Дневник студента

25 сентября 20**

…Жизнь непрерывна. Все повторяется, сменяются лишь декорации. На первый взгляд новый день – новое начало. Но откуда тогда это постоянное, изматывающее чувство de ja vue?

      – В краткой истории нашей       Холодной осенней порой       На темной опушке       Избушку нашли зверушки…

Мы беспомощны.

Если судьба – это замкнутый круг, стоит ли нам разорвать его или оставить все как есть? Как быть? Предупредить их? Но они так безмятежны…

      С самым своим серьезным видом Мишель Флешар оглядела зрителей. Среди притихших взрослых часть преподавателей позволила себе ухмылки.       – Собралось зверье депутатское       Думу думать, дела решать:       Домик хорош, можно забрать       В личное, частное пользование.       На суд зрителей и жюри на Посвящение в студенты группа учащихся, прозванная за излишнюю энергичность «Активом+», выставила свой вариант «Теремка». Его, несколькими днями ранее модернизировала Флешар за десять минут в порыве буйного вдохновения.       Вкратце, все зверье описанное в оригинале сказки, в оговоренном сказкою же порядке предлагали методы реализации бесхозного недвижимого имущества. Причем варианты были самые разнообразные – от постройки наикрутейшего казино до организации свалки на месте домика. Фантазия зверушек била ключом, но никто не обратил внимания на аварийное состояние постройки:       – Но приговора не дождавшись,       Рассыпалась избушка лесника.       А спорам депутатов не было конца –       Они важнее теремка.       Этой истории мораль такова:       Может, наш правитель устыдится –       В жизни может все случится –       И изменится страна.       Финал – зверушки в исполнении переодетого Актива+ послушно замирают, на сцене гаснет свет. Зрители в зале продолжают сидеть не шевелясь.       Скверно.       Выступление, судя по реакции, обречено на грандиозный провал. Нет, не менее грандиозный успех, конечно же, возможен тоже, но… Первый вариант очевиднее, второй – заманчивей.       Публика даже не поняла, что это конец.       Уже анализируя все возможные огрехи и ошибки, что могли привести к столь печальному итогу, Флешар с прискорбным видом склонилась в поклоне. С заметным колебанием Актив+ к ней присоединился и скромно удалился со сцены.       …Вначале тишину разорвали робкие хлопки преподавателей, мгновение спустя аплодировали все. ***       – …Там же вроде голосовать собирались, чье выступление лучше, – поинтересовалась Флешар по пути в гардероб.       – Забей, – прочавкал Габриэл, обгладывающий презентованный в конце мероприятия чупа-чупс.       – Да! Мы – вне конкуренции!       Пара простеньких заданий, очаровательная светловолосая ведущая с почти незаметным дефектом речи, несокрушимая присяга и пара студенческих билетов размером с парту. Мило убого, прекрасно коряво.       Ерунда, которая в жизни не понадобится.       – Возмутительно, – негромко ворчала Мишель, – разрекламировать сие мероприятие как самое главное в нашей жизни, и не признать при этом нашу несравненную игру! Постановка не произвела на них должного эффекта, могу поспорить, они даже не заметили наших сценических псевдонимов!..       Актив+ разумно промолчал.       За окнами темнел вечер. Угрюмо светили фонари, таяли огни редких машин.       Герои повествования молча направили свои стопы вниз по лестнице к гардеробу. Им всем было по пути. Ворчание Флешар устраивало всех.       – …а до стипендии еще жить и жить… А я ведь только всего и хочу, чтобы все всегда было по-моему! Да, кстати, завтра – репетиция КВН. Советую прийти всем, не то голову отверну.       А голос – добрый-добрый такой, прямо лучится любовью и заботой!       – Приду, – сонно пообещал Склепов*, – люблю, когда голова на месте…       Все искренне рассмеялись, а Мишка, несмотря на то, что в ее ушах из наушников лилась музыка, резко остановилась, словно прислушиваясь к чему-то. Потом, ни слова не говоря, она развернулась на каблучках и бросилась наверх, сквозь плотный поток студентов. Друзьям удалось догнать ее только у запертой чердачной двери.       – Я опоздала, – тихо прошептала Мишель.       …А через мгновение леденящий кровь в жилах каркающий хохот разорвал наступившую тищину.

Так во имя какой идеологии наши надежды и мечты будут сломаны вновь? В чем нас обвинят на этот раз?

…Мы обречены.