Навстречу Свету

Темная комната. Я уже попривыкла к обстановке. Сейчас, в неясном сумраке вечера, я без труда могу определить и стол у дальней стены, который едва различим от светлого пятна окна, и несколько больших кресел, расставленные сейчас в беспорядке и манящие присесть в них, и комод с зеленым ветвистым цветком на своей поверхности, и огромное зеркало помутневшее от времени. В нем, этом большом куске стекла с серебряным напылением, было видно всю комнату, даже эту безразмерную кровать, на которой так удобно расположились я и Рыжик. Так тепло и уютно. Я щурюсь от удовольствия и тесней прижимаюсь к теплому телу, которое так надолго было отдалено от меня. Мы молчали. Молчали с момента воссоединения. Слов и не требовалось. Я и так чувствовала, как равномерно бьется его сердце, успокоенное, как мерно и беззаботно текут его мысли, как тихо вздымается его грудь. Да и сама старалась, показать насколько скучала по нему, показать, как он мне нужен… И как давно я превратилась в сентиментального романтика?! Вздыхаю, понимая, что уже запустила эту «розовую» болезнь. Мы, как были в одежде, лежали на кровати. Я прижималась к теплому боку и старалась как можно глубже зарыться носом в его одежду, вдыхая этот упоительный запах лесной свежести. Но в голове у меня крутилась одна мысль, которую я посчитала нужным озвучить: — Рыжик, ты ведь понимаешь, что это был последний шанс, когда ты мог сбежать от меня? Я тебя отпустила, и была к этому готова, я бы не стала преследовать тебя и все такое, но… это был последний шанс. Теперь, даже если ты уйдешь из крепости, убежишь из города, улетишь из страны, отправишься на другую планету, я все равно тебя найду, верну, а в крайнем случае на цепь посажу и в подвале закрою, — не знаю, что на меня нашло, но говорила я серьезно, поднявшись на локтях и смотря в его малиновые глаза, чтобы он тоже понял, что я серьезна. — Шутишь? — шепотом спросил он, чуть отдаляясь от меня. — Конечно! — я широко улыбаюсь, — подвала тут нет, я тебя в башню посажу! Парень хлопает длинными ресницами. В глазах не прикрытый страх. Улыбаюсь теперь уже более нежно и тепло. Рыжик успокаивается, расслабляясь и прикрывая лицо рукой, пряча от меня румянец. Я хмыкаю и опять опускаюсь на плечо друга. Он понял меня и принял эти слова. На душе сразу потеплело, приятное чувство расплылось по всему телу, согревая меня и изнутри тоже. — Солнце садиться, — тихо сказал Рыжик. — Да, скоро они придут за нами… — я с грустью посмотрела на дверь, в которую с минуты на минуту должны постучать. А вот, что будет потом — я не помнила, как и все, что было со мной все эти «дни». Все было в тумане, но, думаю, важного не было… надеюсь, что не было. Ну, наверное, сначала они поведут нас на завтрак. Я все еще путаюсь в этих коридорах, но думаю, что скоро это пройдет и мне не нужен будет проводник. Я так задумалась, что не заметила, как в комнату вошли. — Принцесса, Элеонор! — эти идиоты из совета постоянно коверкают мое имя, вот не понимаю им так нравиться смотреть на мои черные глаза и бушующий хвост? Или они мазохисты какие?! — Что вам, ДмитрИй, — я, как маленький ребенок, коверкала его имя в ответ. — Кто это?! — Он был в бешенстве, наверное, поэтому и не заметил, как я начала закипать, бедняжка. — Это, — я указала взглядом на притихшего Рыжика, — самый дорогой мне человек! Я встала на кровать, расставив ноги чуть шире плеч и согнув их в боевой стойке, краем уха я улавливала свист воздуха, разрезаемого хвостом, что сейчас разбушевался не на шутку, хлестав меня по бокам и ногам. Волосы спутались и мешали обзору, рога, как я это поняла из отражения все того же зеркала, увеличивались в размерах, а глаза полыхали темным огнем, из груди рвалось тихое рычание. Красавица, ничего не скажешь, а скажешь — сдохнешь. Я пристально следила за Дмитрием. — Но! Он же полукровка! — голос его стал слабее, но не лишился ярости и отвращения. — Ты имеешь что-то против?! — холодный вопрос, заданный ледяным тоном, освежил этого напыщенного Высшего. Он вспомнил с кем говорит и, оправив одежду, встал по стойке «смирно». Я тоже немного успокоилась и теперь стояла на полу, чуть переминаясь с ноги на ногу, приводя себя в порядок. Платье оправилось быстро, даже выглядеть стало, как новое, а вот гнездо на голове без магии уложить не получалось. На все ушло пара минут, после чего я сходила в ванную — умыться, а когда вышла стояла такая тишина, что мне показалось, что мир лишился звуков. Атмосфера накалена до предела. — Эм, уважаемый, ты понимаешь, что я буду Очень сильно злиться, если за столом, по правую руку от меня, не будет приборов для Рыжика?! — и я очень красноречиво посмотрела на этого старейшего, на вид которому не меньше сорока. — Но… — он замялся и еле слышно выдал, — за тем местом сидит господин Мартин… — Ну и в чем проблема? Пересадите, я все равно не горю желанием слушать или видеть его, — я подошла к окну, раскрыв шторы. В лицо ударил холодный свет луны. — Но… — Возражений не принимаю! — я встала напротив Рыжика, даже не обратив внимания, как вышел Высший, — ну и что ты разлегся? Вставай, нас уже ждут. Парень замялся, вставая неохотно. Кажется, он что-то хотел сказать, но боялся. Неужели он все еще боится меня? Я предано заглянула ему в глаза, выглядывая из-под лба. Он еще больше сжался, не зная, что ждать от меня. Я сама не знала, что со мной происходит. Все тело легкое, как перышко, в голове чистота и порядок, хочется смеяться, и кажется, что если сейчас не сделаю хоть что-то, то просто разорвусь на частички. Я счастливо улыбнулась, посылая волну счастья Рыжику, довольная тем, что вызвала у него улыбку я все же подтолкнула его к разговору: — Ты что-то хотел сказать? — и немного отошла, чтобы видеть его полностью. — Ну… это как бы… — парень отвел от меня взгляд, вновь растеряв всю решимость — Тем, ну что ты, как девчонка перед первой брачной ночью?! Давай быстрей, народ нас ждет! — я уже тянула его в сторону столовой, которая манила меня своим божественным запахом. — Эл… Эл! — он дернул рукой, останавливая меня. — Эл, а ты уверенна, что будет уместно, если я пойду с тобой? И в глаза при этом смотрит, я аж растрогалась, от таких слов. Одновременно хотелось смеяться, из-за глупости сказанного, и плакать от того, с какой отчаянностью были сказаны эти слова. Я подошла к нему ближе и прижалась всем телом, впиваясь ногтями парню в плечи. Нужно успокоить бурю эмоций в голове, нужно остыть, а это так легко выходит в его объятиях, сразу так легко и свободно. Словно и не было тех противоречивых чувств и мыслей, будто и не было тех тягостных волн от Рыжика. — Рыжик, все хорошо, я не позволю тебя снова обижать! — и пока он не успел очухаться, потянула его в столовую, дверь в которую была уже перед нами. Мы ворвались в самый подходящий момент, все сидели в нетерпении, блюда остывали на тарелках, а напитки уже немного выдохлись, наполнив воздух приятным запахом. Не останавливаясь, я привычно дошла до своего места, оставшись довольной от того, что место по правую руку пустует, ожидая нового хозяина. Я села, подождав, пока тоже самое сделает Рыжик, посмотрела на народ, что окружал меня. Много их… человек сорок, и все старше меня, при том еще и одни мужчины. Смотрят с непониманием и ужасом. Я поднимаю одну бровь, одаряя всех злым взглядом. Тишина заполнила залу, поглотив даже запахи. Чувствую, как Тема начал нервничать, но пытаюсь подавить в себе жалость и продолжаю аккуратно сканировать окружающих. Все как один не верят себе, что я привела с собой полукровку. Ну, конечно, они все Высшие, и даже здороваться с ними брезгуют, не то что сидеть за одним столом. — Всем приятного аппетита, — разрываю я тишину, вмиг вернулись звуки, запахи и даже Тема немного успокоился. Спорить никто не стал, все принялись за еду. Кормили не важно- салаты и фрукты с винами преобладали, мяса почти не было. Я, конечно, понимаю, что демонам есть почти не нужно, но банальные белки, жиры и углеводы получать необходимо, мне уже страшно смотреть на армию, с которой, к слову, я буду знакомиться и тренироваться со следующей неделе. Как они могут нормально тренироваться и сражаться, если едят одну зелень?! Не порядок! Нужно будет это исправить. Напихав в себя кучу зелени, я так и не наелась. Все ж старая привычка — много кушать — осталась и уходить не собиралась, ну не важно. Я встала из-за стола, показав всем жестом, что могут продолжать трапезу (фу, какое дурацкое слово), и направилась к двери, следя, чтобы Рыжик не отставал. У самой двери вспомнила, что забыла сказать, хлопнула себя в лоб и резко развернулась, оглашая зал свистом. — Все внимание, — подождала, пока не утихнут стуки вилок о тарелки, и продолжила, — собрание через два часа в главном конференц зале! И продолжила свой путь.