Пять предлогов отчаяния

POV. Ю

      Как это глупо – искать самого себя в своем же творчестве. При написании той или иной песни, я часто задумывался на тему схожести, получившейся композиции, со мной. Постоянно выискивая то, что может удовлетворить свой же вопрос, я не заметил, как все глубже и глубже отстранялся от согруппников. Нет. Эта отстраненность не была выявлена общением, или еще чем-либо сковывающим меня от частой компании, просто при игре на своем музыкальном инструменте, я перестал чувствовать мир вокруг. Он существовал, но не для меня. Словно меня и мою партнершу, окружение отказывалось принимать и замечать наше существование.       Спустя месяц этой путаницы, мы с моей гитарой, понемногу старались избегать все возможные пересечения с окружением, живущим без веры в музыку. Таким образом, уже не мир отстранился от нас, я чувствовал, что это мы отталкиваем его от самих себя, но мелодии сердца, слишком крепко связали меня своими струнами жизни, и я попросту не смог вернуть своему разуму, хоть доли заботы об окружении. Через некоторое время, мы с моей прекрасной рабыней все чаще предавались близости в пасмурную погоду. Сезон дождей… Но дело было не в этом. Как только мы старались уединиться без лишних глаз, все время начинался дождь, даже если в прогнозе его и не намечалось. Забавно, но как будто это сам мир – заскучал и со слезами умолял вернуть мне сожженный разум.       Первым кто заметил мое странное со стороны поведение, был, конечно же, наш лидер. Уми всегда был проницательным и даже бывало такое – разведав проблему близкого человека, старался устранить ее без разговора с ним самим, но в моем случае это было невозможно. Тогда, после очередной репетиции, он спросил меня что происходит, но я ничего не смог ответить, хоть и понимал, о чем идет речь. Увидев всю непроглядную дымку моего взгляда, он лишь бросил название заброшенной недостроенной школы, время и число к которому и требовалось прийти туда. ***       Следуя указанным координатам своего кукловода, я направился к месту встречи. Когда я прибыл туда, где меня ожидал ритмист, то еще долго время не мог найти его, обежав все комнаты. Искать было необходимо, потому как я не забыл о том, что Уми всегда отличался своей пунктуальностью. Я чувствовал себя полным идиотом, когда обнаружил его за пределами помещения. Подойдя к гитаристу, я крайне вежливо поздоровался, ведь почему-то, мне было немного страшно от ауры друга. Лишь кивнув в ответ, брюнет направился куда-то вперед, в центр забетонированного участка, расположившимся рядом с самим зданием. Мне ничего не оставалось кроме, как последовать за ним. Остановившись, Уми развернулся ко мне и, положив руки на мои плечи, пристально посмотрел в глаза. Мне было довольно неловко находиться под открытым лицезрением, тем более из-за того, что очень сильно чувствовалось, как испепеляющий взгляд согруппника скоро прожжет во мне дыру. Но я понял, что взгляд, был только небольшой подготовкой перед фразой, после которой я вряд ли захочу услышать голос лидера снова. «Ю, не путай увлечение с жизнью! - сказал он мне тогда, а я так и не поняв смысла этих слов сразу, только изумленно посмотрел на Уми, после чего он поспешил разъяснить смысл сложносоставной фразы, - Верни себя! Гитара не ответит на твои чувства!»       Слегка встряхнув меня за плечи, согруппник продолжал кричать на меня, но я уже не различал, его слов, ведь он открыл мне глаза на то, в чем я и себе-то признаться не мог.       Я влюбился в гитару. Я и не догадывался о таком исходе, ведь полюбить музыкальный инструмент было дольно забавным происшествием. «Найди себя! Ты не инструмент! Ты окончательно затерялся в своей откровенной истории за пределами этого мира! Если ты не отыщешь себя, то это сделаю я!» ***       После этого дня прошло очень много времени, а я до сих пор хожу в эту школу по воскресениям и играю на гитаре. Уми. Он тоже приходит. Он нашел меня, а я снова смог лишь прислушаться к советам лидера и отпустить глупую любовь. Мы с ней до сих пор вместе, как друзья, и надеюсь, что она не в обиде на меня. После того месяца прошло больше двух лет, и если он не оказался самым лучшим, то великолепным я его назвать просто обязан.