Будни наемника.

Саске проснулся, когда уже перевалило за полдень, видимо, с лихвой покрывая недосып предыдущих дней. Пробуждение оказалось странным. Было не то чтобы неприятно, но некий момент, выходящий за грань обычных пробуждений наемника, присутствовал. Учиха попытался проанализировать свои ощущения. Было тепло, спокойно и как-то очень даже комфортно. Резко подорвавшись, Саске скинул с себя руку менестреля, так уютно разместившуюся на его груди и, по всей видимости, дарящую тепло. Наемник, силясь скрыть, не пойми откуда взявшееся смущение, негодующе уставился на Узумаки. - Ты что делаешь? - пытаясь собрать в голосе всю уверенность и непоколебимость, которые в данный момент отказывали своему хозяину. - Сплю, придурок, чего и тебе советую, - от парня отвернулись, не удостоив его даже взглядом. Саске не нашел должного ответа. Спрашивать, почему его сосед полез обниматься, было как-то нелогично, навряд ли парень вообще осознавал свои действия во сне. А дураком Учиха выглядеть не любил. Поэтому, бросив подытоживающее – “сам идиот”, поспешил одеться. На задворках сознания мельтешила мысль о каком-то чувстве незавершенности, будто не хватает чего-то, ровно на том месте, где лежала рука менестреля. Чертыхнувшись и отогнав навязчивые мысли, Учиха вышел из комнаты, лихо хлопнув дверью напоследок. Услышав хлопок закрывающейся двери, Наруто легко вскочил с кровати, разминая затекшие мышцы. Парень уже долгое время бодрствовал, но менять положение как-то не хотелось. Открыв на распашку окно второго этажа, в одно движение перемахнул через раму, легко и грациозно приземляясь на щебенку. Моментально набирая скорость. Нужно было спешить, чтобы опередить Саске и уладить несколько рабочих моментов. Учиха как раз подходил к дому старосты, раздумывая над потребностью отвлечься, а что может быть лучше для таких мероприятий, чем работа. Постучав, парень открыл дверь в дом местного управленца и резко захлопнул ее назад. Постоял. Пытаясь восстановить душевный диссонанс, снова ломанулся в здание. Галлюцинация упорно оставалась на месте, раздражая самим своим присутствием. Хлипкий старичок, державшийся за жизнь когтями, вперил свой взгляд в наемника, кивая в приглашающем жесте. Наемник немного помялся, но просто так уходить было как-то не солидно, тем более он пришел по делу. Учиха подошел ближе, останавливаясь в центре комнаты, рядом со своим личным наказанием, в виде одного крайне надоедливого парня. Старик глубокомысленно кивнул, выражая в этом жесте немую фразу: “отлично, все в сборе”, вернулся к месту, на котором закончил. - Значится есть у меня тут одно дело, нелегкое, - Саске опешил. Какого рожна его ставят на одну ступень с менестрелем, было крайне непонятно. - Ты же вроде музыкант? - поворачиваясь к Наруто, одновременно раздраженно притопывая ногой. Узумаки только слегка пожал плечами: - Что поделать, деньги нужны всем, а игрой сейчас много не заработаешь. Брюнет невольно содрогнулся, вспоминая эту самую игру. Удивляясь, как вообще выходило заработать хоть что-то. - Дело нелегкое, с жизнью расстаться можно, – продолжил старик, сводя на нет все возражения. Наруто наблюдал за меняющимся выражением лица Саске. Эмоции на нем наблюдались… разные. Но что-то подсказывало, если обличить их в человеческую речь, ни одного мало-мальски цензурного слова там не найти. Чем ему поможет этот попрошайка, Учиха не понимал. - Значиться отправитесь вдвоем, потому, как в одиночку точно безвозвратно канете. Есть у нас тут речка неподалеку, в лесу. Повадилась молодежь туда по ночам ходить. Знамо оно, дело молодое, тело горячее. Бурлит кровь, на приключение да на отдых тянет. И все бы хорошо, да вот только как пойдет там гульба, так кого и не досчитаются. Та и точно не спроста все, по возврату сопровождающие и не помнят, что был с ними такой молодец аль девица. Все удивляются, а припомнить не могут. Вроде и соглашаются, что вместе уходили, а куда пошел, как сгинул, неведомо. А через недельку, вторую и находят пропавших на берегу. Да вот уже бездыханных, и как постановил наш врачеватель, утопли они. Нужно бы проверить, посмотреть глазом наметанным да подкованным. Иль так, того гляди и вся молодежь сгинет. Оно ж как, дети, совсем еще запретов не слушают, да на авось уповают. Только вот родни, потом долго оплакивать приходиться своих чад. Только недавно у одной семьи единственный сын пропал, нет больше сил беспредел этакий терпеть. Да и у меня внучата подрастают. Решить это надобно да побыстрее, а помимо профессионалов полагаться больше и не на кого. И вознаграждение соответствующее, не обидим. Оно же, как заведено, дороже детей ничего и нет, в долгу не останемся. А ежели кто не согласен, – староста устремил взгляд на Учиху: - то нечего и браться, чай не нужны нам тут лишние утопленники. Учиха только тяжело вздохнул, задание было интересным и отказываться совершенно не хотелось. Взыграл азарт и желание разобраться с загадочными обстоятельствами. С другой стороны, на него только что, прямым текстом, повесили балласт, совершенно бесполезный в любом из вариантов. Разве что пением своим всех распугает, хмыкнул Саске про себя. Взвесив все за и против, брюнет решил взяться за дело. Правда, чем ему может помешать нерадивый менестрель? А будет путаться под ногами, припугнет, и дело с концом. - Хорошо, мы согласны, - отрапортовал Саске, выходя из дома. Так и не заметив, как Наруто благодарно кивнул старосте напоследок. *** Как выяснилось по расспросам местных жителей и несложным подсчетам, люди пропадали не раньше полуночи, но наемник, со всей скрупулезностью подойдя к выполнению своих обязанностей, решил прийти пораньше. Саске уже битый час гипнотизировал водную гладь. Солнце еще только медленно клонилось к линии горизонта, не спеша воссоздавать хоть какое-то подобие сумерек. Узумаки в это время откровенно скучал. Сначала он пытался поговорить с наемником. На что получил ответ с настоятельной просьбой отправиться в путь далекий, усеянный нелицеприятными сношениями, в таких позах, что стыдно сказать. Немного погодя, увидев, что Учиха доведен почти до ручки, того гляди и сам утопит музыканта, блондин понял, что перегибает. Узумаки в аналогии с брюнетом попытался проникнуться всеми достопримечательностями природы, устремив взгляд в одну точку. Выходило скверно. Пейзаж упорно не менялся, никаких происшествий не намечалось. При этом, мошкара постоянно досаждала музыканту, раздражая своей назойливостью. Наруто подумал и сплел венок со всяких доступных рукам средств. Цветов, как назло, в поле зрения не оказалось. Но Узумаки не растерялся, заменив нежные, быстро вянущие создания, каким-то дебелым, колючим растением, коего находилось немерено в пределах видимости. Осмотрев кропотливую работу рук своих, парень остался доволен. Потом, решив, чего это он будет надевать венок как дебил, нашел решение, приметив сидящего на краю берега Саске. Неожиданно появилась идея, кого вознаградить таким подарком. Наемник, не ожидавший такого подвоха, кубарем скатился в реку. Выбрался парень насквозь мокрый и безмерно злой. Хватаясь за близлежащие водоросли, и жутко сквернословя. Черные волосы взлохмачены, в антрацитовых глазах жажда убийства. За Наруто гонялись долго и со вкусом, нанося просто убийственные удары и обещая оторвать голову и такое с ней сделать, что еще никто не делал ни с одной оторванной головой, если выражаться кратко и предельно культурно. Но вот странное дело, на каждом выпаде парень так удачно поскальзывался или спотыкался, что ни один удар наемника его не достал. В конце концов, Саске плюнул на эту затею и, решив, что убьет наглеца позже, вернулся на исходную позицию. Наруто только горестно вздохнул, что венок уплыл, правда, не озвучил свою мысль вслух, во избежание так сказать. Менестреля хватило ровно на пол часа тишины и покоя. Да и Саске вроде как поутих, сменив гнев если не на милость, то на некое подобие нейтралитета так точно. По крайней мере, Учиха уже не награждал музыканта тяжелыми взглядами, обещавшими долгие муки в агонии боли. Видимо, сказываются стальные нервы, в честь специфики профессии подумал Наруто и принялся разводить костер. Саске оторопело рассматривал гигантское кострище, которое языками пламеня казалось, касается небес. - Ты что делаешь? – на выдохе, укрепляясь в желании прибить музыканта. - Греюсь, - Наруто сник в плечах, пытаясь выразить высшую степень раскаянья, при этом стараясь незаметно подтолкнуть ногой в огонь увесистое бревно. Выходило не очень. Бревно оказалось тяжелым, и незаметность никак не стыковалась с реалиями положения вещей. Учиха бросил взгляд на самовольно пододвигающую ветку конечность, и Наруто резко понял, что не стоит. - Ты вообще о маскировке думаешь? - наемник пытался быть спокойным, но у этого парня был просто талант выводить его из себя. Наруто недоуменно моргнул и скурпулезно оглядевшись по сторонам, решил уточнить: – От кого? - От меня, блядь, – срываясь на крик, глаз дергался, нервы сдавали. Саске понял, что медленно дуреет. С Учихой решили обращаться как с идиотом, причем клиническим. – Так ты же знаешь, что я здесь, – сказано внятно, с расстановками, вроде как, чтобы скудно мыслящим дошло. Саске попытался взять себя в руки: – И как ты заметил? - ехидно так, с подтекстом. - Должен из нас двоих хоть кто-то думать, – Учиху снова довели. Точно прибью, подумал брюнет, кровожадно ухмыляясь. - Чего ты, Саске? Подумаешь, не каждому же быть мыслителем, - поднимая руки в примирительном жесте. Саске ничего не ответил, приближаясь с безумной улыбкой на губах. Менестреля гоняли еще час, грозясь всеми смертными карами и пытками, достойными любого даже самого закоренелого изверга.