Драбблы и зарисовки

Тарина сидела, закинув ногу на ногу, неторопливо помешивая жидкость в мензурке стеклянной палочкой. Рядом с ней, на столе, высилась сложная конструкция из стеклянных колб, трубок и горелок. Девушка приподняла мензурку, рассматривая содержимое на свет, кивнула, вставая, поставив реагент на стол, и направилась к небольшому лабораторному холодильнику, исследуя содержимое. Стоящие у двери охранники направили в её сторону автоматы, едва Альбьери поднялась. — Вольно, девочки, — Василиск даже не посмотрела в их сторону. Она взяла бутылёк с полки холодильника, и нахмурилась. — У вас есть противогазы? Надевайте. Запах гидразина вам не понравится. Вернувшись к столу, девушка последовательно надела очки, респиратор и перчатки. Охранники переглянулись, быстро натягивая защиту, глядя на Тарину настороженно, не сводя с неё оружия. Альбьери замерла. Возвела взор к потолку. Глубоко вздохнула. Медленно повернулась, очень выразительно глядя на мужчин. — Вы меня нервируете, — сообщила она, внезапно делая резкий выпад, словно плеснув жидкостью из закрытого пузырька. А в следующий момент она метнулась к холодильнику, распахивая его и ныряя внутрь, безжалостно сорвав сразу две полки, чтобы поместиться. Одновременно с этим комнату пересекли две автоматные очереди, пущенные охранниками. Стоило только одной пуле прошить колбу с фиолетовой жидкостью, составляющую часть сложной системы фильтрации и конденсации, как грохнул взрыв. — Да и сами вы нервные, — девушка хмыкнула, прислушиваясь к шипению растекающихся реактивов и крикам, раздающимся снаружи. Грохнул второй взрыв. Холодильник тряхнуло. Тарина ругнулась, понимая, что слегка не рассчитала кубатуру воздуха в лаборатории, и силу взрывов. Она упёрлась руками в стенки холодильника, наклоняя его вперёд, роняя дверцей вниз. — Ты ебанутая? — первое, что спросил у неё Скуало, помогая выбраться из холодильника, повёрнутого им на бок. Когда ворвался в раскуроченную лабораторию, в первое мгновение, мечник опешил и замер, видя царящий там разгром, и явственные ошмётки плоти на стенах и потолке. Однако он слишком хорошо знал Тарину, и потому, увидев относительно целый холодильник дверцей вниз, первым делом проверил его. — Я три года в отряде. Каковы мои шансы остаться нормальной? — Тарина выпрямилась, невозмутимо отряхивая лабораторный халат. — Врай, вот не пизди! Ты уже была ёбнутой, когда мы тебя взяли, — мечник фыркнул, поворачиваясь к сбежавшимся к дыре на месте двери бойцам. Он, не глядя, перекинул за спину найденное им ранее кольцо Дождя вице-капитана. Альбьери невозмутимо поймала его, возвращая кольцо на положенное место, зажигая. Она хлопнула Скуало ладонью между лопаток, и тот сорвался с места, бросаясь прямо на дула автоматов, провоцируя огонь на себя, в последний момент уходя в сторону, отрубая голову ближайшему бойцу, прикрываясь его телом, сея в рядах противника хаос и ужас. Тарина удобно устроилась всё за тем же холодильником, сосредоточившись, усиливая Пламя Скуало своим, от чего пули вокруг мечника будто вязли в загустевшем воздухе, теряя кинетическую энергию. — Я его не потащу, — капитан чуть наклонился, глядя на девушку поверх холодильника. — А что, надо? — Тарина вскинула голову, глядя на него и вставая, ухватившись за протянутую руку, легко перепрыгивая своё укрытие. — Да он тебе приглянулся, я смотрю, — Скуало фыркнул, придержав её, помогая пройти через завал трупов на выходе из комнаты. — Конечно приглянулся. Такой надёжный и крепкий, — девушка обернулась на уничтоженную лабораторию, утирая несуществующие слёзы. — Прощай, любимый мужчина, ты защищал меня, сколько мог… — Ёбнутая, — со вздохом констатировал мечник. — «Liebherr» — фирма производитель лабораторного оборудования, — пояснила Тарина. — Ты без Ало? — Он заканчивает зачистку, — Скуало уверенно шёл по коридорам подземной базы, уже бывшей, Семьи Муратти. Им зачем-то очень понадобился Василиск, и его навыки. И посему, глава Семьи не придумал ничего умнее, чем поймать Тарину, прилетевшую во Флоренцию на Европейскую конвенцию глобальной химической промышленности, связать и увезти в свою нору, заставив работать на себя. К его смертельному сожалению, Скуало был тем ещё параноиком в некоторых моментах, и во Флоренции Тарину ждал сюрприз в виде Миани, караулящего её в отеле. И когда девушка не приехала в расчётное время, он уточнил, сел ли её рейс, отменяла ли Альбьери регистрацию в отеле, и, получив ответы — связался со штабом. Пеленгация вживлённого маячка обнаружила, что вице-капитан стремительно отдаляется от Флоренции в сторону Болоньи. Скуало вылетел сразу же, убедившись, что телефон Тарины не отвечает, и последняя геометка — аэропорт Перетола во Флоренции. Передатчик подавал сигналы с территории маленькой винодельни. Которую подозрительно тщательно охраняли. Что и стало решающим фактором в вопросе «атаковать или нет». Будь Альбьери у союзников, она бы сообщила в отряд об отмене планов. Но поскольку от девушки не было ни слова… Привезённая чёрти куда, лишённая всего арсенала, за исключением последнего средства, Тарина послушно переоделась в любезно предоставленные вещи, и абсолютно спокойно занялась ревизией в предоставленной ей лаборатории. Она не сомневалась, что Вария за ней придёт, и нужно было только дождаться. В идеале — подготовить диверсию, которая поможет атакующим. Что Василиск, собственно, и сделала. Прохладу знакомого Пламени она ощутила издалека, и незамедлительно приняла меры, чтобы указать своё местонахождение. — Надеюсь, я не сильно опоздала к началу конвенции, — Тарина сидела на спине акулы, держась за плавник. Стоящий позади неё Скуало очень выразительно выгнул бровь, скрестив руки на груди. — Что? Я вообще-то ради неё отпуск брала, — напомнила девушка, и мечник закатил глаза, решив никак не комментировать. Змеюка хладнокровная. Десять часов в плену, а её волнует, опоздала ли она на свой слёт зельеваров. — Сегодня всё ещё четвёртое, — решил он всё же ответить, ощущая на себе пристальный взгляд Альбьери. — Мы будем в городе через два часа. — А, тогда отлично, — Тарина спокойно кивнула, и Скуало прищурился, резко наклоняясь к ней. — Ты что, нейролептиком накачалась? — Ой? — девушка разжала ладонь, показывая шприц-тюбик. — Сразу, как ты отдал мне сумку. Сидеть в плену занятие нервное, знаешь ли. — Ёбнутая, — со вздохом констатировал мечник, садясь рядом и привлекая Альбьери к себе, обнимая за плечи. — Больше никуда одна не полетишь. — Да, мой капитан, — Тарина прикрыла глаза, прислонившись к нему, поглаживая по спине усердно летящую через лес акулу. Она, конечно, жаловалась на днях Тайре, что в отряде ей сидеть скучно, но… Нахер такое веселье.