Наше маленькое счастье

До торжества оставались считанные минуты. Все гости уже собрались и в шатрах царил невыносимый галдеж. Ну, а чего еще можно ждать, когда в одном месте собираются около ста пятидесяти человек! Кристина стояла возле отвесной гранитной скалы и переминалась с ноги на ногу, временами включая переднюю камеру телефона и проверяя безупречность макияжа. Сердце бешено колотилось в груди. Каждая секунда была подобна часу, время шло невыносимо долго. Брюнетка до сих пор не осознавала того, что последние десять минут она Соколовская. В голову до сих пор не лез масштаб всего того, что произошло. — Маленький мой малыш, все у нас будет хорошо. Мама с папой тебя любят больше всего на свете. — нервно поглаживала свой животик Кристина, переживая еще и из-за того, что волнения может передаться ребенку. Пение синиц и жаворонков едва ли перекрывал букет голосов, доносящихся из шатра, но все равно немного успокаивал. Если прислушаться, можно было услышать еще и звук течения широкой воды, которая отдавала лазурно-голубыми бликами на непривычно палящем солнце. Пышные кусты буяли розовыми и красными цветами. Глядя на все это, Кристина на секунду забылась и ее лицо застворилось в широкой улыбке. — Эй, невеста! Тебя все ждут! — донесся от куда-то сверху голос кого-то из родственников. Кристина спохватилась и поспешила к шатру. С такими то успехами и собственную свадьбу пропустить недалеко! Краем глаза девушка заметила внушительных размеров свадебный венец, кучу белых стульев, занятых родственниками, половину из которых она даже не знала, широкие праздничные столы, накрытые самыми разными блюдами из морепродуктов и священника, который стоял перед самим венцом. Поспешным шагом дойдя до нужного места, будущая Мартынова увидела Антона, Майкла и Машу. — Блин, Кристина! Че у тебя за прикол появился, пропадать постоянно?! — своим фирменным тоном сердилась Машка, размахивая руками. На блондинке было короткое синие платьице, а в длинную косу, лежащую на плече, была вплетена широкая лента с блестящими голубыми стразами. Соколовская уже была готова возразить на замечание Беловой, но ее перебили. — Да хорош! Что вы на нее набрасываетесь. Ей сейчас тяжелее, чем вам всем вместе взятым! — чуть повысил тон Антон, взяв свою невесту под руку. Кристина улыбнулась и, если бы не предстоящий выход на публику, она бы сейчас точно расплакалась от трогательности ситуации. — Вперед! — шикнул кто-то из зала и все встали прямо, втянув животы. — Зая, готова? — прошептал Соколовской на ушко Антон. Та улыбнулась и уверенно кивнула. Заиграла классическая свадебная музыка и жених с невестой пошли под венец. За секунду на паре сосредотачивалась сотня любопытных и завороженных взглядов, которые восхищались этой парой. — Сегодня великий день для влюбленных! День, когда вы решили скрепить себя узами брака! Я уверен, что решение обдумано, но должен спросить еще раз, — начал свою заученную реплику пожилой священник, когда Антон с Кристиной оказались прямо под свадебным венцом. гости все еще не отрывали взглядов от прекрасной пары. — Мартынов Антон Львович! Согласны ли вы взять в жены Соколовскую Кристину Михайловну? — монотонно пробубнил священник, подняв взгляд на жениха. Антон широко улыбнулся и взял любимую за руки. — Согласен. — тихо, но очень искренне и без колебаний сказал Мартынов и по спине Кристины мимовольно пробежала стайка мурашек. — Сокловская Кристина Михайловна! Согласты ли вы выйти замуж за Мартынова Антона Львовича? — проговорил священник и Кристина на секунду зажмурилась. Именно сейчас, возможно, самый великий момент в ее жизни. — Да, я согласна. — выдохнула Кристина и по залу разнесся восторженный вздох. — Прошу вас обменяться кольцами! — после этих слов у Антона на пальце появилось золотое кольцо с небольшой черной гравировкой, а у Кристины то самое золотое колечко с тремя брильянтами, за которым когда-то так спешил Мартынов. На весь зал были слышны громкие всхлипывания мамы Кристины и короткие разговорчики. — Объявляю вас мужем и женой! — торжественно объявил старичок и весь зал зааплодировал. Ближайшие родственники плакали. Даже отец Кристины пустил скупую мужскую слезу. — Антон Львович, можете поцеловать супругу! — сказал священник и ушел, выполнив свой долг. Антон подошел к новоиспеченной Мартыновой еще ближе и накрыл ее губы поцелуем. Он не был страстным, романтичным, чувственным. Это просто был поцелуй самого родного и самого близкого в этом мире человека… Любимого мужа…