Селфи

Это был тяжёлый рабочий день. Очень тяжёлый, невыносимо долгий и ужасно утомительный день. Быть новичком в преуспевающей фирме - настоящий ад, скажу я Вам. Самые рутинные, а главное, бесполезные поручения сыплются на Вас со всех сторон, исключая любую свободную секунду из Вашего и без того до безобразия плотного графика. Единственной отрадой было наличие ещё двух таких же страдальцев, проходящих в тот момент через турникет вслед за мной. Станция метро заполнилась грохотом подъезжающего состава, который, к несчастью, оказался нашим. С дикими воплями мимо пронеслись два воспрянувших духом тела, и мне пришлось поспешить за ними, путаясь в ногах от усталости и едва ли не летя с гранитных ступенек кубарем. Ровный мужской голос уже почти закончил объявление следующей станции, когда наша невразумительная троица ввалилась в вагон. Несмотря на наличие свободных мест, мы встали у не открывающихся дверей, дабы не мешать окружающим, насколько это вообще было возможно. - Ну, что ты стоишь в углу, как упоротый лис? - воскликнула Алёна, стоило поезду тронуться с места, так что все ближайшие пассажиры украдкой обернулись на этот возглас, но уже через мгновение вернулись к своим делам, - вернись к нам, туберкулёзный доходяга! - А с чего это,- возмутился было я столь нелестному сравнению, да только неожиданный приступ кашля совсем не вовремя скрутил меня чуть ли не пополам так, что я едва не попрощался с лёгкими, - ладно, сдаюсь. - Лечиться надо, а ты на работе целыми днями торчишь и непонятно чем занимаешься! - укоризненный взгляд мог уложить на лопатки кого угодно, но только не меня, и это сразу отразилось самым идиотским выражением на моём лице, на которое я только был способен. - Ну как это непонятно, чем? - ворвался в нашу перепалку Георгий Александрович, прежде хранивший молчание, - он же девчонок на лифте катает! - Как это? - искренне удивилась Алёнка, неожиданно косясь на нас обоих самым подозрительным образом, что вообще было весьма сложно для нормального человека чисто физически, но то - нормальные люди, а это мы. - Я ему ключи дал, вот он и катает, - уверенно объяснил Гоша, подкрепляя слова самой ослепительной улыбкой успешного специалиста по связям с общественностью. - Ааа, - понимающе закивала единственная девушка среди нас, чуть выпятив нижнюю губу и явно пытаясь отползти подальше в сторону, делая вид, что она совершенно не с нами. - Ребят, нам выходить! - выкрикнул я и ринулся к уже почти закрывающимся дверям. Мои верные оруженосцы тут же устремились следом. Распихав всех зашедших только что людей, они даже почти успели, но расчёт оказался слишком верным, и два идиота едва не впечатались своими прекрасными лицами в стекло, сквозь которое открывался чудесный вид на станцию, предшествующую нашей. А дальше всё было как в лучших фильмах ужасов: идеально синхронно поворачивающиеся головы, адское пламя в глазах, жажда убийства, яд с клыков... Нет, с последним я, наверное, переборщил, но в остальном нет ни капли лжи. И когда четыре когтистые лапы уже маячили рядом с моим горлом, я воспользовался главным своим оружием против этих монстров: резво вытащил из кармана телефон, вытянул его перед нами и громко объявил: - Время селфи! И понеслось. Кривлянья, сексуальные уточки, просто наркоманы. Мне несказанно повезло с коллегами, а точнее, с их приверженностью к разного рода социальным сетям. Так мы и доехали наконец до нужной станции, где, тепло попрощавшись, разошлись каждый в свою сторону, чтобы вновь встретиться завтра на "любимой" работе.

***

Добравшись до своей скромной обители, я быстро разулся, сбросил пальто и ушёл в гостиную, где обессиленно рухнул на любимый диван и включил телевизор. Волшебный ящик бодро поприветствовал меня звучной трелью, подмигнул зелёной лампочкой, и на экране появился выпуск новостей. Послушав его пару минут, я понял, что ничего нового с утра не произошло, а слушать пропагандистские бредни по второму кругу в этот день не было никакого желания. Лениво пощёлкав каналы, я наконец остановился на каких-то галлюциногенных мультфильмах и полез в карман за телефоном. К огромному моему огорчению, он остался в коридоре. Скрепя сердце и скрипя всеми усталыми конечностями, я всё же собрался с силами и сходил за ним, захватив по пути с кухни пакет кефира. Вернувшись на насиженное место, сразу заглянул в почту, дабы убедиться, что с работы не пришло никаких важных сообщений или дополнительных заданий. Потом полазил немного в социальных сетях в надежде найти хоть что-нибудь интересное или забавное, но безрезультатно. Тогда, уже совсем от нечего делать, я зашёл в галерею и начал просматривать собственные фотографии. Иногда это занятие неплохо развлекало меня. Последними, разумеется, были те самые селфи, сделанные в метро. С каждым новым кадром всё больше хотелось либо разразиться диким хохотом, либо провалиться от стыда сквозь землю. Мысленно искренне извинился перед всеми несчастными, коим пришлось волею судьбы лицезреть сию мракобесию воочию. Идиотская улыбка расплылась на моём лице. Дальше начались фото с прошлых выходных, когда я в кои-то веки выбрался с семьёй на природу. Во рту непроизвольно появился сладковатый привкус нежного, сочного шашлыка, и я, громко сглотнув, покосился на кефир, стоящий прямо передо мной. Готовить не было никаких сил, и, горестно вздохнув, я всё же сделал несколько глотков, продолжая листать снимки. Но прошла пара минут, и меня резко переклинило. Глубоко задумавшись, я начал бездумно крутить в руках пульт, пока пытался определить, что же так зацепило меня. Оно было совсем рядом, кружило в голове. Я почти мог ухватить за хвост эту мысль; она, что называется, "вертелась на кончике языка". В неясном даже самому себе порыве, я начал судорожно перелистывать фотографии в обратном направлении, чувствуя всё более нарастающие возбуждение и азарт. Меня слегка потряхивало от напряжения, я уже дошёл до середины сегодняшних, когда на долю секунды уловил такую желанную картинку, только на автомате прокрутил дальше. Сдавленно рыкнув, попытался вернуться, но телефон явно не выдержал моего эмоционального давления и беспардонно заглючил в самый неподходящий момент. Папки начали открываться и закрываться сами собой, часто мелькая на дисплее, а ещё через пару мгновений гаджет и вовсе решил перезагрузиться. Я взбешённо бросил его на столик, но тут же как-то неожиданно расслабился, окинул его скептическим взглядом и, изогнув бровь самым выразительным образом, иронично высказал ему: - Ну ты и ублюдок. Тяжело вздохнув, я потянулся и вновь взял в руки телефон, который, тем временем, уже успел окончательно включиться. Совершенно неторопливо и спокойно я заново начал искать нужную мне фотографию, точно боясь, что если ещё хоть чем-то выдам своё нетерпение, кусок китайских микросхем мигом учует это и вообще вырубится на веки вечные, лишь бы помотать мне нервы. И вот он - миг истины. С экрана на меня смотрела наша великолепная троица и куча случайной массовки на заднем плане, а ещё там был ОН. Стоял прямо за моей спиной, чуть выглядывая из-за плеча. Губы его замерли в явной попытке коснуться моей шеи, а взгляд был устремлён точно в объектив, и я готов был поклясться, что совершенно отчётливо видел озорных бесят в глубине почти прозрачных, голубых глаз. Даже в нашей тени яркое пятно его алых волос притягивало взгляд так, что я не меньше минуты неотрывно исследовал их, оглаживая взглядом почти каждую прядь, затем снова скользнул по лицу и именно в этот момент почувствовал себя поехавшим психопатом: вот уже почти два месяца этот образ периодически не давал мне покоя в самых откровенных снах.