Операция "Изнасилование"

Постепенно все начали приходить в себя и выползать на улицу. Первым был Итачи. Он вышел такой весь из себя спокойный, мокрый (я же его полил водой) и немного пошатывающийся. Хидан и Сакура сначала спорили кто пройдет через выход первым, а потом Хидан плюнул и вытолкнул девушку так сильно, что она упала. Я думаю, что дальше не имеет смысла рассказывать что Сакура занялась ЧЛЕНОвредительством? Через пять минут к нам подошел бледный Дейдара, который держался за свой живот. Все переглянулись. По-моему вчера было слишком весело... - Кто-нибудь помнит что вчера происходило? - немного подавленным голосом спросил Итачи. - Абсолютно ничего не помню! - ответил я. - И я тоже! - сказала Сакура. Хидан просто кивнул. - Я помню, только отрывками! - Дейдара промолвил голосом смертельно больного человека. - Расскажи! - сказали мы, вместе, как по команде. Дейдара тяжело вздохнул и закрыл глаза. Потом собрался с мыслями и начал: - Хм... В общем, я помню что мы играли в карты на раздевание. Потом Хидан начал петь песни и молиться Джашину. Сакура начала приставать ко мне, потом она целовалась с Сасори, далее обнимала Итачи. Потом ты, Сасори, психанул и ушел куда-то. Дальше не помню... Молчание. Лица у всех были "кирпичом". А потом Хидан начал смеяться. И знаете, у него был такой заразительный смех, что все остальные его поддержали. Ну и дела! Я, конечно, выпивал до этого, и много раз, но чтоб быть пьяным в стельку... такого никогда не было раньше. Смех нарастал, становился громче. И так легко было на душе, будто я - нормальный человек, а не изгнанник и не член Акацуки. И мне хотелось смеяться с ними вечно. Смеяться с надоедливым и вульгарным Хиданом, с серьезным и хозяйственным Итачи, с раздражительным и веселым Дейдарой, смеяться с Сакурой, такой родной и притягательной. Я изменился и чувствую это всем сердцем. Как здорово быть живым человеком! Любить, страдать, чувствовать боль. Жить и наслаждаться жизнью. Почему я этого не мог понять раньше?