Эпоха Султана Баязида lll

Баязид стремительным шагом шел по коридору, мысли его занимала только она. Султан не мог долго терпеть этого холода, который наступил в их отношениях с Хасеки. Из-за угла вышла, улыбающаяся Дефне, увидев Повелителя хатун улыбнулась еще шире. Девушка поклонилась. - Повелитель, а я как раз к вам шла, - пролепетала она. Султану сейчас было не до Дефне. Она нравится ему, но не настолько, чтобы он оставил Хуриджихан. А потому он четко для себя решил оставит фаворитку в прошлом, как бы не был привязан к ней. - Сейчас мне нужно идти, Дефне, - коротко бросил Баязид и хотел было удалится, но его остановила фраза брошенная белокурой за его спиной. - Я беременна, - Баязид стоял в недоумении всего несколько секунд, после же он подошел к своей любимице и обнял ее. Теперь он совершенно не может оставить ее, ведь она носит его ребенка. Сердце Баязида наполнилось новыми чувствами к фаворитке. Теперь у него будет еще один ребенок. Он так долго хотел детей, но Бог не давал их ему, а сейчас судьба дарит ему возможность стать отцом снова. Он сделает все, чтобы Дефне и малыш ни в чем не нуждались. - Дефне, свет очей моих! Ты осчастливила меня, мой ангел, - Султан обнимал хатун прямо в коридоре не обращая внимания на слуг. - Пойдем в покои, - мягко отстранив от себя Дефне сказал Баязид, - нужно сообщить эту новость всем! В этот же день в гареме было роздано золото. Наложницы не очень были рады новости о беременности главной фаворитки Султана. Теперь у Дефне появился шанс стать госпожой, но гаремные красавицы не теряли надежды попасть в покои Падишаха. Валиде Султан вяло сидела на тахте и с тоской поглядывала в окно. На Стамбул уже опускалась ночь, и огромная луна появилась на небосводе в окружении сотни крошечных звёзд. Рыжеволосая Госпожа обрадовалась, узнав о беременности Дефне, но все-таки ее заедала тоска по покойному мужу и сыновьям. Хюррем устала. Устала от постоянных интриг, сколок в гареме, наглых девиц, которые желают завоевать сердце ее сына. Сколько она прошла за все эти годы. И она добилась всего. Стала самой могущественной женщиной в истории Османской империи, но счастья ей это не принесло. От раздумий Госпожу отвлек стук в дверь. - Войди, - сухо бросила Хюррем. В покои семенящей походкой вошёл Сюмбюль-ага. - Госпожа моя, - поклонился евнух. - Что-то случилось, Сюмбюль? - подняв бровь спросила, рыжеволосая. Ее насторожил столь поздний визит аги. - Все в порядке, Госпожа моя. Только вот к вам пожаловала Дефне-хатун, мне показалось она, чем-то обеспокоена. - Пусть войдет. Сюмбюль скрылся за массивными дверями, и через несколько секунд в покои вошла белокурая фаворитка повелителя. - Валиде Султан, - тоненьким голоском пролепетала венецианка, поклонившись Госпоже. - Дефне, что же заставило тебя прийти ко мне в столь поздний час? - насторожилась мать Султана. - Госпожа, я беспокоюсь о своей жизни и жизни своего ребенка, - слезы выступили на прекрасном личике Дефне, - Хуриджихан Султан... Она ведь может попытаться избавится от меня. - Дефне и вправду боялась жену своего повелителя. Ведь кто она такая по сравнению с хасеки? И сейчас лишь одна валиде могла помочь ей. - Ты из ума выжила, хатун? - Валиде хоть и недолюбливала свою невестку, но такого она не терпеть не могла, если Баязид узнает он будет зол на Дефне за такие, опрометчивые слова - ты понимаешь на кого ты наговариваешь? Хуриджихан Султан законная жена моего сына и мать его наследника. Дефне растерялась. Она ожидала поддержки от Валиде, но в ответ получила только гнев на свою голову. - Простите, - виновато пролепетала венецианка. - Ты, должна понимать, что с тобой Хуриджихан ничего не сделает, пока ты под моим покровительством и Баязид расположен к тебе, но наговорами и подозрениями в ее сторону ты можешь все испортить. А теперь иди в свои покои и не выдумывай глупостей. - Валиде устало вздохнула и отвернулась к окну. Гарем никогда не даст ей покоя. Сначала она боролась за своего повелителя, а теперь пытается установить порядок и удержать власть в гареме сына. - О, Аллах! - воскликнула рыжеволосая, приложив руку ко лбу. - Госпожа моя, вам плохо? - Сюмбюль подошел к Валиде, на его лице отражалось беспокойство. - Все хорошо, - Хюррем попыталась улыбнуться, - прикажи принести, успокаивающий отвар. Евнух, поклонившись вышел из покоев, и направился к лекарше за отваром для Госпожи. Он понимал, что его госпожа не так уже молода и полна сил, чтобы справляться со всем самой, и от того Сюмбюлю стало тоскливо, ведь великая султанша угасала, медленно, но верно. Темноволосая Хасеки сидела над колыбелью сына и напевала маленькому шехзаде песню, которую слышала еще в детстве от своей мамы. Ибрагим мирно посапывал в кроватке и смешно морщил носик. Хуриджихан улыбнулась. Сын был очень сильно похож на Баязида. Султанша сгорала внутри, находясь в ссоре с любимым. Тем более это даже не ссора, а обида. Ее сердце разрывалось от боли. Теперь же Хасеки узнала, что у Султана скоро родиться еще один ребенок. Он станет уделять меньше внимания Ибрагиму, да еще если родится мальчик, то у ее шехзаде появится соперник. Дефне тогда возгордиться еще больше. Хуриджихан еще раз взглянула на сына и поднявшись отправилась в хамам ей нужно было расслабиться и освежиться. Выйдя в коридор темноволосая госпожа никого не встретила. На удивление в Топкапы было тихо. Но не успела Хасеки пройти и несколько шагов, как на встречу ей вышла Дефне. - Госпожа, - поклонилась девушка, она помнила слова вадиде о том, что не нужно провоцировать хасеки и наговаривать на нее, но промолчать она не могла. Ей было неприятно и обидно то презрение, которым был наполнен взгляд этой женщины, а ведь она хотела мирно существовать с женой султана, но сейчас этот взгляд Хуриджихан довел Дефне до дерзости, о которой возможно она пожалеет. - Повелитель вас забыл и больше не вспомнит в его сердце только я, - венецианка и сама не осознавала, что творит и с кем сейчас разговаривает. - Видимо ты забыла, кто перед тобой стоит? - резко, повернувшись воскликнула дочь Паргалы, - я Госпожа от рождения, а ты всего лишь рабыня и даже если ты родишь сына ничего не изменится! - Ошибаешься, Хуриджихан! - Дефне захотелось высказать все этой заносчивой Султанше, - я рожу много детей нашему Повелителю и он меня сделает своей законной женой, потому что любит, а тебя отошлют в старый дворец! Хасеки не выдержала, такого оскорбления со стороны обычной рабыни и ударила девушку по лицу. Дефне, не ожидавшая удара, пошатнулась по ее детскому лицу покатились слезы. Белокурая приложила руку, к горящей щеке. - Хуриджихан, да как ты смеешь?! - темноволосая услышала до боли знакомый голос у себя за спиной. Султанша резко повернулась. - Баязид, я... - только и смогла вымолвить девушка.