Папаша

Я проснулась раньше всех. Это же здорово, когда ты встаешь, а в доме тишина-тишина… Можно подумать о жизни… Я вышла из комнаты и вошла в гостиную. Луи спал на диване. Так мило. Стоп, он даже не разделся? Да и вообще, почему он в гостинной, а не в комнате, где лежат его вещи? Он что, вообще не ушел вчера вечером? Ладно, не буду его пока будить. Надо сходить к детям. Я тихо поднялась по лестнице к ним на этаж и зашла как всегда сначала к Скотту. - Детка, вставай! – я слегка потрясла его за плечо. – Пора вставать… Скотт промычал нечто нечленораздельное. Вдруг его лицо как бы пришло в сознание и он распахнул глаза. - Доброе утро, мам, - он улыбнулся. Он резко встал и направился в ванную. – Я в душ… - Хорошо, детка... - Он уже ушел в ванную, а я так и осталась стоять около его кровати. Что случилось с моим соней? Ладно, надо зайти к Эллисон. Я прошла к ее комнате и открыла дверь. Дальше я идти не смогла. Я была в шоке... Эллисон сидела на своей кровати, полностью одетая, портфель находился возле двери, и вообще Эль читала учебник! Итак, я повторяю вопрос: кто эти люди и куда они дели моих детей??? - Привет, мам, - подняла девочка голову. - Привет, Эллисон... А что ты читаешь? - Итальянский учу, - она улыбнулась, показывая обложку учебника, как будто это нормально, что в то время, когда она еще только встает - она, считайте, учится... - А почему сейчас?.. Ты что-то не доучила вчера? - пыталась я найти хоть какое-то оправдание. - Да нет, просто решила повторить перед школой... Я в шоке. - Ну ладно, не буду тебе мешать... - я в шоке. Закрыв дверь, я посмотрела вниз по лестнице. Сейчас мне так хотелось сделать что-то с детьми или для детей, лишь бы не видеть Луи... Но делать нечего. Я грустно вздохнула и вдруг услышала грохот на кухне. У меня появился домовой, который хочет все здесь разгромить? Но домовые следят за порядком, чтобы он сохранялся, а не наоборот... Я быстро спустилась по лестнице и забежала на кухню. Ну да, конечно, домовой... Этого домового я ТОЧНО не хочу видеть в своей доме... - Что произошло? - спросила я, оглядывая кухню. Мой благоверный сосед стоял на стуле и тянулся к тарелкам наверху. Спрашивается, зачем??? - Это запасные тарелки... - устало произнесла я. - А "основной состав" в соседнем шкафу... Он повернулся ко мне. У него было такое виноватое лицо, как будто он вор и я поймала его с поличным. Типа, отпираться бессмысленно, поэтому можно и признаться. Потом медленно слез со стула и залез в шкаф. Все это время я стояла неподвижно и пристально за ним наблюдала. Пусть он почувствует, что я не доверяю ему... - Спасибо, Эмили. Меня слегка передернуло. Надеюсь, он не заметил... - Луи, - я глубоко вздохнула, - я для тебя не Эмили. Тем более не Эми. Я для тебя - мисс Твист. Ты понял? - Понял. Тогда и ты запомни: я для тебя НЕ мистер Томлинсон. Я Луи, или на крайний случай Луис. Усекла? - в его глазах была обида и злость. Обида и злость. Ужасная комбинация. Самая едкая, а иногда даже опасная. Он держался не шевелясь. - Хорошо, Луис, так зачем вам понадобились тарелки? – я смотрела в сторону. Просто не могла на него смотреть. - Я хотел приготовить завтрак, – он прожигал меня взглядом. Если бы взглядом могли убивать, я бы сейчас валялась на полу в луже крови… - Помнится мне, вы ненавидели готовить в молодости? – я медленно подошла к нему и слегка улыбнулась, глядя прямо в глаза… - Я не ненавидел готовить. Я просто не делал этого, потому что моя жена потрясающе готовила и мне не надо было заморачиваться… - я закатила глаза. - Хорошо, - взмахнула я руками, - порази нас своими кулинарными способностями! – я пошла в свою комнату. - Хорошо, - процедил сквозь зубы Луи. Я зашла в комнату и упала на кровать, зарывшись лицом в подушку. Сердце стучит, бросает то в жар, то в холод, слезы текут… О нет, Эми… Ты всё еще не ровно дышишь к этому человеку??? О, нет… Ты его любишь? Любишь человека, который в свое время разрушил твою жизнь. Он ее разрушил!!! Нет!!! Так не должно быть!!! Я должна его ненавидеть!!! Я должна хотеть, не знаю, расцарапать его лицо, покалечить, плюнуть, но я хочу лишь прижаться к нему, чтобы он меня обнял крепко-крепко, как может только он, как обнимал меня только он!!! Но я не могу. Не могу позволять ему приближаться ко мне, как к женщине. Я для него начальник. Я не хочу привязываться к нему, поэтому он для меня лишь подчиненный, который… живет у меня. Я не знаю, как мне поступить. Не знаю, как спокойно жить, не выражая своих эмоций. Я не умею так жить!!! В голове вдруг всплыла фраза: «Лучший способ не остаться с разбитым сердцем – это притвориться, что у тебя нет сердца». Может, оно и правда? Я села на кровати и вытерла слезы. Может хотя бы попытаться? В полуапатичном состоянии я сделала свой стандартный утренний рацион и вышла из комнаты уже одетая и готовая к различным жизненным ситуациям. Со стороны кухни уже пахло… блинчиками? Неужели Томлинсон реально научился готовить? Дети сидели за барной стойкой, разделяющей кухню и уплетали блинчики со сгущенным молоком. Я подошла к ним и погладила Эллисон по голове. - Вкусно? – спросила я и выдавила улыбку. - Фкуфно! – сказал Скотт. – Спасибо, п… кхе-кхе, дядя Луи! Ой! – вдруг он схватился за коленку. Это что происходит? Дети что-то явно не договаривают… У меня за спиной послышался довольный смешок. - Пожалуйста, ребят… Мисс Твист, вы будете завтракать? Я повернулась к нему. - Пожалуй, нет. Я не голодна, - просто-таки кусок в горло не лезет… Дети уже доели и стояли рядом со мной. - Мам, ты готова? – дернула меня Эллисон. - Готова, детка. А вы? - Наши вещи в прихожей, - она показала на портфельчик и дипломат, лежащие на тумбочке у двери. - Хорошо, – я повернулась к Луи. – Луи, а вы готовы? - Всегда готов! – он наигранно приставил руку к виску, как солдат. Клоун. Но детям понравилось… - Тогда в машину. Мы вышли из дома. Я включила сигнализацию и мы загрузились в машину. Когда я довела детей до школы и вернулась в машину, лицо Луи подсказало мне, что он настроен серьезно поговорить. - Только не начинай, ладно? – заранее заткнула его я. - Это мои дети! - Не начинай, пожалуйста! - ЭТО МОИ ДЕТИ!!! – прокричал Луи. Я этого не потерплю. - НЕТ! Это не твои дети! – закричала я в ответ. – Это мои дети! И к тебе они не имеют НИ-КА-КО-ГО отношения! - Это мои дети! – уже тише сказал он. - Я пять минут залипал на фотографию Скотта, размышляя, почему у незнакомого мне человека фотография меня в детстве. - Я повторяю тебе, это не твои дети, - я тоже снизила тон. – Они мои. И никогда они не будут твоими, ты понял? – я уставилась на него. - Нет! – он отвернулся. Ему нечего было больше сказать, и он начал искать выход из ситуации. – Так, всё, едь на работу, а то опаздаем! Так по-женски, если честно… Луи никогда не изменится…