Папаша

От имени Эмили - Ну? Куда пойдем? - спросил Луи. Мы стояли у расписания киносеансов уже минут пять и так и не решили, что будем смотреть. - Ты предложил - ты и выбирай! - Я хочу на "Люси". - Я обещала детям, что мы туда вместе пойдем. - Мм, окей... "Сойка-Пересмешница"? - Не вижу смысла идти на последний фильм, не видя предыдущих... - Зануда... - пробормотал Луи. - Я все слышу... - Ну и хорошо, будешь знать правду. Вдруг он резко сорвался с места и направился к кассам. - Эй, ты куда? - Я решил, куда мы пойдем и иду покупать билеты, - он лучезарно улыбнулся. - А ты пока, купи поп-корна, хорошо? Мне как всегда! - Хорошо. Я побрела к барной стойке, где стоял молодой человек приятной внешности и улыбался. - Здравствуйте, что будете заказывать? - Мм, мне, пожалуйста, один поп-корн большой соленый, один большой сладкий, Coca-Cola 0,5 и Limon Frash Light в банке. Бармен быстро собрал мне мой заказ, я заплатила нужную сумму и направилась обратно к кассам. Луи был уже у цели. - Мне, пожалуйста, два билета на "Бегущего в лабиринте". Мне нравится его выбор. Это будет весело. - Выбирайте места, - она указала на монитор. - Последний ряд, одиннадцатое и двенадцатое места, пожалуйста, - Луи положил деньги, ему вернули билеты и сдачу и он подошел ко мне. - Я просто вспомнил, как ты любила эту книгу раньше... - начал объяснять он. - Я ее и сейчас люблю, - я протянула его поп-корн, он его взял. - Но ты же понимаешь, что... "Внимание, спойлер!" - я пропела последние два слова и хитро на него посмотрела. - Облом, детка. Я читал эту книгу. - Когда успел? - У меня было семь лет безудержного веселья и воспоминаний о тебе, - он поджал губы и улыбнулся. Мне нечего ответить. По словам Гарри, так всё и было, и у меня пока что мало оснований им не верить... - Сколько до сеанса? - поинтересовалась я. - Две минуты. - Тогда пошли быстрее! - я пошла к залу. Как только мы зашли - свет погас. - Вовремя, однако, - заметила я. - Не бурчи. Мы уселись на наши места. Прошла реклама - экран потемнел и послышались странные звуки. Кроме звуков фильма, я услышала еще одни. Хххр-хххр-хххр... Я посмотрела в сторону источника звука. Луи скреб краем крышки колы по щеке и благоговейно улыбался. - С тобой все нормально? -поинтересовалась я. - Да, - Луи повернулся ко мне. - Хочешь попробовать? - он протянул мне стакан. - Классное ощущение... Как будто бреешься. Я недоверчиво взяла стакан в руки. Пару раз провела по щеке. Действительно, классное ощущение. - Мм, мне нравится, - улыбнулась я. Луи рассмеялся. - А теперь отдай мне мою колу. Я надула губы и протянула колу. Дальше мы начали смотреть фильм. - Какой милый Ньют, - усилилась я. Луи посмотрел на меня обиженно. - Милее меня? - Пф, нет, конечно, - я взяла его за руку и крепко сжала. Он тоже сжал, и, когда я хотела выпустить его руку - не отпустил. Я расползлась в улыбке, но мне пришлось сделать нормальное выражение лица, потому что Томаса на экране чуть не убил инфицированный глэйдер. Как-то поп-корна совсем не хотелось... Прошло уже 20 минут фильма, а мы съели очень мало. Краем глаза я заметила, что Луи смотрит на меня. Я прикусила губу и повернулась к нему. - Тебе нравится фильм? - Нормальный... А если бы я не читал книгу - вообще бы был потрясающим! Он потянулся. Ох, Томлинсон, как ребенок! Хочешь обнять? Ну так обними! Зачем мучиться, делая все окольными путями? Его рука опустилась на моё плечо. Я улыбнулась. Первое изменение Луи Томлинсона: он стал... стеснительным? Я потянулась к нему и чмокнула его в щеку. Он улыбнулся, не отводя взгляд от экрана. Я придвинулась ближе к нему и положила голову ему на плечо. Он обнял меня крепче и поцеловал в макушку. Я была счастлива. - Этот Галли мне не нравится. Я представлял его себе как-то иначе,- обиженно произнес Луи. - Как ты его себе представлял? - Ну, как Гейла из Голодных Игр, - я сделала "poker face". - Да, прости, я забыл, - я кивнула. На экране парни пришли к раздавленному монстру. - Ой, фууу, - скривилась я. - Тогда не смотри на это, - Луи закрыл мне ладонью глаза, но его ладонь слишком большая, так что он закрыл мне все лицо. - Луи, твоя рука вкусно пахнет, - улыбнулась я. - Это соленый поп-корн, приятного нюхания, - усмехнулся он. - Скоро они откроют тунель, убери руку. - Эй, - он убрал руку с моего лица. - Книгу читали мы с тобой, а не весь зал! Не лишай людей интриги! - Внимание, спойлер, - громко сказала я, чтобы меня услышал весь зал, но вдруг у меня во рту оказалась горсть соленого поп-корна. Я чуть не подавилась от неожиданности! Прокашлившись, я укоризненно посмотрела на Луи. - Я предупреждал, - он усмехнулся, показав мне свои идеальные зубы. Второе изменение Луи Томлинсона: он выпрямил зубы. В девятнадцать, они были у него кривоватыми... - Но я не хочу просто так сидеть, - я кинула в него поп-корном. - Эй, ты что творишь? - рассмеялся он. Потом резко напрягся, - Так, всё, давай смотреть кино, - он отвернулся от меня, но все еще держал руку на моей талии. Он нежно гладил меня рукой по талии, как будто боялся, что я забуду о его присутствии. Он гладил нежно, но у меня, от каждого его движения пробегала волна мурашек. Мне было щекотно, потому что я боюсь щекотки. Мне было смешно, потому что мы, взрослые люди, которым почти по тридцать пришли на свидание в кино и сидим на последнем ряду, напрасно занимая места для поцелуев. Мне хотелось плакать, потому что я потеряла почти восемь лет своей жизни просто так, прожила их без любимого человека. Мне было настолько обидно от того, что я никому не могу высказать то, что у меня на душе, что я прижалась к Луи еще сильнее и зарылась носом ему в шею, обхватив руками торс. - Ты чего? Здесь на страшно же? - в недоумении посмотрел он на меня. Я улыбнулась и поцеловала его в губы. Он явно не ожидал такого, но все же ответил на поцелуй. Я почувствовала усмешку через поцелуй, и когда отстранилась, то увидела веселый огонек в его глазах. - Кажется, это будет мой любимый фильм, который я даже не запомню... - я усмехнулась и вновь положила голову ему на плечо. Одна его рука так и поглаживала мою талию, а другая сделала с моей замок. - Ты смешная, - заключил он. - Ну спасибо... Смотри, Терезу подняли!.. "Она - последняя из всех", - я произнесла последнюю фразу вместе с героем фильма. - Мне нравится эта фраза! А тебе? - И мне, - усмехнулся Луйка. - Знаешь, я тут вспомнила кое-что... - Что? - Луйка-соплежуйка, - рассмеялась я. - Не знаю почему именно это. Просто вспомнилось. - Какой это класс? - Пятый, - я улыбнулась широко, как смогла. Луи закатил глаза. - А звучит, как детский сад... - Да ладно тебе, помнишь, как круто было? - Помню. Но из всей школьной жизни, больше всего мне нравятся старшие классы. Помнишь, как там было круто? Я нахмурилась. Да уж, помню. Помню, как к Луи клеилась каждая первая. Помню, как он сбегал с уроков, оставляя меня одну за партой. Помню, как просился у меня под кроватью в детдоме пожить, когда с матерью ссорился. Как же, всё помню! Помню даже, как я нашла его в хлам пьяным около его же дома... Хотя были и позитивные стороны. Хоть на него и клеились ВСЕ девушки старшей школы - был он со мной. И мирила его с мамой тоже я, так что его мать во мне души ни чаяла, ведь, я ей сына возвращала. И всегда, когда он был безнадежно пьян, он не мог молчать о том, как меня любит. - Да уж, веселуха, - закатила я глаза. - Слушай, мне всегда было интересно, - я затаила дыхание, потому что он говорил это с очень серьезным видом, - а глейдеры в Терезе видели девушку? Или у них вместе с памятью о прошлой жизни и инстинкт размножения стерли? - Ты дурак что ли? - рассмеялась я. - Ну а что? Я просто спросил... что ты вообще так удивляешься? Это физиология, и это нормально! - Третье изменение Луи Томлинсона - что естественно, то нормально. Раньше это понятие ему давалось с трудом. - Мне кажется, что у них в тот момент были проблемы похуже, чем неудовлетворенные потребности... Томас, например, - я рассмеялась, когда Томаса вновь посадили в яму. - Согласен. Мы вновь начали смотреть фильм. Слушайте, как они его переврали... Это же просто ужас! Позор! Кошмар! - Эй, перестань ерзать! - Я не могу, этот фильм - позорище! - Ты хочешь свалить? - он показал рукой на выход. - Нет, повозмущаться. - Ешь поп-корн и молчи, - строгим тоном сказал Луи. Четвертое изменение Луи Томлинсона - он научился давай команды! Ох, прибью я его скоро за такое умение... - Ты тоже! - он взял горсть поп-корна и закинул себе в рот. - Так лучше? - сказал он с набитым ртом. - Да, определенно да. Прошло пять минут. - Эми, - послышался у меня рядом с ухом шепот Луи. - Да? - Ты будешь моей Терезой? - сердце сделало тройное сальто в груди. - Это что, предложение руки и сердца? - пошутила я. - Да, - в голосе Луи ни намека на шутку. Я аж поперхнулась. - Соглашайся, - услышала я голос с другой стороны. Это сказал парень, которому мы явно всё это время мешали смотреть фильм. Я проигнорировала его совет и, широко раскрыв глаза, посмотрела на Луи. - Ты серьезно? - Нет, блин, шучу. В первый раз серьезно предложил, а в этот раз, блин, пошутить решил! - он в порыве развел руками. - Воу, воу, сарказма поменьше! Просто это неожиданно. Очень неожиданно! - Эмили, мы с тобой взрослые люди, тем более уже однажды были женаты, так чего думать-то? Я тебя люблю, дурында. Ты меня тоже, я это понял. Так в чем проблема? - В том, что мы оба изменились. И я тебе это уже говорила. Я не могу теперь на 100% предугадать твои действия... - Ты и тогда не могла, как выяснилось, - перебил он меня. Укол обиды вонзился в сердце. Зачем надо было напоминать? - Я тебя не понимаю иногда. Совершенно! - Но... - Всё, Луи, разговор окончен, поговорим об этом позже. - Обещай подумать хотя бы, - безысходно проговорил Луи. Он уже давно не обнимал меня, и его руки были на коленях. Он похож на маленького мальчика, которого отругала учительница... Я не успела ему ответить. Зажегся свет, указывающий на конец сеанса, и я встала, направляясь к двери. Люди вокруг меня смотрели на меня косо. Неужели я говорю так громко? Я прикусила губу. Несколько девушек, лет по 20-23 сначала презрительно осмотрели меня, потом впились глазами в Луи. Я закатила глаза и "ненароком" сказал Луи так, чтобы эти курицы услышали: - Поздравляю, Томлинсон, у тебя появился личный фан-клуб. Девушки сразу же пошли к двери. То-то же, если я обещаю подумать - это не значит, что на него нужно вешаться и, буквально, раздевать глазами! Луи ничего не понял. Честно, я без понятия, о чем он сейчас думает! Он просто подошел ко мне, сцепил наши руки в замок и повел к двери. Я не против. Он ведет меня через холл к выходу из кинотеатра. Мы доходим до парковки, и Луи сам садится за руль. И все это в гробовой тишине. Меня пугают его действий, я его не понимаю. Я решаю подать голос, только когда мы выехали на большую дорогу. - Луи... - М? - Ты обиделся? - На что? - он не дал мне ответить. - На то, что опозорила на весь зал или на то, что отказала? - я вжалась в кресло. - Луи... - М? - Я люблю тебя, - я закусила губу, чтобы случайно не улыбнуться и остаться серьезной. Лицо Луи расслабилось. Он тоже пытался остаться серьезным. - И я согласна. Эмили, крепись. Луи судорожно вздохнул и вцепился в руль машины. Затем доехал до обочины и остановился. Вышел из машины, не сказав ни слова. Я с интересом наблюдала за ним. Что он собирается делать? Он отошел от машины метров на пять-десять, раскинул руками и посмотрел на небо. - Спасибо! - внезапно закричал он. - Спасибо Тебе, Господи, что отец решил послать меня именно сюда! Спасибо тебе, что я встретился с ней! Спасибо! Помоги мне теперь не потерять её опять! - он сделал паузу, а потом тише, уже не крича, добавил, - Аминь, - и опустил голову и руки. Пятое изменение Луи Томлинсона - он поверил в Бога. Или, по крайней мере, Ему поверил. Луи вернулся в машину, опять молча ее завел, и мы поехали домом, но уже не было того напряжения, которое было раньше. Я ехала, сознавая, что вот теперь уж, точно всё изменится!