Необходимость Тепла

В окнах Норы, наконец, совсем погас свет. Джинни дочитала очередной любовный роман и прокралась к Гарри. Рон, вернувшийся выпившим, даже не включал лампу. Молли, закончив с домашними делами, присоединилась к давно спящему мужу. И только на веранде тускло горит небольшая лампа. Ее света хватает, чтобы выхватить из вязкой темно-синей ночи некогда смуглое, а сейчас болезненно-бледное лицо. Кажется, Гермиона Грейнджер одна в этом большом доме не спит, предпочитая мягкой кровати плетеное кресло и пачку крепких магловских сигарет. Одна уже заканчивает тлеть в дрожащих пальцах ведьмы, пока та невидящим взглядом пронизывает пространство на мили вперед. - Курение убивает. Следовательно, курильщики - латентные самоубийцы, - вещает Фред Уизли, будто материализовавшись из темноты. - А что ты думаешь по этому поводу? - Меня оно скорее просто успокаивает, - Гермиона говорит сипло от долгого молчания, не оборачиваясь на нарушителя ее одиночества. - Мне просто не спится. Поэтому решила подышать... - Свежим никотиновым воздухом? - рыжий недовольно морщит веснушчатый нос и, вырвав почти потухшую сигарету из рук девушки, вместе с остальной пачкой испепеляет мановением палочки. Гермиона не злится на такой жест, просто безучастно хмыкает и сжимается в комок, будто заворачиваясь в собственные острые плечи, торчащие сквозь тонкую ночную рубашку. - Что случилось, Герм? Расскажи старому дураку. Губы героини войны не трогает даже тень улыбки. Ее губы остаются неподвижными, будто они запечатаны и не способны произнести ни слова. Фред понуро качает головой. Он и не подозревал, что все так плохо. Конечно, многие видели, что ведьма подавлена после множества потерь и неудачной попытки вернуть родителям память. Гарри и Рон пытались расшевелить боевую подругу первые пару месяцев. Но потом Поттер вспомнил о бедной Джинни, которая так по нему скучала. А Рон просто стал пропадать неизвестно где, забыв про всё и про всех. Гермиона осталась наедине со своей внутренней пустотой. Поняв, что сама она говорить не начнет, Фред берет инициативу на себя. - Ладно, я глуплю. Мы все понимаем, что случилось... - Никто. Ничего. Не понимает, - чуть не по слогам выдавливает из себя ведьма, и даже в темноте рыжий видит, как она бледнеет еще больше. - У тебя, Фред, большая, дружная семья. Родители, которые не живут в Австралии, даже не подозревая, что у них есть дочь. У тебя есть любимое дело - магазин Вредилок. У всех что-то есть там, впереди. И, кажется, одна я осталась где-то в прошлом, в начале мая 1998, на руинах Хогвартса, над телами тех, кого не смогла защитить. Кажется, у Гермионы заканчивается лимит слов, и она замолкает, обнимая себя руками. И только сейчас Уизли замечает, что она вся в мурашках. "Странно, июль на дворе, а она..." - Тебе холодно, - Фред не спрашивает, потому что спрашивать глупо. Он констатирует факт, одновременно с этим оказываясь перед девушкой и обнимая ее. Она такая тонкая, исхудавшая и совершенно ледяная. И совершенно потерянная. Сначала ничего не происходит, но меньше, чем через минуту, Гермиона заходится в глухих рыданиях. Она плачет, уткнувшись в плечо Фреду, чтобы ее не было слышно, плачет и комкает пальцами его рубашку, плачет и дрожит от холода. И близнец понимает, что ей холодно не только физически. Подождав, пока ведьма успокоится, рыжий немного отстраняется и осторожно вытирает слезы с ее ледяных щек. Гермиона смотрит на Фреда в упор, забираясь взглядом влажных темных глаз куда-то совсем глубоко. Этот взгляд пробирает до дрожи. И этот же взгляд молит о помощи. И Фред дает эту помощь. Он поднимает не сопротивляющуюся Гермиону на руки и аппарирует прямиком в свою бывшую комнату. Несмотря на то, что близнецы больше не живут здесь, Молли следит за порядком в этом уголке дома, как и в любом другом. Фред осторожно кладет девушку на свою кровать, а сам направляется к соседней, принадлежавшей Джорджу. Но совершенно неожиданно холодные пальцы хватают его за запястье. Обернувшись, парень натыкается на уже более осмысленный и серьезный взгляд ведьмы. Пару минут она просто держит его за руку, будто сомневаясь, а затем едва слышно просит: - Останься. Фред послушно ложится рядом на узкой кровати, и Гермиона обнимает его, устраивая голову у него на плече. Каким-то шестым чувством рыжий ощущает слабую улыбку и улыбается в ответ, зная, что его улыбку тоже почувствуют. И что больше героине этой страшной войны не будет так холодно.