Операция "Изнасилование"

— Итак, мальцы, я думаю, нет смысла объяснять то, что вам сказочно повезло с таким знакомым, как я! — заговорчески шептал Итимару, то и дело подмигивая каждому из нас: волнующимся Дейдаре и Хидану, заинтересованному Итачи и подозрительно спокойному мне и отцу. Специально выдержав небольшую паузу для пущего эффекта, Матсураси старший небрежно поправил свою шевелюру и продолжил: — Я выбил самые лучшие места в нашем элитном стриптиз баре. Цыпочки там просто отпад, десять из десяти, с шикарными формами и безудержным накалом страсти в глазах! Ох, а какая же там девица есть, Сузуми, её великолепное отсосное мастерство не передать словами! — Джашин-сама, как же я счастлив! — Хидан прижал руки в умилительном жесте и начал кружиться по холлу. — Настоящий стриптиз бар, охренеть не встать! — Настоящий стриптиз бар? Ты что, туда идешь впервые? — Дейдара вопросительно изогнул бровь. — Ну… Праздничные пляски прекратились, а на щеках у Хидана образовался суровый мужской румянец в виде двух алых пятен. Вот и спалился наш хваленый ловелас на лжи! Когда-то давно, уже и не вспомню точную дату, наша организация, символом которой стало красное облако на черном фоне, собралась на небольшом сабантуе, посвященному Дню Рождения нашего дорогого Дейдары. Так как в принципе празднование торжеств в нашем праведном кругу страждущих сердец не было принято вообще, все чувствовали себя достаточно неловко, до тех пор, пока виновник торжества не принес из своей комнаты целый ящик новомодного напитка под названием текила. После того, как была опустошена половина, конечно же всех понесло на задушевные разговоры – даже сам Нагато снял с себя маску хладнокровного лидера несущего боль и принялся обсуждать со мной глобальные проблемы цивилизации, которые заключались в отсутствии общественных туалетов на просторах деревень. Но сейчас не об этом. В общем, когда компания разделилась на «мертвых» и «выживших», дело конечно же дошло до обсуждения интимной части нашей жизни, в мужской компании без этого никак. Я преспокойно себе притворялся одним из «мертвых», параллельно слушая Хидана, обсуждавшего свои эротические подвиги с Дейдарой и Итачи: — Да я столько телок имел, сколько никто из вас в жизни не видел, да! Стоит показать мою косу, так сами набрасываются и штаны с меня стягивают! Но конечно, больше всего я люблю ходить по стриптиз клубам, там и для души и для тела, блять, удовольствие… Дальше раскрасневшийся Дейдара принялся что-то втолковывать Матсураси, а я разнял ссорящихся Конан и Кисаме и ушел спать. Вот так вот! Кстати, больше таких масштабных попоек в нашей организации не было: зло ведь несем, как не иначе. Дейдара хитро ухмыльнулся: — Мм, кажется кто-то спалился. — Джашин-сама, подумаешь, приврал немного. Будто ты никогда так не делал, женоподобный засранец! — Ты кого засранцем назвал, мудила белобрысый? — Угомонитесь, — я разделил их жестом руки, призывая к спокойствию. — Не разводите шум и гам, скоро наши женщины вернутся, и не поздоровится здесь каждому. Гнев разъяренных Марико и Сакуры испытать не хотелось никому, поэтому двое нарушителей беспорядка мгновенно заткнулись, посылая друг другу испепеляющие взгляды. — Кроме стриптиза, кстати, там есть еще и обалденный бар, в котором есть и не только алкогольные напитки… если вы понимаете о чем я. — Итимару, они же еще… дети! Как ты можешь? Мы же договаривались, что все будет без наркотиков! — возмутился отец. А у меня начала отпадать челюсть. — Во-первых, если не ошибаюсь, то твоему сыну уже тридцать пять и он уже не писается в штаны. Все здесь совершеннолетние и отдают себе отчет в проделанных действиях, тем более, что нам с тобой вообще будет наплевать — мы все равно технически мертвы. Да и каннабис за наркотик считать не следует, это обыкновенное средство для расслабона. И мальчишник, черт подери, бывает раз в жизни, надо как следует оторваться! — Но… ведь… — Хватит мне тут морали заливать, Макото. Пусть парни войдут во вкус жизни и попробуют в этот день все, что только может представить их организм! Все, что происходит на мальчишнике, остается на мальчишнике! Да и покажи мне тут хоть одного человека, который никогда не принимал психоактивные вещества. Отец показал на меня. — Ты никогда не курил траву? — Нет. Хотя, Орочимару мне когда-то рассказывал, что от дури у шиноби происходят какие-то метаморфозы с чакрой и у них открываются какие-то новые способности. Он даже вроде бы эксперимент проводил и в качестве подопытного кролика выбрал себя. — У Орочимару и без дури с головой не все в порядке, - тихо бросил Итачи. — В любом случае, я не одобряю наркотики даже ради эксперимента, и надеюсь, что вы, друзья мои, так же будете за это! Тонко намекающим взглядом я уставился на Учиху, который мгновенно выпрямился и кивнул мне головою: — Да, ни в коем случае. Надеюсь, все личности, обладающие хотя бы капелькой здравого рассудка, поддержат нас в этом. Отец одобрительно похлопал нас с Итачи по плечам. Итимару как-то странно улыбнулся: — Ну посмотрим, посмотрим… Вдруг отворилась дверь из онсэна, и к нам подошли румяные Марико и Сакура. — Ой, вы нас не слишком долго ждали? — прощебетала моя невеста, обнимая меня за талию и целуя в щеку. Глядя, как Сакура беззаботно поправляет челку и смотрит на меня своими наивными зелеными глазами, я почувствовал укор совести за будущий мальчишник. Ну зачем я буду идти в компанию продажных женщин и алкоголя, если у меня есть свое розововласое чудо, которое скоро станет мне женой? Хотя, с другой стороны, мне нужно оторваться за все мои года наполненные болью, сражениями и одиночеством! — Все хорошо, вы пришли относительно быстро, — улыбнулся я. — Ну что, идем домой? — А пошли, — махнул рукою Хидан. — Только мы еще ненадолго забежим в магазинчик один… Ладно, будь что будет на этом мальчишнике. До него еще дожить нужно. Но распускаться на сто процентов я точно не стану, обещаю!