Вся надежда на счастливый конец.

На часах 04:57 утра. Неожиданно тихую комнату наполняет громкий звонок телефона, от которого всё ещё сонный Уилл непременно вскакивает с кровати. Когда он понимает, в чём дело, то быстро убавляет громкость звонка, потому что не хочет будить мирно спящего сынишку. - Кого черти дёрнули звонить мне в такую рань? – Переведя взгляд с часов на экран телефона, Уилл увидел имя абонента: «НИКОЛАУС». Так что ему необходимо было ответить, мало ли, что-то срочное. - Алло, Николаус? - Да, это я. Звоню, чтобы сообщить, что ты должен быть у нас дома ровно в три часа дня. И ни минутой позже. Смекаешь? – Как можно твёрже постарался произнести это полупьяный Николаус. Всё же, язык у него немного заплетался, и именно это выдавало его. - Вы уверены? - Да! – воскликнул он. - Хорошо, буду. Уильям положил трубку, даже не спросив, почему Николаус звонил ему так рано утром чтобы сказать, что он должен быть у них в три часа дня. А теперь и сна-то ни в одном глазу нет.

***

И вот ровно в три часа запыхавшийся Уилл ждал у дверей дома братьев-близнецов, пока ему кто-нибудь откроет. К счастью, ждать долго не пришлось. - О, а вот и ты, - на пороге появился Николаус. Его усмешка немного смутила Уилла. – Проходи. - Итак, я здесь, можно начинать уборку? – разувшись и положив вещи на тумбочку в прихожей, Уильям собирался уже обуть старую обувь, которую ему дали специально для уборок. - Не за этим я тебя позвал сюда, - отрезал Николаус. - А зачем тогда? - Мне вдруг стало так скучно и одиноко. Мой никудышный братец ушёл два часа назад куда-то, а меня оставил здесь… В общем, я решил, что компания мне не помешает. - Почему вы не позвали своих друзей? - У меня нет друзей. «Не удивительно», - подумал Уильям, но не решился сказать это вслух. - Все они, - продолжал младший из братьев, - если и приходят ко мне, то не за тем, чтобы поддержать, а за тем, чтобы закатить у меня дома очередную вечеринку и устроить здесь погром. А после дружно свалить, разумеется. - К чему вам такие «друзья», когда можно найти настоящих? Тех, кто не предаст и не променяет ни на что? - А где их искать-то? Да и терпеть меня, думаю, сможет не каждый. Вот ты смог бы ежедневно терпеть мои насмешки и упрёки? – Николаус подошёл слишком близко к Уильяму, от чего последний сильно покраснел. Он буквально чувствовал обжигающее дыхание Николауса на своей шее. - Мне и так приходится это делать, - выдавил Уилл. – Пожалуйста, не надо подходить так близко. - Что такое? Ну-ну, не смущайся ты так. Я просто… Просто сделаю вот это, - прошептал брюнет и прикоснулся своими губами к губам Уилла, впиваясь в них так, что самому Уиллу, наверняка, было больно. Одной рукой Николаус обвил талию Уильяма, прижав его к себе. А второй стал блуждать по разгорячённому телу омеги. Но самое странное было то, что никакого ожидаемого сопротивления Уильям не проявлял. Напротив, лишь поддавался желанию Николауса. И вскоре альфа понял, в чём дело. - У тебя что, течка начинается? – едва прищурившись, спросил он. Бэнкс ничего не ответил, только опустил взгляд в пол, - ясно. Что же, может, так лучше. У тебя очень приятный запах, знаешь об этом? Николаусу не нравилось то, что Уильям прячет глаза, отворачивается. Поэтому альфа резко подхватил его на руки и мигом отнёс в свою спальню. Конечно, это можно было бы сделать и внизу, прямо в гостиной, чтобы позже увидеть удивлённое лицо Джона, когда тот вернётся и обнаружит любовничков за весьма интересным делом. Но ничего, в спальне тоже есть камера. Благо, что никто, кроме Николауса, о ней не знает. Пока не знает. В спальне действительно было лучше. Уильям стал раскованнее, а румянец на щеках придавал ему большей сексуальности. Николаус ожидал, что омега в постели с ним окажется обыкновенным бревном, каким было большинство тех, с кем он спал. Ан нет, вот тут вышел наиприятнейший промах. Уильям не только получал удовольствие сам, он ещё и доставлял его Николаусу. Уилл стонал во весь голос, выгибаясь навстречу альфе. Вскоре они оба почувствовали приближение оргазма. Уилл содрогнулся, его мышцы резко сократились, и он кончил на грудь Николаусу, так как находился сверху. Он только хотел слезть, как крепкие руки охватили его бёдра, насаживая его самого всё сильнее и глубже на член партнёра. - Я ещё не закончил, - отрывисто произнёс Николаус и отпустил Уилла только после того, как почувствовал головокружительное наслаждение, пронёсшееся чуть ли не по всему телу. Освободившийся от цепких рук Уильям шумно выдохнул и упал на кровать рядом с Николаусом, прижимаясь к груди того, кого раньше едва ли не ненавидел. А брюнет устремил свой взгляд в верхний правый угол комнаты и улыбнулся, смотря прямо на камеру, которую мог разглядеть только он.

*POV* Джон Сильвер

Я пришёл домой в приподнятом настроении. Сегодня я был у своих давних друзей. Они только приехали из Шотландии и расположились в гостинице. Далековато, конечно, но ради них я готов был пройти и километры. Нас всего трое: я, Лукас и Адам. Мы дружим ещё с младших классов, наши родители хорошо знакомы друг с другом. И теперь, минуя годы, мы по-прежнему дружим. Жаль, что у Николауса нет такого счастья, иначе он бы не пропадал днями и ночами на всяких тусовках и не спал бы со всякими продажными омегами. На пороге я заметил обувь, не принадлежащую ни мне, ни Николаусу. Похоже, это была обувь Уильяма. По крайней мере, размер точно его. Но что он делает у нас сегодня? По расписанию он должен прийти убираться через два дня. - Мистер… - я не счёл нужным обращаться к нему, как к мистеру Бэнксу, а потому тут же поправился, - Уильям? Мне никто не ответил. Я позвал громче. - Чего ты раскричался-то? Здесь твой Уильям, - по лестнице спустился Николаус с самодовольной улыбкой, а за ним спешно шагал Уилл. Не успел я ничего спросить, как он быстро схватил свои вещи и вышел из нашего дома. - Что это с ним? Зачем он приходил? – начал спрашивать я. - Слишком много вопросов, на которые я не хочу отвечать. Пойдём, я лучше покажу тебе, - усмехнулся мой младший брат-близнец, а после потащил меня в свою комнату. Когда я зашёл, внутри меня образовался какой-то неприятный комок, давящий на душу. Уж не это ли называют плохим предчувствием? - Ты что, спал? – удивлённо спросил я, глядя на расправленную постель Николауса. - Ага, спал, - кивнул он, не переставая улыбаться. До меня ещё не доходило всё, но одно я знал точно – Николаус что-то задумал. И это «что-то», скорее всего, не очень-то и приятное. Николаус усадил меня за свой рабочий стол, который так же стоял у него в комнате, и включил ноутбук. Затем открыл какой-то файл под названием «Для Джона». На экране появилась комната Николауса. - Ты снимаешь свою комнату? – изогнув бровь, спросил я. - Снимал. Сейчас скрытая камера отключена. Она мне больше не нужна. Так вот, мой дорогой братишка, ты помнишь, что я тебе обещал? – спросил он, и меня словно молнией ударило. Перед глазами пролетел наш разговор о Уильяме. Моё сердце тревожно сжалось в груди. Неужели это… то самое видео?

***

- Ах ты мразь! – я в ярости схватил своего брата за шиворот, хорошенько тряхнув. - Что, понравилось? – выкрутившись, он увернулся от моего удара и, назло мне, широко улыбнулся, - мне вот, например, очень. - Ты не представляешь, что я сейчас с тобой сделаю! – повысил голос я. Кажется, я уже кричал. Чёрт, только не это… Дело в том, что когда мне было одиннадцать лет, я был довольно агрессивным. У меня часто были срывы, я избивал своих одноклассников, стоило им только сказать что-то плохое в мой адрес. Я грубил всем… Меня направили на обследование к психиатру, который выявил у меня некоторые «помехи». Он назначил мне курс лечения, в ходе которого я должен был научиться сдерживать себя. Курс я прошёл на «ура», но злиться мне всё так же не безопасно. И вот сейчас я чувствовал, как ситуация выходит из под контроля. - Джон, остановись! Прекрати, больной идиот! – Я услышал голос Николауса. До этого я был словно в отключке, а теперь как бы очнулся. И я увидел, что натворил… Вся гостиная была в полном беспорядке, словно здесь прошёлся ураган. - Это… это я всё сделал? – ошарашено спросил я у брата, который стоял в углу комнаты. Слава Богу, он был в порядке. - А кто же ещё? – он подошёл ко мне, взял за руку и отвёл на кухню. Достал валерьянки и дал мне. – Успокойся, ладно? Всё хорошо, - говорил он, но я видел, как сильно он был напуган. - Прости меня, - выдавил я. - Ну, зато теперь я понимаю, что ты действительно любишь этого Бэнкса.