Кто знает..

Дверь отеля открылась бесшумно, Гарри даже не успел среагировать на этот неожиданный приход Луи, а потому вздрогнул, когда услышал хлопок двери за своей спиной. Он резко обернулся, и улыбка озарила его лицо. - Ты все-таки пришел! Но ты же сказал, что пойдешь сидеть в бар, там лучше WiFi. А тебе нужно пообщаться с… И только тут Гарри заметил, что Томлинсон серьезен как никогда. Любимые глаза не искрятся той же радостью, что он видел раньше, Луи не обнимает его как обычно при встрече в номере, когда они, наконец, остаются наедине… Как будто что-то случилось, но Гарри не понимал, что именно. До этого момента Луи не проявлял никаких признаков грусти и печали, просто был серьезнее, чем обычно. Словно решился на что-то важное, на что не мог решиться очень давно. Но почему Луи так холоден? Нет, конечно, Гарри заметил, что в последние месяцы в их отношениях появился некий холодок, на публике они вели себя все более скрытно, почти не глядя друг на друга, хотя наедине с ним Луи был как всегда нежен и ласков, словно они все те же юные мальчишки с Х-фактора, которые буквально не могли друг от друга оторваться. Но все же Луи стал как будто дальше. Гарри не хватало этих взглядов на публике, не хватало криков Ларри-шипперов, когда они обнимались, не хватало всего, но он ничего не мог поделать: Луи сам попросил его об этом, и Гарри должен был подчиниться. Просто потому что любил его. Но сейчас что-то было не так, и Гарри почувствовал, как сердце учащает ритм от внезапно нахлынувшего страха. Не так важно, что сейчас скажет Луи. Не так важно, что он сделает. Стайлс уже чувствует, что ему будет нестерпимо больно. Он с готовностью поднял на любимого серьезный взгляд и тихо позвал его по имени, а когда Луи, словно вырвавшись из забытья, поднял на него пустой взгляд, повел бровями, давая понять, что он ждет объяснений. Лу тихо вздохнул, не решаясь подойти ближе. - Хаз, - попытался мягко начать он, сделав к парню шаг, но его голос тут же сорвался, и у Гарри ёкнуло сердце в предвкушении чего-то ужасного. – Гарри… Нам нужно поговорить. - И как можно скорее, потому что ты меня пугаешь, Лу, - как можно небрежнее с улыбкой ответил Стайлс, стараясь не выдавать своей тревоги. - Да, да, я просто… - парень сделал глубокий вдох. – Стараюсь подобрать слова. - Лу, черт! – уже несдержанно повысил голос Гарри. – Говори быстрее! - Все кончено. Словно выстрел, грянувший из ниоткуда. Гарри покачнулся, но все же сумел удержаться на ногах. Заметив это, Луи сделал шаг к нему и протянул руку, но Гарри не позволил прикоснуться. - Что значит «кончено»? – убито спросил кудрявый, уже чувствуя на глазах непрошенные слезы. - Гарри, - сорванным голосом позвал его Луи, виновато улыбаясь. – Не надо, прошу. Но ты же сам видишь, что все уже не то, - Гарри хотел перебить его, но Лу приложил палец к его губам и торопливо продолжил. – Мы уже не те, что были раньше, Хаз. Эта пылкая любовь… она прошла, как и все другие. Это была лишь детская влюбленность, не больше. Не плачь, не надо, это к лучшему, ты скоро сам поймешь это. Мальчик с кудряшками, - и он все-таки сумел на немного коснуться этих мягких кудрей и мягко погладить Гарри по голове. А Стайлс уже не сдерживал рыданий, даже не пытаясь вытереть слез, беспрестанно катившихся по его щекам. Не могло все быть так больно? Как угодно, лучше бы его выстрелили в голову, лучше бы кто-то умер.. Но не разрыв. А тем более не такая пустая причина этого. - То есть… - он всхлипнул, отталкивая от себя руку Томлинсона. – То есть все, что между нами было, наши с тобой чувства, наши клятвы друг другу – все это ничто для тебя, да? – и, не сдержавшись, Гарри закатил ему звонкую пощечину, тут же отшатнувшись в сторону и жалея о том, что сделал. – Прости. - Я заслужил, - кивнул Луи, закусывая губу. – Гарри, прошу… - Уходи. - Что? – парень внимательно посмотрел ему в глаза, чтобы убедиться, что он не ошибся и не ослышался. - Уходи, - железным тоном повторил Гарри, вытирая слезы. – Хватит, уходи, пока не сказал еще чего лишнего. - Прости меня, Хаз… - Пошел вон!!! – закричал Гарри, заливаясь новыми слезами и отворачиваясь от него. Луи вздрогнул и, сохраняя молчание, попятился к двери, прижимая к груди руку, словно боясь, что сердце сейчас вырвется наружу или осыплется пеплом на чистый пол. Нельзя останавливаться, нельзя внимать этим рыданиям. Если он останется сейчас, он не сможет уйти уже никогда. А может, у Луи и нет никакого сердца? Может, он просто бессердечная тварь, раз оставляет?.. Нет, так будет лучше. Просто Лу знает, что когда Гарри осознает то, о чем он говорил – то, что их отношений и их любви больше нет, а на ее месте только привычка – ему будет в сто аз больнее, чем сейчас. А может, Гарри сможет убедить его в обратном? Может, все-таки что-то еще осталось? Иначе почему же тогда так больно? Отворачиваясь и замечая краем глаза, как Гарри падает на кровать, Луи подхватил на руки сумку и вылетел из номера, бесшумно захлопывая дверь. По щеке покатилась одинокая слеза, но парень спешно отер ее и поспешил вниз. Никто не должен знать. Так будет лучше. Хотя кто знает?..