Спасти и сохранить

Установка готова. Кольца Маре и копии колец Вонголы на своих местах, Аркобалено с пустышками в специально приготовленной комнате. Конечно, чем ближе все эти артефакты будут друг к другу, тем большую силу можно получить для переноса, но так будет лучше, к тому же сила моего пламени вполне способна компенсировать этот недостаток. Верде подозрительно себя ведёт в последнее время надеюсь он не сделает никакой глупости… Я еще раз всё проверила. По расчетам всё должно пройти нормально, резонанс не полного комплекта тринисетте с копиями колец Вонголы, захват и удержания проклятий включающий себя наложенные на потомков Ачиль Эпозито стражами Виндетте, на этих самых стражей и конечно же, проклятие радуги. Преобразование всей этой мути, по ранее заложенному алгоритму, после уничтожение копий колец приводящее к дестабилизации системы и переход изменённого проклятия на носителей настоящих колец Вонголы и сильнейший выброс пламени, прокатывающийся по всему земному шару ослабляющий владельцев пламени и дающий возможность при сильном желании практически любому человеку овладеть этой силой. Больше возможность использовать пламя не будет лишать людей возможности прожить самую обыкновенную и мирную жизнь. На смену воли пламени придёт воля и решимость людей. Правильно это или нет время всё расставит по своим местам. Моя воля и тело в созданной системе будут тем фокусирующим и преобразующим пламя элементом, который вообще делает эту задумку выполнимой в реальности, а не только в воображении. Перенос в параллельный мир изначально всего лишь маловероятный побочный эффект этого проекта, из-за того, что пламя Истинного Неба всегда стремиться к защите своего носителя и того что ему дорого. Сердце болезненно сжимается. Тора, близнец, мой отоото, враг, ненавистный и любимый, сможет ли он возненавидеть меня сильнее за то, что я совершу или это просто невозможно? После стольких лет войны, того что он творил обличенный властью, опьянённый своей безнаказанностью, я всё еще не могу его по-настоящему возненавидеть. Сколько раз я могла всё это прекратить отобрав его жизнь? Не сосчитать… Почему я всегда продолжала надеяться, что он измениться? Верить, что в нем осталось что-то хорошее, что он исправиться и нужно только дать ему время? И вот, теперь я взяла на себя роль его судьи, решила, что имею право выбрать для него наказание соответствующих его поступкам. На что я надеюсь оставляя ему жизнь? Обрекая его и его хранителей на невообразимо долгую жизнь без возможности умереть или сойти с ума, без возможности безнаказанно причинить кому-либо вред, остаться в стороне, когда невинному человеку понадобиться их помощь? Насильно быть добрым и благородным человека не заставишь, но может долгая жизнь на полненая служением другим людям заставит их задуматься о том, что они творили? Чувствуя чужую боль и эмоции как свои Тора сможет понять меня, хоть когда-нибудь? Я как всегда предпочитаю верить в лучшее, потому и оставляю возможность снять проклятье, а сможет ли Тора и его хранители это сделать, зависит только от них. Запустив обратный отчёт занимаю место в специально подготовленном ложементе, нет можно было бы для большей эпичности оформить эту часть установки в виде алтаря, но здравый смысл и вера в лучшее не дали. У меня же целых тридцать два и семнадцать тысячных процента, на то что я останусь в живых! Ну, в начали было просто семнадцать тысячных, но я и тогда оставалась оптимисткой! Стадия захвата и удержания проклятия подходила к концу, когда… - Ку-фу-фу-фу, кто-то тут попытался от нас сбежать и в одиночестве смыться в отпуск. Не хорошо, Ваше Высочество, так поступать не хорошо,- и как момент хорошо для появление сволочь подобрал! С моего ракурса было сложно разглядеть, что происходит около двери, но для того, чтобы понять, что в этой комнате становиться подозрительно многолюдно зрение и не требуется. Я всё-таки Примо Кардо Мариано и я знаю своих людей! Но наивности во мне на килограмм веса всё еще слишком много… Высказать всё что я думаю о ворвавшихся в комнату людях крепким итальянским словцом не успеваю. Цепная реакция, запущенная уничтожением копий колец Вонголы заставляет отозваться моё пламя и выгнуться дугой тело, пропускающее через себя чудовищные объёмы пламени Истинного Неба. Присутствие всех моих хранителей меняет цвет пламени и всё перед глазами застилает радужный огонь и на несколько бесконечных мгновений я становлюсь всеобъемлющим Небом. Вижу прошлое, настоящее и будущее многомерной вязью вероятностей глаза наполняются слезами, потому, что я чувствую всю боль и всё счастье этого мира и даже зная последствия своих действий, воплощаю свою задумку в реальность. Выбор - это то, что делаю человека человеком, и я хочу, чтобы он был у людей. Я становлюсь собой, приходя в себя в этой бесконечной огненной радуге от тянущего ощущения угасающего биения жизней дорогих для меня людей; Хибари-сан, Киоко, Шо, Занзас, Мукуро, Наги, Киоши, Ламбо, Такеши, Скуалло, Верде, Спаннер и Юки, Хаято, Фонг, Марко и… Реборн. Яркие разноцветные огоньки воли и чувств, затухали растворяясь в буйстве пламени. Нет! Моё пламя восстаёт против происходящего со всей яростью и отчаяньем на которые я способна, и радуга как-то даже слишком послушно откликается на моё желание, обнимает, поддерживает и раздувает едва не затухшие огоньки драгоценных жизней. И я испытываю бесконечную благодарность за этот шанс на новую жизнь. Радужное пламя сменяется бесконечными небесами, и я поворачиваюсь в воздухе и застываю вглядываясь в такие родные и любимые лица. - Бьякуран-нии, Юни-имото…- глаза застилают слёзы. - Чиело-чан, ты…- договорить у брата не получается потому, что я крепко сжимаю его и малышку Юни в объятьях и начинаю самым безобразным образом реветь. - Сестрёнка Тсу…- вторит мне малышка. - Ну-ну, девочки, ну хватит, а то я сейчас сам тут разрыдаюсь вместе с вами. Не заставляйте меня себя чувствовать еще большим придурком, чем я есть сейчас. - Ты не придурок, нии-сан,- вою я сквозь слёзы. - Придурок, я ведь позволил случиться всему этому кошмару. Не смог защитить, ни Юни, ни тебя Тсу. Хреновый вышел из меня старший брат. – я не сильно стукнула его своим кулаком в бок, прекращая плакать. - Не смей на себя наговаривать! – дуюсь, хмуря брови. – Никто из нас не был готов к тому, что наши способности можно блокировать, мою гиперинтуицию, виденье будущего сестрёнки, как и возможность получать знания из параллельных реальностей. - Ну, с твоей гиперинтуицией этот номер не прошел, - невесело хмыкает брат. - Прошел, - возражаю я. – Просто я слышала звон грозящихся рухнуть вниз небес… Ты же помнишь. - Помню, оне-сама. - Эй! - Сестрёнка Тсу, ано… - Юни-имото, только не говори, что и в этот раз встанешь на его сторону, - взмолилась я. Малышка густо краснеет под моим взглядом, но справившись со смущением улыбается и смотрит в глаза как умеет только эта маленькая светлая девочка. - Сестрёнка, когда окажешься в новом мире, пожалуйста, не сердись на нас. - Э? Ты о чем? Я же рядом с вами, а значит вроде как умерла, нет? – брат смеётся улыбаясь коварной лисьей улыбкой, щуря глаза и не жалея больно бьёт меня по спине, и я лечу в перёд лицом зажмуриваясь от больно резанувшей по глазам яркой вспышки света. И открывая глаза и видя перед собой жуткую рогатую рожу невероятно подозрительного типа в мою голову начинают закрадываться сомнения определённого типа. - Хииии?! Бабах! - Че за хрень?! Бабах! - Нас явно забросило туда, куда так долго пытался отправить нас Альянс, ку-фу-фу-фу. Ничего, Её Высочество и тут будет пытаться насаждать добро и творить справедливость! - радостно возвестил мой туман, но поняв, что именно сказал слёзно провыл. - Отпуск накрылся. Мой драгоценный и обожаемый отпуск… - Жалкие смертные, как вы можете пытаться стоять на пути у Астарота?! Мы явно провалили кастинг в рай и нас замели в место с более жарким климатом. Бабах! - Заткнулся, мусор. - Ха-ха-ха, это должно быть весело! И я даже не спрашиваю почему.