Наследие клана Учиха

Пустыня – это не просто раскаленный песок, делающий песчаные дюны похожими на золотые волны, не только вечно пекущее солнце, способное высушить и испепелить неподготовленных путников за считанные часы. Непрерывная борьба жизни и смерти, человека и природы, тварей, которые годами выживают в этом Аду и теми, кого только недавно угораздило сюда сунуться. Вот и сейчас здесь началось противостояние человека, который своим металлическим хвостом скорее напоминал скорпиона, коих в пустыне водится множество, и молодого члена АНБУ. «Так, надо подумать, что я знаю о Сасори? Он немногословный, грубый и часто угрожает физической расправой тем, кто его раздражает – это исчерпывающий ответ. Итачи мало о нем мне рассказывал. Вспомнил! Он использует боевые марионетки, и сидит внутри одной из них…и все» - размышлял Наоки, как вдруг деревянная челюсть нукенина Суны опустилась, и в обладателя Шарингана полетел десяток сенбонов. - Вижу ты не сильно терпеливый. – Уклоняясь, сказал шиноби Листа. Брюнет хотел потянуть время, чтобы придумать подходящую стратегию против Сасори. - Ты задерживаешь меня, а это раздражает, - прорычал Акасуна, увеличивая количество игл со следующей атакой, - теперь умри. Подготовленная марионетка: Восемь сотен игл. - Не хорони меня раньше времени. – Произнес Наоки, уклоняясь и блокируя катаной пущенные в него сенбоны. Благо Шаринган позволял парню заранее предугадывать траектории игл и отбиваться от них. Ураган из металла нарастал, несколько сенбонов застряли в сером нагруднике, и Наоки приходилось дополнительно отпрыгивать от атак оппонента. В конце концов, иглы закончились, а деревянная челюсть Сасори застыла. - А ты не так уж и жалок, как я думал. Может, даже заинтересуешь меня, хотя я сомневаюсь, что ты достоин пополнить мою коллекцию. - Я считаю, что ты слишком высокого о себе мнения. Наш бой и минуты не длится, а ты уже успел мне надоесть. – Юноша вытащил из доспеха четыре иглы и рассмотрел стекающий по ним фиолетовый яд. «Одна царапина и я проиграю этот бой или хуже, хотя куда уж хуже. Боюсь представить, что он может сделать с моим телом» - в голову члена АНБУ полезли невеселые мысли. - Будто твое мнение кому-нибудь интересно, - громоподобным голосом хмыкнул шиноби Песка, - следующая атака прикончит тебя, и даже не пытайся что-либо сделать. Техника кукловода: Иглы из протеза руки. - Вот это уже звучит плохо, - Вслух подумал парень. Наоки наблюдал за тем, как от руки Сасори отсоединились цилиндры, которые затем полетели в брюнета, - Стихия Воды: Две водяные стены. Вокруг шиноби Листа образовалось уходящее на пять метров вверх кольцо из воды. Жидкость, из которой была сделана стена начала стремительно вращаться, напоминая водоворот. После чего вокруг техники появилась вторая водная преграда, которая завертелась в обратную сторону. Со всех направлений на обладателя Шарингана в неисчислимых количествах полетели сенбоны. Парень поддерживал технику, не имея возможности отражать атаки или атаковать, и ему оставалось только надеяться на свое дзюцу. Большинство игл либо не проходили сквозь первую стену, либо замедлялись, меняя траекторию, но дальше внутреннего кольца не прошло ни единого сенбона. - Говоришь, эта атака должна меня убить? – надменно спросил Наоки, прекращая свое дзюцу. В итоге брюнет стоял посреди мокрого песка и бесчисленного количества упавших игл. - Да, - без эмоций ответил Сасори. Обладатель Шарингана приподнял бровь, и буквально через мгновение огромный металлический хвост вылез из-под песка и ударил его в живот. Парень пошатнулся и потрогал пробитую нагрудную пластину, по которой сочилась кровь, - вот теперь ты умрешь наверняка. В моем жале сильнейший яд, который только можно встретить. Противоядие от него знаю только я, поэтому не надейся на то, что тебя спасут. Но ты позабавил меня своей стойкостью, поэтому я подарю тебе быструю смерть. – Акасуна замахнулся хвостом для того, чтобы добить упавшего на колени Наоки. - Стихия Огня, - брюнет решил перед смертью хотя бы раз зацепить врага, - Адское испепеление. Техника прошлась уничтожающей волной по песку и охватила пламенем кукольника. Член АНБУ не мог разглядеть то, что случилось с Сасори, так как пламя от техники только увеличивалось от резких порывов ветра. - Фух, я таки сделал это. – Выдохнул Наоки, слегка приподнимая уголки губ в усталой ухмылке. - Что ты сделал? – справа от обладателя Шарингана из песка вылезла кукла Хируко. - Черт, - прошептал брюнет, опуская голову вниз, - это была замена или клон? - Второе. Ты так упорно дерешься, что я не буду добивать тебя, - кукольник развернулся и не спеша направился прочь, - все равно этот яд убьет тебя за три дня. Наоки почувствовал, как все тело будто налилось свинцом, и поддался вперед. Он недолго наблюдал за покидающим поле боя врагом, лежа на песке, после чего его глаза медленно сомкнулись. *** Обладатель Шарингана частично пришел в себя, хотя он и не мог нормально мыслить или даже открыть глаза, лежа на операционном столе. По ощущениям на нем отсутствовала маска, доспехи и одежда на торсе. Длинные черные волосы свисали со стола, почти касаясь пола. Место удара было перебинтовано, что немного успокоило парня, однако резкая боль по всему телу, которая возникала, будто ниоткуда, и внезапно пропадала, не давала расслабиться. Юноша молча терпел каждый спазм мышц, громко и отрывисто дыша. - Пожалуйста, спасите его! – эхом в голове Наоки послышался чей-то голос, который принадлежал девушке. Парень не мог опознать ее, так как даже тихие шаги врачей, которые старались лишний раз не шуметь, скорее напоминали удары барабанов, а человеческая речь сильно искажалась. - С какой стати я должна помогать этому человеку? – донесся до брюнета пожилой женский голос, - Вы сейчас должны думать о том, как вернуть своего Казекаге и Шукаку, а не о шиноби не из нашей деревни. Чем мы обязаны очередному чужаку, которому наплевать на нас? - Это не правда, - в разговор влез мужчина со строгим голосом, - Лист уже выслал ниндзя на помощь нам. - Я прожила достаточно долго на этом свете, чтобы насквозь видеть людей. Они либо отправят шиноби, которые заберут это тело, - Наоки сжал дрожащую левую руку в кулак, - либо пришлют кого-то для «галочки», лишь бы вы отцепились. Брюнет почувствовал непреодолимое желание вмазать этой надоедливой бабке и резко встал, открывая глаза. Картинка перед ним немного качалась и была будто размазанной, но он видел старую женщину, чье лицо было менее чем в метре от его лица. Хотя Наоки не хотел использовать Шаринган, тот активировался сам, и со стороны казалось, что брюнет готов взглядом прожечь дыру в старухе. Вдруг парень почувствовал сильное головокружение и слабость, после чего чьи-то руки резко опустили его обратно на стол. - Надо его успокоить, если так продолжиться он умрет! – заговорил один из врачей, разглядывая показания приборов. - Отойди, - сказал ему человек в таких же одеяниях, вкалывая что-то пациенту. Наоки стал медленно засыпать, и даже боль немного отступила, - накройте ему глаза, чтобы он никому не навредил. - И этому человеку я должна спасти жизнь? – старуха с укором посмотрела на Темари. - Это все последствия яда. – Ответил вместо своей ученицы Баки. - Сомневаюсь, - пожилая женщина развернулась для того, чтобы покинуть помещение, - он скоро умрет, поэтому лучше сохраните его…Шаринган, кажется, так называется это додзюцу. Ему глаза все равно больше не понадобятся. - Чие-сама, - заговорил джоунин с закрытым наполовину лицом, - Коноха наш союзник и, это будет предательством, которое приведет к дипломатическому конфликту или войне. - Именно из-за ваших союзов похитили Казекаге. Деревня обленилась и потеряла былое могущество, потому что вы слишком сильно надеетесь на поддержку чужаков. – Старуха покинула помещение, под озлобленный взгляд куноичи в черном кимоно, которую взбесило то, что Чие воспринимала Наоки как покойника. *** Юноша, чьи волосы были черны как смола, уже и сам не знал, сколько времени прошло, пока он лежал на операционном столе. Ему казалось, что он провел в бреду и приступах резкой боли целую вечность. Бесчисленное множество раз ему меняли бинты на туловище, промывали рану и давали разные препараты, однако ничего не менялось, до определенного момента. Брюнет ощутил руки, из которых в его тело поступала чакра. На секунду ему стало легче, однако через мгновение в месте прикосновения возникла настолько сильная боль, что парень принял сидячее положение. - Сакура-тян, ты уверена, что делаешь ему лучше? – взволнованным голосом спросил Узумаки, стоящий за спиной розоволосой девушки. - Замолчи Наруто, а лучше держи Наоки, чтобы он не дергался. – Рыкнула на него куноичи. Ее руки немного дрожали, потому что Харуно была сильно обеспокоена состоянием напарника, но девушка скрывала свои эмоции. На помощь к блондину пришли местные ирьенины, и отравленного обладателя Шарингана удерживало как минимум троица врачей и один Узумаки. Брюнет, рыча от боли, прикусил нижнюю губу до крови, и красная жидкость тоненькой струйкой потекла по подбородку вниз. Появилось непонятное чувство, будто в туловище через кожу поступает вода, и выходит через рану. Время тянулось невероятно долго и, в конце концов, обессиленный парень, расслабившись, обмяк. А переволновавшаяся Темари, которая всю операцию не отходила от пациента облокотилось спиной к стене и медленно сползла на пол, тяжело вздохнув и держась за сердце, которое готово было выпрыгнуть. - Я вывела большую часть яда из его органов. Теперь его жизни ничего не угрожает, но Наоки все еще нуждается в противоядии, поэтому мне нужен список лекарственных трав, которые есть в деревне… «Сакура, Наруто? Что происходит?» - брюнет едва соображал. - …и капельница. – Закончила Харуно. Врачи Сунагакуре вместе с куноичи Листа быстро отправились за травами. К удивлению Сакуры, ингредиентов для противоядия хватило с головой, и даже осталось про запас, на всякий случай. Ирьенины вернулись к пациенту, после чего ученица Пятой дала Наоки лекарство. Прошло пять минут, десять, и обладатель Шарингана медленно открыл глаза. Над ним стояла его напарница по команде и та, кого он должен был сопроводить в Суну. Может они что-то, и хотели ему сказать, но внезапно к брюнету подбежал Узумаки. - Чем ты думал, когда в одиночку поперся на одного из Акацуки? – сложил руки груди блондин. Несмотря на то, что он сильно волновался за своего друга, виду Наруто не подавал. Блондин как раз из тех людей, которые даже сильно переживая или будучи разбитыми внутри, могут идти вперед широко улыбаясь. Брюнет хмыкнул и махнул двумя пальцами правой руки на себя, а Узумаки поднес свое ухо поближе к пациенту. - Наверное, задницей – беру пример со светловолосых идиотов. – Прошептал Наоки, делая удовлетворенное лицо. - Ты даже в таком состоянии будешь язвить? – возмутился Наруто, надувая губы. - Конечно, - голос члена АНБУ стал громче и Наоки приподнялся на локтях, - кто-то же должен говорить тебе, что ты тупица, иначе у тебя корона на голове вырастет. - Почему у меня? Это ты вечно ставишь себя выше других! – Узумаки эмоционально указал пальцем на напарника. - Только выше тебя. – Спокойно сказал Наоки, ухмыляясь. Со стороны этот разговор для НЕ членов команды Какаши был довольно странным, но так ребята лишь показывали то, что они в норме. Брюнету доставляло удовольствие так обращаться к Узумаки, Наруто же на дружеские подколки не обижался – это лишь разжигало его внутренний огонь и желание идти вперед. - Что с Акацуки? – спросил Наоки, переводя взгляд на Темари. - Тот парень на птице смог скрыться. – Куноичи опустила взгляд в пол. - Пожалуйста, - заговорил джоунин в маске и бандане прикрывающей один глаз, - покажите мне место сражения. Может, по мне и не скажешь, но я специалист по выслеживанию. Если там остался запах похитителей, то я найду их. - Этого не требуется, - сказал Канкуро, который до этого стоял в стороне, - когда мы с Темари дрались с тем светловолосым парнем, я смог оторвать кусок его плаща, - кукольник протянул черную ткань со следами запекшейся крови, - пожалуйста, верните Гаару. - Хорошая работа, что и ожидалось от шиноби Песка. Техника призыва. – Какаши прислонил ладонь к каменному полу, и его окружило белое облако. Когда завеса развеялась, вокруг Копирующего ниндзя появились собаки. - О, Наруто, - мопс, который сидел на голове черного бульдога, посмотрел на Узумаки, - сколько лет не виделись. - Паккун? – приятно удивился блондин, - Да, я два года провел за деревней. Ты заметил, как я подрос? - Ты ни капли не изменился. – Заметил пес. - Да нет же, я стал выше! - Кхм, - прокашлялся Какаши, обращая на себя внимание и протягивая собакам кусок плаща, - у меня для вас есть работа. Псы внимательно принюхались к ткани, после чего рывком выбежали в коридор. - Какаши, я сообщу, когда мы выследим цель. - Хорошо, будь осторожен. – Напоследок сказал джоунин, после чего Паккун скрылся. - Предлагаю вам заночевать в деревне. – Предложил джоунин Песка. - Нет, мы дол… - захотел отказаться Узумаки, но его перебил сенсей. - Мы воспользуемся вашим предложением. - А как же Гаара? – не унимался блондин. - Нам надо отдохнуть. Чувствую, завтра начнутся сложные битвы. - Верно, - кивнул Наоки, - к завтрашнему дню я должен прийти в себя. - Исключено, - сказала Сакура, уперев руки в боки, - ты еще слишком слаб для сражений! - Думаешь, я смогу спокойно лежать в кровати, когда такое происходит? – на повышенных тонах спросил брюнет. - Я запрещаю тебе вставать с кровати, ты можешь навредить самому себе! - Ты мне не указ. - Обладатель Шарингана стальным взглядом смотрел в глаза Сакуры. - Какаши-сенсей, может, вы его заставите? – Харуно обратилась к Копирующему ниндзя. - Сомневаюсь, Наоки теперь в АНБУ и подчиняется только Хокаге. На данный момент я не являюсь его командиром. Если он решил идти с нами, то мы ничего с этим не поделаем. - Спасибо, Какаши-сенсей, - удовлетворенно произнес Наоки, - прости Сакура за грубость, но я иду с вами. - Если я тебе не сломаю что-нибудь, - Харуно дала сильный подзатыльник своему напарнику, - ты только что чуть не погиб, и все еще строишь из себя героя?! Хватит рассчитывать только на себя одного! - Ай, больно блин. – Брюнет потер ушибленное место. - Если не успокоишься, то в списке твоих травм появится сотрясение мозга, хотя тебе уже нечего сотрясать. – Харуно развернулась и покинула комнату. - Тогда, - неловко улыбаясь, почесал затылок Какаши, - мы должны покинуть Наоки, ему нужен покой. «Все равно сбегу из больницы» - подумал брюнет, укладываясь набок и закрывая глаза.