы. – Я уже должен идти. Мэтт, мне звонил Роуч, он нашел кое-что важное. Как узнаю – сообщу. Муж крепко целует меня и прижимает к себе. - Я совсем ненадолго. Люблю вас, - он гладит мой, слегка выступивший, животик. - И мы тебя, - отвечаю я, закрывая за ним дверь. – Почему ты без Ребекки? – спрашиваю я брата. - Ей пришлось улететь в Нью-Йорк. Заболел отец. Мы с ней решили, что я должен остаться с тобой. - Беда не приходит одна, - вздыхаю я. - Я вижу, что ты не в порядке, - резко меняет тему Мэтт. - А я могу быть в порядке? – на удивление спокойно спрашиваю я. – Моего сына похитили, забыл? Я понятия не имею, где он, что с ним… - Джейд, я… - Мэтт, я не хочу об этом говорить, прошу! - Ладно, я не буду навязываться. Сделать тебе чаю? - Нет. Если что, я наверху. Я поднимаюсь в спальню и валюсь на кровать. Слезы медленно текут по щеках, и я не знаю, что с этим делать. Перед глазами проносятся все моменты, связаны с Джеймсом. Помню его первое слово. Как ни странно, это было «папа». Помню, как Бэк потом целый день ходил так, словно выиграл лотерею. Но в тот же вечер, малыш произнес такое долгожданное для меня «мама». Помню его первые шаги. Джеймс очень рано научился ходить, что принесло нам немало проблем. И только тогда я начала ценить те редкие минуты одиночества. Постепенно я погружаюсь в свои мысли и сама не замечаю, как отправляюсь в царство Морфея.

***

Когда я просыпаюсь, за окном уже темно, а на часах восемь вечера. Сколько же я проспала?! Спускаюсь на кухню и вижу Мэтта. - Выспалась? – улыбается он. - Да уж, - вздыхаю я. – Бэк звонил? - Да, говорил, что немного задержится. Кстати, давно хотел спросить, вы уже знаете, кто у вас будет? - Нет, но Бэк хочет девочку. - А ты? – интересуется брат. - Я не знаю, Мэтт. Я ничего не знаю… - Так нельзя, Джейд. Ты зациклилась на проблеме. Мы скоро найдем Джеймса. Но ты должна думать и о будущем ребенке. Такой стресс плохо повлияет на него. Посмотри на себя, ты за два дня похудела на несколько фунтов. Ты себе не представляешь, как волнуется Бэк. Он рассказывал о том, как ты плачешь все время, ничего не ешь… - Только не надо мне читать нотации, пожалуйста. Ты не сможешь понять меня. - Если ты забыла, то Джеймс мой родной племянник, и я переживаю за него не меньше твоего, - брат крепко обнимает меня, а я, уткнувшись ему в плечо, тихо плачу. Снова… Да, Мэтт прав. Я знаю, что должна думать о малыше. Но как?! Я не знаю, где Джеймс, что с ним. Господи, я даже не знаю, жив ли он. Так, не надо думать об этом! Я не могу представить жизни без сына. Он – все для меня! И если с ним что-то случится, я не смогу пережить этого. - Знаешь, - начинает брат, - я думаю, кое-что поднимет тебе настроение. Сейчас вернусь. Мэтт поднимается наверх, оставив меня одну на кухне. Вдруг, я слышу сигнал своего мобильного. Взяв телефон, вижу сообщение от какого-то неизвестного номера. Читаю смс и, чтобы удержаться на ногах, быстро хватаюсь за стул. Что за черт?! Это что, шутка?!

«Если хочешь увидеть своего отпрыска целым и невредимым, встретимся на юго-восточной улице, рядом с заброшенной больницей. Только попробуешь сказать об этом кому-либо – сына больше не увидишь. На все тебе дано полчаса. Ни минутой меньше!»

Читаю сообщение снова и снова, пытаясь понять, правда ли это. Да, мудрая часть меня твердит, что нужно обо всем рассказать Мэтту или Бэку. Возможно, это просто чья-то злая шутка… Но если это правда? Ведь рассказав, я могу навредить Джеймсу. Ну уж нет! Быстро прикидываю, как я могу добраться до нужной улицы. Такси взять никак не могу. Придется добираться своим ходом. Это займет минимум минут 20. Черт, нужно уже уходить! - Слушай, - на кухню заходит брат, - мы с Ребеккой… - Ем, Мэтт, прости, но ты не мог бы принести мой ноутбук из спальни? Там срочно нужно кое-то проверить. - Да, конечно. Когда брат скрывается на лестнице, я пулей бегу в гостиную. Еле нахожу джинсы и футболку, которые оставила тут вчера. - Джейд, - слышится голос брата, - я тут все уже обыскал. - Он точно там. Поищи внимательнее, - прошу я, прекрасно зная, что ноутбука в спальне нет. Быстро обуваю лодочки и, даже не надев курточку, выбегаю из дома. «Только бы успеть, только бы успеть!» - повторяю я про себя, словно молитву. Я бегу, что есть сил, но надолго меня не хватит. Низ живота начинает болеть. Черт, это еще что такое?! Мне нельзя останавливаться, я не успею! Но я не могу больше бежать. Останавливаюсь и опираюсь руками о колени. Такое чувство, будто бы я пробежала целый марафон. - Что же ты делаешь, малыш? – шепчу я, поглаживая живот. Боль постепенно утихает, и я продолжаю свой путь. Ровно через 15 минут я на нужном месте. И сейчас меня переполняют эмоции: волнение, переживание, злость на саму себя за то, что, никому ничего не сказав, пришла сюда. Но главное – это страх. Людей здесь нет, и я совершенно одна. Вокруг темнота, и только тусклый свет фонаря освещает эту местность. Хотя, лучше было бы без него. Это здание наводит на меня ужас. Честное слово, подобные места только в ужастиках снимать. Я вздрагиваю при мысли о том, что мой сын, возможно, сейчас где-то здесь. Вспоминаю, как сильно он боится темноты… - Ты очень пунктуальна, - я слышу за спиной до боли знакомый голос. Оборачиваюсь и пытаюсь разглядеть человека, который стоит напротив меня. И только через несколько минут до меня доходит. - Ты?!